Чтение онлайн

Выходит, смерть Дока на моей совести?

Бридж вдруг перестала держать меня за руку и отодвинулась. Я замер в напряжении, опасаясь взглянуть на нее. Неужели совершил ошибку? Ведомый сведениями от Кларка и Метрошина, я искал предателя среди своих, спасал положение, стремился победить…

Гомез извлекла на свет еще несколько уже почти ничего не значащих документов и опустила руки.

Кило тактично молчал. Биррат поглаживал усы в раздумьях, бойцы смотрели на командира, Пак в напряжении, занеся палец над кнопкой на детонаторе в кулаке. Похоже, он давно так сидит, стоило в кают-компании появиться светящемуся кубу.

– Мне нужно поговорить с людьми, – наконец произнес Кэп.

ИскИн кивнул, все так же молча поднялся из кресла и прошел к выходу. Счастливчик сдвинулся вместе со стулом, выпуская хозяина крейсера в коридор. Жебровски проводил его внимательным взглядом и, когда Кило скрылся за переборкой, переместился к столу, присел на край, положив пулемет на колени. Сказал:

– Командир, думаете, он нас не подслушает?

Гомез грустно улыбнулась.

– В любом случае так будет комфортнее, – ответил Биррат. – Всем. – И повернулся к Валькирии: – Что скажете, майор? Только честно.

– Очевидное налицо. Куда ни ткни, ИскИн искал подходы к «Трайбеку». Использовал все ресурсы, агентуру, мог захватить штаб Оси, но не сделал этого.

– Дэни? – Кэп посмотрел на меня.

– Он… – Голос предательски засипел, и я прочистил горло. – Он стянул все резервы на Аравийский ТВД, чтобы завладеть Крепостью. Но не вышло.

Кэп кивнул.

– Есть желающие высказаться?

Франц поднял руку и произнес:

– Я обычный пулеметчик и мало понимаю в стратегии. Сначала мы защищали Крепость от ауткомовцев, потом стали врагами для своих, нашумели так, что навсегда вошли в историю. Хочу знать: не напрасно ли все, командир?

– Не напрасно.

Франц переглянулся с Вулом и Паком, обвел взглядом остальных.

– У меня в голове сейчас каша, и как-то не хочется, чтобы она поперла через край.

Он в нерешительности уставился на меня.

– Договаривай, – велел Кэп.

– Я… Прости, Дэни, – Франц качнул головой, – за всех скажу. Не могу промолчать. Руди был нам братом, не раз спасал наши задницы, при этом скрывая правду. После Крепости мы считали его предателем, а вон как вышло.

– У тебя все? – поинтересовался Кэп.

– Да, командир.

– Мы на войне, – он поднялся из кресла, – где ошибки и потери неизбежны.

Я с благодарностью посмотрел на Биррата. Правда, его слова Руди Новака не воскресят и уж вряд ли вернут отношение Бридж.

– Нам стало известно истинное положение вещей, – продолжал Кэп. – Во всяком случае, хочется верить, что это не обман.

– Я еще тут покопаюсь, – пообещала Валькирия. – Но… сомневаюсь, что ради нас ИскИн изменил архивную матрицу платформы. Не хватило бы времени и ресурсов.

– Уверены?

– Да, капитан. Такое под силу лишь корпорации, но не ИскИну. Вычислительных мощностей не хватит, десятки тысяч программных циклов. Нужно работать не один месяц.

– Хорошо. Тогда продолжим разговор с командиром корабля.

Все уставились на Счастливчика, сидящего возле двери. Тедди встал со стула, но замер в замешательстве. А где, собственно, теперь искать покинувшего недавно кают-компанию хозяина?

Но Кило не заставил себя ждать, появился за стеклом в коридоре, открыл дверь и шагнул в комнату с улыбкой на лице, будто только что получил пятерку за контрольную по математике.

– Рад вашему решению, капитан Биррат. – Сделал приглашающий жест. – Присядем. В ногах правды нет.

Я не мог сосредоточиться, мешали дурацкие мысли о том, что виноват в смерти Руди, пытался поймать взгляды Бридж, но все тщетно. Она пересела на диван напротив, поменявшись местами с Чухраем, и будто не замечала меня. Мы вообще вряд ли теперь сблизимся, как бы этого ни хотелось.

Гомез по-прежнему разбиралась в протоколах настройки платформы. Сортировала документы и различные программные блоки, рылась в архивных записях, ИскИн, не переставая беседовать с Кэпом, иногда услужливо выводил на общее обозрение искомый ею документ, как бы помогал невзначай. Бойцы тоже старались не смотреть в мою сторону, тщательно скрывая возникшее между нами напряжение.

Ох и попал я… Хуже, чем в Крепости, когда стал ее командиром и отделился от группы. Гнетущее чувство вины за гибель Руди теперь навсегда останется со мной. За такое трудно оправдаться перед совестью, с этим придется жить.

– Итак, – будто сквозь вату донесся голос Кэпа, – теперь у нас общий враг. Мы поможем друг другу, поможем победить.

Прозвучало как-то показушно, не в стиле Биррата, будто он старался привлечь чье-то внимание.

– «Трайбек» не победить, – с грустной улыбкой на лице заключил ИскИн. Он все больше проявлял эмоции, перестал говорить как студент на экзамене, стал более естественным, что ли. – Лейтенант Ковач не может войти в лабораторию. Мои войска на Аравийском ТВД вынуждены отступить. Я проиграл.

– Не совсем, – возразил Кэп. – У любого, даже самого сильного, противника найдется слабое место. Теперь мы знаем, где расположена штаб-квартира «Трайбека», и можем зайти в нее с главного входа.

– Всю жизнь мечтал побывать в Китае, пускай виртуальном, но все равно, – прошептал Франц. Толкнул снайпера локтем: – А ты, Вул?

– Разговорчики! – одернул Биррат.

Кило совсем уж по-человечески вздохнул, щелчком пальцев вывел из архива папку и произнес:

– Все мои боты, не дойдя до дверей «Трайбека», терпели фиаско.

Он снова щелкнул пальцами, и посреди комнаты засияла трехмерная модель высотного здания из стекла и бетона с двумя объемными куполами на крыше. За ним виднелись другие небоскребы – узнаваемый по открыткам вид делового центра Шанхая.

– Тогда я начал использовать людей, перешедших на мою сторону. Но дальше первого этажа комплекса корпорации, кроме Руди Новака, никто не поднимался.

При упоминании Дока некоторые невольно посмотрели на меня и Бридж, и я уставился в пол, чтобы не встречаться взглядами с бойцами. А еще меня сильно резануло это «использовать», словно люди для ИскИна были расходным материалом, не более.

– Туда нельзя войти силами армии, не пробраться диверсантам. – Кило взмахнул рукой, и внутри трехмерной башни появились два светящихся столба, концами устремленные к объемным куполам на крыше. – Это близнецы, Алан и Джон, названы в честь Тьюринга и Маккарти соответственно.

– Алан Тьюринг – криптограф, серьезно повлиявший на развитие информатики, автор эмпирического теста, – пояснила Гомез. – Джон Маккарти информатик, придумавший термин «Искусственный интеллект».

– Браво. – Кило похлопал в ладоши.