Лицом к лицу
Шрифт:
Сделав глубокий вдох, застегиваю рубашку, чувствуя обиду. Да, мне обидно, что они так относятся ко мне. Весь этот обман и игра, которая никак не хочет двигаться вперед. Есть вероятность, что тело так реагирует из-за того, что мне давно никто не нравился. Я не воспринимаю секс как необходимость в отношениях. Состоя в отношениях, я не понимала роли секса, ведь явного удовольствия не получала.
Прижав тетрадь к груди, просто возвращаюсь домой. Они сами не знают, чего хотят или специально тянут время до определенного момента. Зачем играться с физиологией, которая уже кричит, что готова к следующему этапу. Мне хочется вспомнить тепло тела, которое доставляет удовольствие, вернее попробовать его с другим человеком.
Вся эта ситуация негативно отразилась на настроении. Весь вечер просто сижу в гостиной, ожидая момента, когда захочу спать. Может, завтра стоит съездить домой, чтобы повидать родных, которые все никак не могут дождаться меня. Да, мама наверняка пригласит Ника, чтобы вновь «испытать» удачу, а Агнесс начнет рассказывать о том, как ей нравится учиться в колледже, тая истину от мужа и матери. Сейчас она стала еще чаще говорить о Редмонде, что напрягает. Рано или поздно она узнает, что ее бывший любовник живет со мной по соседству, и тогда разговор о том, чтобы съехаться, перерастет в настойчивое желание.
Посмотрев на время, решаю лечь спать, чтобы не прохлаждаться, думая о парнях, однако в заднюю дверь стучат. Слегка мешкаюсь, но затем открываю дверь и вижу Редмонда, который моментально притягивает меня к себе и целует. Касаясь ладонями его шеи, чувствую, как извивается его тело. Отстранившись, он касается лбом моего лба, и, смотря в глаза, шепчет:
— Прости.
— За что ты извиняешься? — решаюсь спросить я, смотря на приоткрытые губы.
— За все, — кратко отвечает он и вновь касается своими нежными губами моих губ.
Сейчас я чувствую успокоение. Оно полностью устраивает все, что происходит вокруг.
Отстранившись, Редмонд молча тянет мою руку к выходу, на что я с интересом подчиняюсь. Всегда. Абсолютно всегда я отвечаю на жесты Редмонда, потому что не считаю его плохим. Если человек ошибается, это не значит, что он плохой. Как правило, некоторые наши действия перерастают в привычку, от которой сложно избавиться. Единственное, что меня мучает, так это правда, насчет отношений сестры и Редмонда. Агнесс с пеной у рта утверждает, что между ней и этим парнем была безумная любовь, хотя тот все опровергает. Зная Агнесс, понимаю, что девушка может скрывать многое, но я также знаю Редмонда и его прошлое, которое наш город активно обсуждает и посей день.
Когда парень выводит меня на улицу, мы направляемся прямо по дороге прогулочным шагом. Его рука крепко сжимает мою руку, от чего с трудом сдерживаю улыбку. В домах горит свет, а наш путь освещают фонари и растущая в небе луна. Посмотрев на мою реакцию, Редмонд быстро улыбнулся и вернул взгляд на дорогу.
— Решила, что спросить насчет твоего отца?
— Мне просто интересно, какой у тебя потенциал, — отвечаю я и решаю перегнать парня, повернувшись к дороге спиной, а к нему лицом. — Расскажи мне.
Нежно улыбнувшись, он смотрит под ноги, тая интригу.
— Ты будешь смеяться.
Эти слова заставляют улыбаться шире. Наверняка это что-то интересное, раз он так говорит.
— Нет! — мигом отвечаю я, посматривая назад, чтобы не упасть. — Расскажи же!
Редмонд отводит взгляд в сторону, смотря на дома, которые находятся на противоположной стороне дороги. Его скулы освещает свет, а глаза кажутся мутными, но яркими. В голове возникло уже несколько версий, которые вряд ли оправдаются, если парень откроется мне. Еще никогда я не испытывала такого жуткого интереса к человеку.
— По-твоему, что это может быть? — играется он, испытывая мое терпение. Наклонив голову в бок, отвожу глаза в бок, думая о самых адекватных вариантах.
— Ты пишешь стихи?
— Только если матерные, — усмехается он, потирая большим пальцем костяшки моей руки.
— Ладно, может, играешь на каком-нибудь инструменте? Гитара? Барабаны?
Редмонд отрицательно мотает головой.
— Я рисую портреты, — серьезным голосом говорит он, и я останавливаюсь, заставляя остановиться и его. Сейчас главное понять правда это или сарказм. Конечно это может быть правдой, но Редмонд любит сарказм. Сарказм — его второй талант.
— Если ты говоришь правду, то это просто замечательно, — улыбаюсь я и делаю шаг вперед.
Кинув взгляд на мои губы, Редмонд постепенно перестает улыбаться, и я хлопаю ресницами, словно пытаюсь взлететь. Его лицо выражает умиротворение, но что-то не так (он чем-то обеспокоен). Наклонившись, парень вновь целует меня, обхватив ладонью овал лица. Этот поцелуй нежнее, чем все остальные, что были раньше. Хочется, чтобы этот вечер длился дольше, ведь только с его помощью я смогу узнать этого человека.
Отстранившись, он осматривает мое лицо и расплывается в улыбке, вызывая непонимание.
— Почему ты так смотришь?..
Отрицательно помотав головой, он тянет руку прямо за собой. Я всегда считала, что загадочных людей не бывает, что это миф, который скрывает сущность человека, но теперь, смотря на Редмонда, понимаю, что ошибалась. Да и вообще, после общения с этими парнями многое кажется ошибочным мнением.
Мы пересекли полицейский патруль, но не решились пойти дальше в город. В коттеджном поселке есть все, что нужно: свежий воздух, атмосфера и тишина. Во время прогулки не требуется ничего говорить. Все, что у нас есть на данный момент, это взгляды, периодические улыбки и соприкосновение рук. Он не отпускает мою руку, что доставляет удовольствие.
Когда мы останавливаемся возле дома Редмонда, я решаю спросить:
— Папа видел твои рисунки, раз написал об этом или?..
— Знаешь, у меня есть для тебя кое-что, — перебивает парень. — Пошли в дом.
Не дождавшись ответа, Редмонд кладет руку ко мне на талию и подталкивает к входной двери. Оказавшись внутри, снова смотрю на шкаф с книгами, который похоже никогда не перестанет привлекать мое внимание.
— Нравится, Рови? — спрашивает Редмонд, заметив, что я отвлеклась. — Я купил свою первую книгу, когда тебе было всего шесть лет.
— Мило, что ты посчитал, сколько мне было лет на тот момент, — усмехаюсь я.
— Я прекрасно тебя помню, Рови, — с серьезностью произносит он и загораживает обзор на шкаф с книгами. — Красивые косички, глаза цвета неба. Ты была восхитительным ребенком.
— Да, но сейчас я уже не ребенок.
В очередной раз окинув меня взглядом, он пристально смотрит в глаза. Ухмыльнувшись, он слегка пошатнулся назад и направился в сторону спальни. Когда-нибудь я привыкну к взглядам и к их значимости, но сейчас Редмонд просто кажется таинственным парнем, который имеет неугасимую харизму, что заметна в мимике и в движениях.