Лицом к лицу
Шрифт:
Поднявшись на ноги, Редмонд тянет мне руку. Какой-то непонятный жест. Так еще никто не реагировал на новость о смерти отца. Принимаю руку и поднимаюсь. Редмонд не отпускает руки, пока не обхватывает ладонями овал моего лица. Его ладони теплые из-за чего глаза начинают закрываться. Большой палец аккуратно поглаживает мою кожу, пока тело Редмонда прикасается к моему телу.
– Папина дочка, – говорит он, и я открываю глаза.
Смотря в его глаза, вижу, что парень медленно наклоняется к губам. Словно под гипнозом наши губы встречаются, и в животе начинает разжигаться пожар. Как же приятно пахнет Редмонд. Его губы нежны, от чего сложно оторваться. Во время поцелуя парень медленно садится в кресло, а затем усаживает меня к себе на колени. Пришлось раздвинуть ноги, чтобы расположиться удобнее, но Редмонд не стал рассматривать нижнее белье, он даже не открыл глаза. Ощущая теплые руки на талии, вздрагиваю, и Редмонд медленно отстраняется, открывая глаза. Вот сейчас снова неудобно.
– Тебе нравится, – шепчет он, кинув взгляд на свои ладони. – Господи, как ты спускаешь стон.
Все также смотря на свои руки, Редмонд проводит кончиками пальцев по моей шее, от чего та наклоняется вправо. Глаза закрываются, и я дышу ртом, испытывая приятность этого момента. Когда пальцы исчезают с шеи, медленно открываю глаза и вижу, что парень смотрит на меня. Смотрит так, словно видит что-то интересное и необычное.
– Мне нужно держаться от тебя подальше, – шепчет он, но становится ближе к губам, – но ты так и манишь.
Хочется почувствовать его. Хочу большего, чем просто поцелуй, но я знаю всю правду, которая никак не может остановить это влечение.
Дыхание перехватывает.
Из дома слышится шум, который позже сопровождается криком девушки. Посмотрев на Редмонда, замечаю непонимание. Аккуратно слезаю с него и прижимаю листы бумаги к груди, желая выяснить, что происходит в доме. Как только Редмонд поднимается с места, я вопросительно смотрю на него. Не понимаю. Может ли Хейл ударить девушку?.. Именно это заложилось в голове.
Редмонд направляется в дом, следую за ним. Пройдя в спальню, вижу Хейла и девушку с колледжа. Пару раз мы виделись, но не знакомы. Она кричит на парня, но перед глазами есть только стекло, которое валяется на полу рядом с входом в спальню.
– Серьезно? – строгим голосом спрашивает Редмонд, осматривая повреждения. – Хороший настрой.
Непонимание. Смотрю на Хейла; он воротит взгляд. Девушка по-прежнему вставляет свои две копейки в тишину, которая длится после слов хозяина квартиры.
Когда мы встречаемся взглядом с Хейлом, пытаюсь прочитать его, но серьезность не дает возможности сделать этого. Все так странно, но стараюсь не углубляться во все это, чтобы сохранить силы. Мы с Редмондом так и не обсудили запись отца. Мне действительно интересно, о каком потенциале идет речь, и почему отец пишет так о Редмонде.
Взглянув на время, понимаю, что мне лучше вернуться домой, чтобы подготовиться к учебе. Не хочу, чтобы мое желание спать навредило знаниям. Думаю, что лекции по психологии я смогу перенести, тем более занятия до обеда. Развернувшись, просто направляюсь домой, слегка осматривая дом. У Редмонда при входе есть шкаф с книгами, и в каждой находится несколько старых закладок. Это восхищает, ведь обычно парни держатся подальше от книг. Все мои знакомые парни говорили, что книги – это просто набор слов, который сложно воспринимать без картинок. Именно поэтому я решила держаться от них подальше. Подобное может сказать только человек далекий.
Конец ознакомительного фрагмента.