Чтение онлайн

Со своей стороны, Б тоже старается на сознательном, видимом уровне, изменить А, в то же время на скрытом уровне прикладывая все силы, чтобы А остался прежним:

а) Охлаждает его пыл. «Не волнуйся ты так. Успокойся». Подобные комментарии, высказанные на пике интенсивности чувств А, имеют совершенно противоположное намерение их внешнему посылу: они либо усиливают волнение А, либо вынуждают его думать, будто ему пытаются заткнуть рот, благодаря чему драма разгорается еще сильнее.

б) Пытается игнорировать выражение эмоций А. Это провоцирует А преувеличивать и драматизировать с целью добиться хоть какого-то признания и реакции, что заставляет Б уйти еще глубже в пассивность, которая искушает А усилить драматичность, и т. д., и т. п. — порочный круг.

У каждого человека имеются уязвимые зоны, где из-за особенностей его истории личности он научился избегать переживания истинной эмоции и прикрывать ее другой, фальшивой или псевдоэмоцией. Всякий раз, обманывая себя подобным способом, вы заканчиваете неадекватным, провальным поведением. Я называю такие зоны иррациональными.

В «хорошем» браке иррациональные зоны партнеров редко совпадают. Когда вы чувствуете душевное спокойствие и ничего от себя не скрываете, то можете позволить себе принимать (от случая к случаю) иррациональное поведение своего партнера, особенно если он вам очень дорог. Его неадекватное поведение в таких ситуациях ничем вам не угрожает. Муж вовсю распекает детей, а жена думает: «Бедный, он так переживает из-за неприятностей на работе». Она избавляет его от детского присутствия — «Папа устал» — и находит способ его утешить. Даже если ей ничего не известно о его проблемах по работе, она может позволить ему быть иррациональным, способна принять как само собой разумеющееся, что у него есть на то свои причины, может ответить на его невысказанную потребность в утешении.

Но если она скрывает от себя какое-то чувство, — возможно, вину из-за собственной раздражительности с детьми или свою неполноценность в роли жены, — то прикроется возмущенным негодованием: «Как ты можешь обращаться так с бедными детьми? Не смей вымещать свои неприятности дома, на нас». Муж ответит еще большим гневом, при этом никто из них не осознает своих скрытых чувств, каждый реагирует на поверхностное, внешнее чувство другого, и стычка разгорается в полную силу.

Всякий раз, когда два человека ведут себя иррационально (прикрывают скрытую эмоцию неуместным, провальным поведением, псевдоэмоцией) одновременно, они не в состоянии договориться. Только когда один из них открыт своим истинным чувствам, он способен распознать и отреагировать на скрытый сигнал партнера. В приведенной выше истории раздражение мужа, направленное на детей прикрывало его чувство неполноценности в связи с ситуацией на работе. Его жена в состоянии душевного комфорта интуитивно сумела спонтанно отреагировать на его скрытый сигнал — потребность в утешении.

В «плохом» браке у обоих супругов совпадает слишком много иррациональных зон, — еда, деньги, секс, работа, отдых, власть и т. д. К примеру, еда символизирует для мистера В. любовь. Если у его жены нет скрытых чувств по отношению к еде, то ей нравится потакать его вкусам, она способна в моменты стресса предложить любимое блюдо, возможно считая немного странным такую переоценку значения еды, но нисколько об этом не беспокоясь. Но если еда и для нее является иррациональной областью, то, вполне вероятно, последует такой диалог:

Она: «Но печенка так полезна для здоровья». (Посмотри, какая я хорошая жена. Разве ты этого не видишь?)

Он, отказываясь к ней прикасаться: «Я терпеть не могу печенку». (Если бы ты меня по-настоящему любила, то знала бы, что мне это блюдо не нравится.)

Она, со слезами в голосе: «Съешь хотя бы маленький кусочек. Такая отличная печенка. Ну почему ты упрямишься?» (Если бы ты любил меня по-настоящему, то тебе нравились бы блюда, которые я готовлю.)

Ни один из них не способен принять иррациональное поведение другого; каждый, оставаясь глухим к скрытому сигналу партнера, может реагировать только на поверхностное, внешнее чувство, и они спорят. Муж чувствует себя беззащитным Ребенком в руках манипулирующего родителя, жена — отвергнутым Ребенком, чей Родитель не ценит ее по достоинству. Оба ведут себя как разгневанные Родители.

Эрик Берн подробно рассказывает, как распознавать некоторые наши опасные игры, но слегка невнятен в описании способа прекратить их. Из историй, приведенных в его книге «Трансактный анализ в психотерапии», следует, что, когда один из игроков осознает свое участие в игре и внезапно, без проникновения в свои скрытые мотивы, прекращает игру, другой человек страдает, и их отношения рушатся. Собственные наблюдения и опыт привели меня к убеждению, что человек, который говорит: «Я понимаю, что играл в игру, и собираюсь прекратить это», и при этом не берется за исследование своих неосознанных причин участия в этой игре, просто меняет одну игру на другую: бросает старую, чтобы начать новую.

Следующий пример смены игры представляет собой гипотетический случай, собравший в себе элементы нескольких реальных. Жена говорит: «Я устала подбирать грязную одежду за своим мужем, которую он снимает и оставляет, где попало. Черт возьми, он обращается со мной как со служанкой! Теперь я понимаю, что все эти годы вела себя, как Родитель. Я могу ворчать и скандалить, но в результате всегда подбираю то, что он бросил. Неудивительно, что он не меняется: я обращаюсь с ним, как с Ребенком».

Без единой попытки узнать что-либо о своих скрытых мотивах, она приступает к «прекращению» игры. «С меня хватит, — говорит она твердо мужу. — Отныне, я буду оставлять твою грязную одежду там, где ты ее бросишь. Я буду стирать только то, что лежит в корзине для грязного белья. Если ты не изменишь своих привычек, то окажешься без чистой одежды».

«Получилось, — с ликованием сообщает она мне через некоторое время. — Ты бы видела, в каком он был шоке, когда увидел, что ему нечего надеть! Он бегал по дому в ярости, но я твердо стояла на своем. Теперь он, наконец, усвоил урок и кладет грязную одежду в корзину». Но я, проанализировав ситуацию, пришла к заключению, что она переключилась с одного варианта игры Родитель — Ребенок на другой. Раньше она была слабым ворчливым Родителем; теперь она сильный строгий Родитель. Ее муж раньше был непослушным Ребенком, теперь он хороший примерный Ребенок.

Я преподаю (и практикую многие годы) метод прекращения игры без смены одной игры на другую. В любой игре оба партнера проявляют иррациональность, у обоих есть скрытые чувства. Если один участник осознает свою иррациональную реакцию и решается почувствовать скрытую эмоцию, то он занимает описанное выше положение человека (см. раздел «Иррациональные зоны») в «хорошем» браке: он может отреагировать на скрытое сообщение другого и прекратить игру. Чем чаще он практикует подобное самосознавание и самотерапию, тем быстрее в его несчастливом браке наступают перемены к лучшему.

Когда другой человек иррационален, пытаться его урезонить — напрасная трата времени. Холодная логика не только бесполезна в данный момент, но и подливает масла в огонь: он стремится исказить ее и приспособить под собственную фантазию. Если он видит в вас сильного Родителя, то спокойное разъяснение ошибок прозвучит в его ушах критикой, бранью. Это неподходящий момент, чтобы спорить и выяснять, кто прав, кто виноват. Секрет в том, чтобы увидеть скрытый смысл под иррациональным внешним сообщением. Если вы сами в данный момент разумны, то интуитивно, спонтанно скажете «правильные» вещи: вы не играете ни в одну из опасных игр. Но если вы тоже от себя что-то скрываете, то вам необходимо почувствовать собственную скрытую эмоцию, и только тогда вы будете способны открыться его скрытому сообщению.