Чтение онлайн

— Сегодня. Вариант четыре. Со мной поедет. Адрес новый.

— Понял, шеф, — ответил Димон и повесил трубку. Он тоже охреневал от тарифов на сотовую связь.

Теперь надо было сообщить особисту о своих планах и выдвигаться.

Соблазнение Юлечка продолжила в машине. То коленкой невзначай прижмется, то шубку распахнет и голые ноги вперед выставит. А когда мы свернули на улицу Красина, я понял, что все это готовилось довольно давно. Квартира эта совсем недалеко от меня, и отказать ей было бы просто некрасиво.

— Вот я и приехала, — она глянула на меня лукаво и защебетала. — Посмотрите, как я устроилась? Ну же! У меня новоселье! Ну, на пять минуточек! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

А может, она не знает? — мелькнула в голове робкая мысль. Да, скорее всего, так и есть. Кто будет ее пугать такими вещами. Навешали лапши на уши, чтобы эта Мата Хари недоделанная не испугалась раньше времени. Но это я и так скоро узнаю.

Любовное гнездышко было обустроено со вкусом. Ну, как со вкусом… Круто для человека этого времени. Румынский спальный гарнитур и полированная стенка, уставленная хрусталем, который никогда не покидал своей полки.

— Я сейчас! — Юля улыбнулась мне и убежала куда-то. А обратно вернулась в коротеньком халатике, который заканчивался там, где у нормальных людей начинается пояс. Выглядела она, конечно, сногсшибательно.

— Откроете шампанское? — кокетливо попросила она, а я даже обрадовался. Ну хоть не клофелин, и то слава богу. Наверное, эту дуру и в самом деле втемную используют. Не смогла бы она так играть, если знала бы, чем все это ее блядство закончится.

— Открою, Юленька, открою, — кивнул я и через десять секунд негромко хлопнула пробка. Шампанское было ледяным. Для меня держали. Приятно, черт возьми! Такая забота!

— Посмотрите спальню? — спросила она, как вдруг зазвонил телефон. Она сняла трубку.

— Привет, мамуль! — сказала она. — Я занята немножко. Я тебе потом позвоню, хорошо? — и повесила трубку. Вот и капкан захлопнулся. Дичь на месте, ждем охотников.

— Пойдемте! — она потянула меня за руку, посмотрев так, что чуть голову не потерял от возбуждения. Подумал даже: может трахнуть ее напоследок? Впрочем, это был молодой Я, а Я старый покрутил сам себе у виска и вошел в полумрак спальни, ощупав пистолет в открытой «ковбойской» кобуре на поясе. Нет, тут не было никого, зато спальня оказалась залита блеском свечей, который, видимо, должен был сподвигнуть меня на ряд импульсивных поступков, обусловленных забросом гормонов в головной мозг. Видимо, она на это тоже рассчитывала, поэтому даже не удивилась, когда я сказал:

— Раздевайся!

Резковато сказал, зря я это. Но она и бровью не повела и сбросила халатик, оставшись в одних лишь крошечных кружевных трусиках.

— Все снимай! — сказал я, и она только посмотрела удивленно и немного надула губы. Она поиграть мной хотела, дурочка.

— На колени! — сказал я, включая свет.

— Ой! — зажмурилась она. — Может, выключите, Сергей Дмитриевич? И пойдем на кровать!

— На колени! — я приставил ей ко лбу пистолет.

Тут-то она и взбледнула.

— Да вы что? Это игра такая? Я же и так…, — Юля потянулась к пряжке моего ремня. Ну точно, дура! И как я раньше не замечал? Надо новый конкурс на ее место объявить. И чтобы не младше пятидесяти!

— Рассказывай! — отбросил я ее руку. — Кто и когда тебя нанял?

— Да что вы такое говорите?!

Я щелкнул предохранителем, и секретарша все мигом поняла. Тут же начала плакать.

Смотрел я на нее и понимал: нет ничего более жалкого и беззащитного, чем абсолютно голый человек, который стоит перед человеком одетым и вооруженным. Так ломают даже сильных мужиков. А уж ее-то… Да пара пустяков.

— Не зли меня, сука, — сказал я. — Я все знаю. А чтобы тебе легче вспоминалось, я произнесу одно слово: Сакура. После этого советую тебе думать над каждым словом. От этого будет зависеть, останешься ли ты в живых или нет. Я пока насчет тебя еще не решил. Очень хочу мозги тебе вышибить, мразь.

— П-пожалуйста, — ее губы задрожали, а тщательно наложенный макияж потек, превращая точеное личико в уродливую, испохабленную грязными разводами маску. — Умоляю! Я все сделаю! Все, что скажете! Умоляю! — шептала она, а по ее когда-то хорошенькой мордашке лились потоки слез.

Не осталось ничего от былой красотки: глаза красные, нос распух, губы искусала в кровь. Да еще и морда вся в косметике перемазана. Общая беда всех постсоветских баб — косметикой пользоваться не умеют, но любят, обгоняя по производительности бригаду молдавских штукатуров.

— С самого начала! — сказал я и сел в кресло. — И теперь давай попытаемся понять, как сделать так, чтобы твоя фамилия не оказалась в милицейских сводках. Это обычно так звучит: такую-то, такую-то нашли в мусорных баках по частям.

Все оказалось просто до банальности. К нашей Юленьке месяца четыре назад подсел симпатичный парень со шрамом на губе. И звали его Андрюша. У них закрутился бешеный роман, и эта коза поверила в женское счастье и в кучу спиногрызов, которых этому самому Андрюше нарожает. Только одно препятствие стояло между ней и ее любовью — недостаток денег. Он прогорел на паленой водке, и больше у него не было ни копейки. Оказывается, я его кинул. Надо же, а я и не знал! Зато Андрюша знал, как поднять немалую сумму. А для этого я должен был не попасть на одну важную встречу. Вместо меня туда попадет он, любовь всей ее бестолковой жизни, заключит выгодный контракт, после чего унесет ее на крыльях неземной страсти в собственное гнездышко.

Думаете, бред? Да ничего подобного! Женщина сама себя и не в таком уверить может. Была бы мотивация. А у нашей Юленьки ее вагон и маленькая тележка. И ведь даже не смутило, что любящий человек под другого ее подкладывает.

— Хата на тебя оформлена? — спросил я уставшим голосом. Правда, утомлять начинает человеческая тупизна.

— Н-нет! — замотала она головой. — Снимаю пока. Но сразу после…

— Андрей твой — киллер у шадринских, — спокойно сказал я ей. — Меня должны сегодня убить, а потом убили бы тебя.

— Нет! — замотала она головой. — Не верю! Нет!

— Казино, Юля! — напомнил я ей. — Ставка — казино. Они хотят отобрать его. А для этого нужно убить меня. Через два дня сделка. Подобраться ко мне днем они не смогут. Со мной целая рота охраны. Вот поэтому тебя и используют. Все еще сомневаешься? Тогда скажи мне, глупая, будет ли настоящий мужик любимую женщину к другому в постель пихать? Да он глотки за нее рвать будет. Убьет того, кто только посмотрит на нее. Думаешь, тебя любят, если в расход пускают? Ты что, рассчитываешь остаться в живых, если меня убьют у твоего подъезда?