Лидия Русланова. Душа-певица
Шрифт:
Дела подобного рода тогда решались быстро.
Уже на следующий день Хрущёв направил заявление генерала Крюкова членам Президиума ЦК КПСС:
«ЧЛЕНАМ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС
В ЦК КПСС прислал заявление бывший генерал-лейтенант Крюков В. В., осуждённый в 1951 году. Такое же заявление он прислал маршалу Жукову с просьбой передать его в ЦК КПСС.
В своём заявлении Крюков пишет о том, что следствие шло три с лишним года и проводилось недопустимыми методами с применением мер физического воздействия. Он просит пересмотреть его дело, а также дело его жены Руслановой.
Посылаю Вам заявление Крюкова. По этому вопросу необходимо обменяться мнениями. Следовало бы проверить и пересмотреть это дело.
3 июня 1953 г. Н. Хрущёв.
Разослано: т. Маленкову Г. М.
т. Берия Л. П.
т. Молотову В. М.
т. Ворошилову К. Е.
т. Булганину Н. А.
т. Кагановичу Л. М.
т. Микояну А. И.
т. Сабурову М. З.
т. Первухину М. Г.».
Военная коллегия Верховного суда СССР пересмотрела вынесенное в 1951 году обвинительное заключение в отношении генерала Крюкова: «На предварительном следствии к нему применялись извращённые методы ведения следствия, в результате чего он вынужден был дать ложные показания, как в отношении себя, так и в отношении других лиц, и что имущество, которое у него обнаружено на квартире, в преобладающем большинстве не является государственным, а принадлежит лично ему и его жене — Руслановой, о чём имеются соответствующие документы…»
Определение Военной коллегии Верховного суда было таким: «Приговор Военной Коллегии Верховного Суда СССР от 2 ноября 1951 года в отношении Крюкова Владимира Викторовича отменить и дело о нём производством прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления, и Крюкова из-под стражи освободить, считая его полностью реабилитированным».
Генерал Крюков был спасён.
До сих пор существуют противоречивые сведения о том, кто же первым вернулся из заточения, генерал или певица. Мария Дмитриевна Литвинова-Вознесенская, со слов своей матери, рассказывала о продуктовых посылках, которые генерал Крюков присылал своей жене во Владимирскую тюрьму.
Маргарита Владимировна Крюкова-Русланова говорит о том, что вначале в Москву вернулась Русланова.
Из воспоминаний Маргариты Владимировны Крюковой-Руслановой:
«У нас была домработница Лена, при которой арестовывали папу. Она любила меня. После нас Лена работала у генерала Малиновского. Так вот она прибежала ко мне и говорит: „Маргуша, в течение двух недель папа с мамой вернутся, жди. Бумаги уже пошли!“».
Маргарита Владимировна рассказала о том, что родители дружили с семьёй писателя Погодина: «С Николаем Погодиным и его женой Анной Никандровной, милой, очаровательной женщиной. А я дружила с их детьми — Танькой и Олегом. Олег потом стал сценаристом, по его сценарию делали „Хождение по мукам“. В этом же подъезде жили и Катаевы, с ними родители тоже были в добрых отношениях. Вообще, подъезд у нас был шикарнейший: мы жили на шестом этаже, а под нами — Петров, под Петровым — Ильф. В соседнем подъезде жили Пастернак, Агния Барто. У нас, детей, была одна учительница музыки, одна англичанка. Но лучшей маминой подругой была Нина Ольшевская [91] , изумительная актриса МХАТа, мама Алексея Баталова и жена Виктора Ардова. Близкий, сердечный друг, они очень совпадали и по складу ума, и по уровню культуры. Подружились давно и через всю жизнь эту дружбу пронесли. Мама из тюрьмы к ним пришла, не знала, где я».
91
Нина Антоновна Ольшевская (1908–1991) — актриса, мать актёров Алексея Баталова и Бориса Ардова и писателя Михаила Ардова. Родилась во Владимире в семье главного лесничего Владимирской губернии и польской аристократки, графини Понятовской. Окончила театральную студию при Московском Художественном театре. Училась у К. С. Станиславского. Вышла замуж за актёра Владимира Петровича Баталова. Играла во МХАТе, в Театре Красной армии. Во время войны в эвакуации работала в Бугульминском театре. Занималась педагогической деятельностью.
Надо отдать должное маршалу Жукову: прибыв из Свердловска в Москву, он сразу начал действовать, чтобы вытащить из лагерей и тюрем всех, кого посадили по его делу.
Вскоре вернулся генерал Телегин.
Накануне возвращения своего боевого товарища из лагеря Жуков позвонил жене генерала Телегина и сказал: «Здравствуйте, Мария Львовна! Пеките блины — Костя возвращается».
Генерал Телегин пережил многое. Тюрьма и лагерь подорвали его здоровье. На допросах его били так, что он забыл имена своих детей. Как уже говорилось, у Константина Фёдоровича их было четверо: двое своих, двое приёмных.
«ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ЦК КПСС О РЕАБИЛИТАЦИИ ГЕНЕРАЛОВ И АДМИРАЛОВ СОВЕТСКОЙ АРМИИ
13 июля 1953 г.
№ 15. п. 1 — О пересмотре дел на осуждённых генералов и адмиралов Советской Армии.
Утвердить представленный тт. Булганиным, Руденко и Чепцовым прилагаемый проект постановления.
Приложение к прот. № 15, п. 1.
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЦК КПСС
1. Обязать Военную Коллегию Верховного Суда Союза ССР пересмотреть дела на осуждённых генералов и адмиралов, имея в виду:
а) прекратить дела и полностью реабилитировать генералов и адмиралов: Романова Ф. Н., Цирульникова П. Г., Чичканова А. С., Галича Н. И., Гельвиха П. А., Мошенина С. А., Ляскина Г. О., Голушкевича В. С., Жукова И. И., Тимошкова С. П., Самохина А. Г., Минюка Л. Ф., Туржанского А. А., Васильева А. Ф., Жарова Ф. И., Ильиных П. Ф., Эльсница А. Г., Токарева С. Ф., Мрочковского С. И., Буриченкова Г. А., Попова Д. Ф., Ширмахера А. Г., Бычковского А. Ф., Ухова В. П., Телегина К. Ф., Ворожейкина Г. А., Терентьева В. Г., Филатова А. А., Кузьмина Ф. К., Иванова И. И., Крюкова В. В., Власова В. Е., Петрова Е. С., Бежанова Г. А., Лапушкина Я. Я., Вейса А. А., Клепова С. А.;
б) снизить наказание до фактически отбытого ими срока и освободить из-под стражи осуждённых бывших генералов: Калинина С. А., Герасимова И. М., Ротберга Т. Ю.
2. Обязать МВД СССР:
а) прекратить дела и полностью реабилитировать генералов: Жукова Г. В., Гуськова Н. Ф., Дашичева И. Ф., Варенникова И. С., Сиднева А. М., Ильина В. Н., Глазкова А. А., Меликова В. А., Потатурчева А. Г., Гончарова Л. Г., Наумова И. А., Паука И. X., Тамручи В. С., Соколова Г. И.;
б) прекратить дела и освободить из-под стражи членов семей осуждённых генералов, подлежащих полной реабилитации.
3. Обязать Министерство обороны СССР обеспечить назначение положенных пенсий семьям полностью реабилитированных генералов и адмиралов, умерших в заключении: Глазкова А. А., Меликова В. А., Потатурчева А. Г., Гончарова Л. Г., Наумова И. А., Паука И. X., Тамручи В. С., Соколова Г. И., Ширмахера А. Г.».
Некоторые исследователи и этот документ, и действия маршала Жукова комментируют как попытку заретушировать «трофейное дело», в котором, мол, он выглядел весьма и весьма неприглядно.
Но не станем возвращаться к «трофеям» и трясти меха и гобелены в надежде, что оттуда что-нибудь выпадет. Ту роскошь давно уже съела моль…
Домой, к семьям, возвращались боевые генералы, лагерники, которых судьба переквалифицировала в бригадиров, заведующих клубами, истопников, тачечников и лесорубов. Возвращались целые семьи.
Генерал Крюков вернулся домой очень больным человеком. Вначале крепился изо всех сил, не подавал виду.
Тридцать первого июля 1953 года Особое совещание при МВД СССР пересмотрело дело Руслановой:
«Принимая во внимание, что материалов о причастности Л. А. Крюковой-Руслановой к деятельности какой-либо антисоветской группы в деле не имеется, а её высказывания носят обывательский характер и не могут быть квалифицированы как проведение антисоветской агитации; учитывая также, что её виновность в присвоении государственного имущества следствием не установлена,
ПОСТАНОВИЛО:
Постановление Особого совещания при МГБ СССР от 28 сентября 1949 года и 7 июня 1950 года в отношении Крюковой-Руслановой ОТМЕНИТЬ, дело прекратить, из-под стражи освободить и полностью реабилитировать».
В Москву Русланова вернулась в августе 1953 года.
Домой её вёз грузовик. По Владимирскому тракту. Зачем-то заехала в Костерёво — железнодорожный посёлок, где во время войны стояли крупные танковые и механизированные воинские части. Здесь они формировались в бригады и дивизии и отправлялись по железной дороге на фронт. Сюда Русланова не раз приезжала с концертами.
Есть легенда о том, что великая певица в столицу въезжала шумно, с триумфом, по пути из Владимира давая концерты. Мои поиски эту легенду не подтвердили.
В Костерёве она переночевала. Но — никакого публичного выступления. Тем более концерта. Тюрьма — не место для репетиций и подготовки к концертам. Да и с голосом у неё была серьёзная проблема, она его частично потеряла. Холодный тюремный карцер, нервное перенапряжение, нечеловеческие условия перенаселённой камеры сделали своё дело. Выглядела тоже неважно. Сильно постарела. Осунулась. Похудела. Поседела.
В Москву она приехала с двумя документами — справкой об освобождении и справкой о реабилитации. Стала думать, кто бы мог её приютить. Хотя бы на первых порах. Квартиру конфисковали, все личные вещи тоже. Поехала на Ордынку, к Ардовым.
Писатель и священнослужитель Михаил Ардов в своих мемуарах рассказывает: «Тем летом произошло событие, которое предвещало наступление хрущёвской „оттепели“. В нашей квартире на Ордынке раздался звонок, мама открыла дверь и увидела перед собою высокую женщину, в тёмном платье, в платочке и с узелком в руках… Вглядевшись, мама ахнула — это была исхудавшая и измученная тюрьмой Лидия Русланова.
Эта замечательная певица была дружна с моими родителями, а потому, освободившись из заключения, она пришла именно на Ордынку. (Собственная её квартира в Лаврушинском переулке, разумеется, была занята, туда вселился какой-то важный чин с Лубянки.)