Чтение онлайн

Боже мой, Дэвин! Он сидит, связанный, на голом бетоне и, наверное, весь искалечен. Я иду в сапогах на мизерных каблуках, которые странно громко стучат. Распахиваю дверь и оставляю её прикрытой. Полицейские прячутся, зная, что их следует проверять.

– Пришла всё-таки, – звучит противный голос этого убийцы, – молодец, – как будто хвалит он. Я же смотрю на любимого.

Он лежит в углу, с красным от крови лицом. Я начинаю плакать и бегу к нему. Парень чувствует мои прикосновения и приходит в себя. Я не понимаю, спал ли он или был без сознания, но это меня сейчас не беспокоит. Я глажу его по щеке, и он смотрит на меня.

– Золото моё, не плачь, прошу, пожалуйста. Тебе это очень вредно. Ты принимала таблетки? – спрашивает он хриплым голосом и кашляет. Видимо, простудился. Он ещё и обо мне беспокоится! Сейчас! Я киваю и обещаю успокоиться.

– Босс, всё чисто, копов и хвоста нет, – говорит кругловатый коротышка и не закрывает дверь. Он проходит к столу и рассматривает какие-то бумаги.

– А ты молодец, выполнила желание. Хорошая девочка. И ты будешь моей, – парень подходит ко мне и берёт меня под локоть. Я подпрыгиваю и оказываюсь прижатой к этому ублюдку.

– Не трогай её! – грубо говорит Дэвин, и я смотрю на него со страхом и грустью.

– Замолчи. Ты можешь идти, развяжите его, – скомандовал Майк, и я рефлекторно оглянулась посмотреть на двоих больших увальней.

– Давайте немного подождем, – я сделала паузу и отошла от убийцы на несколько метров. – Милый, – выдавливаю из себя это слово, – я хочу посмотреть ваши пистолеты. Ну, раз уж я уже твоя и никуда мне не деться, можно? – я включила обаяние на полную, сделав милое лицо, при этом прикрывая живот.

– Ну, раз уж всё так хорошо закончилось, и твой парень будет молчать, то пожалуйста, – это подобие человека протягивает мне своё оружие, и я прошу его сообщников сделать то же самое и рассматриваю оружие.

– Можно я сфотографирую? На память, – поясняю я и замечаю недоверие на лицах, – да расслабьтесь! Это же обычный фотоаппарат, – показываю я “мыльницу”, и Майк и его сообщники успокаиваются, а я сажусь так, чтобы эти уроды смотрели на меня, а не на выход.

Этот липовый фотоаппарат мне дал капитан, когда я собиралась выходить из машины. Если честно, я от волнения чуть про него не забыла. Но таблетка скоро начнёт действовать, и всё пройдёт. Надеюсь, что это никак не отразится на здоровье наших детишек.

Сейчас начнётся самое интересное. Я нажимаю кнопку “затвора”, и уже через мгновение в помещение врываются несколько полицейских. Я поднимаю палец и смотрю на Майка. Его подхватили под руки, и он начал вырываться. Остальных вырубили, приложив к носу белые салфетки. Я знаю, они смочены хлороформом, папа мне рассказывал об этом и даже в первое время предлагал брать их на свидания с Дэвином.

– Я лишь хочу кое-что сказать тебе и показать, – говорю я и встаю с табуретки. Мужчина с длинными, до плеч, волосами берёт оружие и кладёт в пакеты. Меня предупредили, и я брала их только за выемку курка. Я расстёгиваю жилетку и поправляю водолазку. На мне синий комбинезон, обтягивающий мою фигуру. Я снимаю лямки и комбинезон, который на время становится всего лишь красно-синими штанами из-за тёплой красной подкладки.

Я натягиваю белую водолазку, и глаза парня округляются, а лицо озаряет удивление.

– На нашей с тобой прошлой личной встрече я была худее некуда. Теперь я поправилась на шесть килограмм. И ты понимаешь, из-за чего. Всё, посмотрел, хватит, – надеваю обратно лямки и накидываю жилетку. – Майкл, ты скоро станешь дядей. Хотя ты им уже стал. Да, ты стал дядей прекрасной девочки по имени Оливия. Но теперь, когда об этом узнала её мама, она ребёнка близко не подпустит к тебе, так же поступлю и я. И, как ты понял, уже слишком поздно присваивать меня себе. Я помолвлена, скоро у нас венчание, и никаких твоих денег не хватит, чтобы заплатить за развод. Я люблю твоего брата настолько сильно, что ты просто представить себе не сможешь, и, честно признаюсь, надеюсь, что ты никогда не встретишь свою любовь. Хотя... в этом мире может случиться многое. Но сейчас тебя ждёт только одно. Прощай, – заканчиваю тираду я и поворачиваюсь к Дэвину. Майкл говорит мне тихое “прости”, но меня это не волнует. Кажется, лекарство начало действовать. Я подхожу к моему жениху, которому вытирают лицо и обрабатывают раны.

– У тебя что-нибудь болит? Ну, кроме губы? – спрашиваю я. Тут же к нам подходят Джон и Николь.

– Спина и ребро, – сразу признаётся парень, – но били несильно, просто запугивали. Я им нужен был в качестве заложника, а не груши для битья, – продолжает он уже ровным голосом, но с лёгкой хрипотцой. – Хотя попрактиковались они на мне неплохо, – уже тише добавляет парень.

– Вы не волнуйтесь, этому ублюдку как минимум лет 20 светит, это ещё без побоев. А зная возможности ваших отцов, ему впаяют ещё и строгий режим, да сошлют на север куда-нибудь. Нам пришлось рассказать вашим родителям, что с вами случилось. Советую проверить телефоны и позвонить, – говорит нам полицейский и закрывает аптечку.

Мы благодарим его, и Дэвин берёт со стола свой телефон. Набрав номер мамы, он ждёт.

– Нет, ну я просто в шоке! Тебе надо вместе со мной на актёрское поступать! А вообще я так рад, что с моим золотом всё хорошо, – улыбается мне, слегка посмеиваясь Дэвин. – Алло, мамочка, привет, это Дэвин, – Ли прочищает горло и рассказывает всю историю маме, нахваливая меня. Хотя за гениальный план и всё остальное надо благодарить Джона.

Албертон успокаивает родителей. Так получилось, что при этом присутствовали и мои родители. Пришлось показать, что со мной всё прекрасно. Я, правда, жутко хочу пить, и перекусить не помешает, но это может подождать.

Сначала мы заедем в больницу и проверим состояние нашего заложника.

Сможет ли он лететь для нас загадка.

А пока мы едем в машине Джона, и я рассказываю, что этот план придумал Джон, причем в катастрофической ситуации.

Дэвин начинает расхваливать мужа сестры и обнимает свой портфель со всеми документами, радуясь, что не взял его с собой. У него на руках красные отметины – от верёвки, на ногах то же самое. Теперь он понимает, как я себя чувствую, когда он меня привязывает к кровати. Такое было несколько раз.

– Ты даже в такой момент можешь думать о сексе? – обращается он ко мне.

Как он догадался? Поразительно…

– Ты покраснела, – отвечает парень, демонстрируя ужасную способность читать мои мысли.

Видимо, влюблённые способны и на такое.

Парень поглаживает мою коленку, и я схожу с ума. Как у него это получается? Я всё чувствую даже через толстую ткань комбинезона. Невероятно!

Мы подъезжаем к больнице Кливленда, и Дэвин смотрит на здание. Видимо, даже он боится своего вердикта. Он до сих пор еле разгибается и тяжело дышит.

– Пока я буду на осмотре, ты сходишь к доктору вместе с Николь, а Джон пойдёт со мной: не хочу терять время завтра утром, – мягко приказывает он, говоря всё это мне на ухо, обнимая мой живот. Я сидела с закрытыми глазами, наслаждаясь любимым голосом, но резко распахнула их, услышав последнюю фразу.

– Но мы же… – он обрывает мою фразу нежным, трепетным, но коротким поцелуем, за который я успеваю понять, чего он хочет. Боже мой! Прошло меньше часа после вызволения, а он уже так быстро переключился. Как им это удаётся? – Ладно, договорились, – сдаюсь я.