Чтение онлайн

— Ого, — прошептала она, коснувшись его там ладошкой.

— Что? — спросил Сашка.

— Мне нравится эта штучка.

— Правда?

— Да. Хочешь, я буду сверху?

— Сверху?

— Ну да, — рассмеялась Катя.

И нежно оседлала его. Сашка поразился тому, какая она легкая. Но больше всего его поразило другое. То, что Катя сама направила его в себя. Прямо так, бережно обхватив пальцами его твердый орган, она ввела его в себя.

Села на него.

Сашка охнул. И Катя охнула. Настолько глубоко он проник нее.

Это было что-то фантастическое. Сашка понимал, что девушка сама управляет процессом. Он лишь помогал ей. Он поднял руки, и в его ладони влились ее нежные и тугие груди. Сашка жадно ласкал их. Он отмечал, что Катя делает какие-то разнообразные движения. Не то, что он — как поршень вперед-назад. Нет, она двигалась иначе, иногда немного вбок, иногда, он чувствовал это, она старалась, чтоб только кончик его естества был погружен в ее влажную тайну. Но вот она стала дергаться резче, сильнее, ага, кажется, она взлетает, и здесь природа взяла свое, она стала двигаться так, как двигался бы и Сашка, если бы был сверху. Сам Сашка был еще далеко от вершины, и, собственно, он не очень стремился к этому, ему хотелось, словно со стороны, посмотреть, как это происходит у девушек. Катя что-то горячечно шептала, Сашка стал вслушиваться в ее бессвязный лепет.

— Ой, как хорошо, мамочка, как мне хорошо, — смог разобрать он.

«Видела бы тебя твоя мамочка», — усмехнулся Сашка про себя.

И вот она вскрикнула, прижалась к нему так, что он оказался погружен в нее полностью, она задрожала, ее дыхание стало жарким, неровным, страстным. Сашка понял — она кончила.

Потом она лежала на нем, и он чувствовал, что она все же что-то весит.

Но ему было приятно ощущать на себе ее тяжесть. Неужели это любовь?

Видимо, они оба ненадолго заснули. А когда проснулись, то еще раз занялись любовью. Только теперь Сашка был сверху. И вершины они достигли одновременно. И снова заснули.

Катя ушла от него только под утро.

А через два дня они уезжали. Сашка смотрел на Катю, на ее красное пальто, на шапочку, а сам думал только об одном, об ее крепком юном теле и о том, что она, Катя, теперь навсегда останется его первой женщиной.

Он пытался определить степень своего родства с ней, но его знаний не хватило. Ее мать — двоюродная тетка его матери. А кто он для Кати? А она для него? Нет, он не знал названий для таких родственников.

«Вы любовники», — он вздрогнул, настолько явственно услышал он чей-то голос.

Сашка тревожно посмотрел вокруг. Нет, это ему показалось.

— Мне тут так понравилось, — щебетала Катя.

— Вот и хорошо, — отвечала мать Сашки.

— Мамочка, я хочу тут остаться, — капризно сказала Катя.

И очень выразительно смотрела на Сашку.

А ему казалось, все знают, что между ними было.

Поэтому, когда поезд наконец тронулся, Сашка вздохнул свободно.

Гора с плеч.

Каникулы кончились. В первый же учебный день Сашка, как всегда, до начала первого урока зашел в туалет. Пацаны стояли в кружок. В центре, как всегда, был Петька. Сашка подошел поближе. Петька солировал: «А она говорит: „Меня мама ругать будет“. А я ей: „Ты что, мне не доверяешь?“ А сам трогаю ее рукой между ног, а она руки моей вроде и не замечает! Ну, думаю — пора! Тяну вниз ее трусики, а она говорит: „Порвешь, я сама“».

— Привет, Сашок! — Петька прервал свою песню.

— Привет, — Сашка пожал протянутые ему лапы.

— Что-то твою Натулю видели с Димкой? Поругались, что ли?

— Да, немного, — ответил Сашка.

— А тебя видели в обществе такой приятной леди. Очень и очень…

— Да ладно тебе. Это дочка двоюродной тетки моей матери.

— Троюродная племянница моему забору, — заржал Петька.

— Ты только об одном и думаешь!

— Можно подумать, вы беседовали о чистоте человеческих отношений!

— Может, и беседовали.

— Как говорил классик — «не верю!».

— Я ждала и верила, думала, рожу, а когда проверила, с триппером хожу!

Это пропел Лешка. Сашка засмеялся и шутливо толкнул его в бок.

— Ну, так вот, стала она сама снимать трусики, а я, лап-лап по карманам, презервативы дома забыл. Что делать?

Петька продолжил свою песню. Жизнь продолжалась.

— Здравствуй, Наташа.

Она повернулась к нему.

— Здравствуй, Саша.

— Как ты живешь?

— Нормально.

«Забыла меня?» — хотелось задать вопрос.

— Сходим сегодня в кино? — спросил он.

— Не знаю, сегодня задали столько уроков.

«Вон оно что», — подумал он.

— Тогда давай послезавтра. На речку. Выходной же все-таки.

— На речке еще холодно.

— Мы погуляем по берегу. Не загорать же идем.

— Боюсь, меня мама не отпустит.

«Кончай врать. Ты просто не хочешь», — подумал Сашка.

— И за что тебе такой террор? — спросил он.

— Ну… Не террор. К нам должны прийти.

«Димуля, что ли?» — хотел спросить Сашка.

— Наташ. — он тронул ее за руку.

— Что?

— Что случилось?

— Ничего.

— Неправда. Я видел, ты с Димкой…

— Что «с Димкой»?

— В кино вас видел.

— Ты тоже был, как я заметила, не один.

— Это была дочка моей тетушки, — сказал он и почувствовал, что уши краснеют.

— Что-то мы раньше о такой не знали, — Наташа смотрела куда-то в сторону.

— Они к нам давно не приезжали.

— И где они живут?

— В Андреевке.

— Где это?

— Черте где!

Наташа усмехнулась. Это уже было хорошо. Кажется, ледок удалось растопить.

— А что у тебя с Димкой? — Сашка решил выжать из ситуации максимум.

— Ничего. Прогулялись пару раз.

— Ты что, все забыла? — спросил он совсем тихо.

— Что «все»? — она смотрела куда-то под ноги.

— Что мы с тобой встречались.

Он не решился сказать — «любили друг друга».

— А мне кажется, это некоторые все позабыли. Из-за голенастых родственниц.

— Что ты такое говоришь! — засмеялся Сашка.

— Создалось впечатление. И не у меня одной.

— Перестань. Что, я должен был прятаться от нее?

«Как складно я вру», — подумал он.

— Не знаю. Мне показалось, что ты был к ней очень не равнодушен.

— Тебе показалось.

— Может быть.

И вдруг Сашка понял, что он не должен больше канючить и просить ее о встрече. Он сказал ей, что с Катей у него ничего не было. То есть, остальное зависит от нее. Пусть она сама скажет ему, что хочет по-прежнему ходить с ним.