Чтение онлайн

Мирослава как уже она говорила являлась младшей жрицей культа Унар-аша. Родилась она в семье обычного ремесленника который зарабатывал деньги тем, что изготавливал мебель из дерева. Для деревни не очень востребовано, так-как клиентов маловато, но были и свои плюсы. Деревенька была спокойная, и всяких проходимцев и банд которые любят «крышевать» подобный бизнес, там не было. Да и материал был дешевле, лес считай за забором.

Так это семейство и жило, пока не подрос сын помещика. И хоть отец его был хорошим и добросовестным аристо, сын пошел явно не в него. Мать Миры пропала, когда ей было четырнадцать. Вся деревня искала женщину, но никак не могли найти хотя-бы тело. Труп выловили из реки рыбаки сетями, через пять дней после ее пропажи. И судя по одежде и травмам её изнасиловали, прежде чем убить. Отец в тот день напился, и пошел просить помещика найти виновного. Аристократ, который тоже был крайне возмущен этим преступлением, пообещал приложить все усилия. Вот только через пару дней, Мире рассказали две её подруги, что её мать в компании сына помещика шла к реке на кануне пропажи. Она пересказала эту информацию отцу. Разгневанный отец семейства, схватив вилы, пошел и убил наследника и единственного сына Демьяна — помещика то-есть.

А на следующий день, его повесили за убийство благородного. Так Мира и осталась сиротой. По прошествии нескольких месяцев, к ним в деревню проездом явился жрец культа Унар-аша. Мира которая все это время жила впроголодь, решила обокрасть явно состоятельного жреца. Так и случилось. Пробравшись в дом, где оставновился проповедник, она украла его кошель и смылась в тьму ночи. Вот только когда она зашла к себе в дом, на кухне горела свеча, а этот самый обкраденный жрец, спокойно пил травяной чай, с легкой улыбкой на лице. Жрецу понравились навыки Миры, особенно её грация кошки. Он забрал ее с собой. Деревенским не было дела до бедной сироты, а помещик был только рад избавиться от напоминания о смерти его сына.

Так и началась её новая жизнь. В шестнадцать лет, после упорных тренировок, она получила сан аколита — послушника. И взяла свой первый заказ, перед этим сменив прическу у местного цирюльника, на мужскую — так легче смешаться с толпой, а то женщины конечно-же могли носить оружие, но это редкость. В двадцать пять лет она получила сан младшего жреца, что для её возраста был очень неплохой результат. И получила она с этим саном новый статус у теперь уже не младшего жреца Руслана, а главного жреца в Княжестве Волгинском, что когда-то приютил маленькую воровку — теперь она была его посыльным, в другие города к ячейкам их культа. Вот с такой миссией в Тибр её и послали — нужно было передать письмо местному жрецу культа Унар-аша. Вот только вместо адресата её ждали послушники культа Вераса с младшим жрецом во главе. Убив парочку послушников, что отрезали ей путь к побегу, оно оторвалась от погони. А потом пришла в таверну «Веселая Тыква», где мы сейчас и находимся.

Тут до нее докопались наемники из «Псов войны», а потом я уже и сам стал невольным участником её судьбы. И судя по взглядам, которые она на меня бросала во время рассказа, эта мелкая пигалица, решила, что раз судьба и чуть-ли не сам Феликс свели наши дорожки жизни, то она станет моей верной то-ли ученицей, то-ли любовницей. Может все сразу. Я в принципе не очень хотел становиться эдаким великим магистром для юного падавана, но такой расклад меня бы устроил. Все-таки она родилась и выросла в этом мире, и в принципе гид и проводник мне тут бы не помешал.

А что до её ученичества, то опыт у меня и так есть, Патриарх как-никак. А в Корпусе система ученичества была проста как лом, но действенна. Просто более опытный Ликвидатор, брал себе в ученики одного или двух членов Корпуса рангом пониже, и таскал их с собой постоянно. А они впитывали все что он делает, как он это делает и что говорит. Конечно еще были всякие курсы, и мастера, что обучали стрельбе и рукопашному бою, но это было вторично. Да и кое-какие навыки у Мирославы и так есть, нужно только огранить её тело и навыки методиками более продвинутого и развитого мира. А там посмотрим.

Если можно будет поставить метку в этом мире, или еще какой маячок, чтобы возвращаться на отдых сюда, то личный адъютант мне тут не помешает. Ну а что? Мне тут вполне себе комфортно, так что базу можно устроить в Урусии. Да и в свой родной мир, я особо не хочу возвращаться. Там осталась всего пара моих друзей, но эти старые волки, думаю доживут свои годы и без моей помощи. Семьи, как и наследников я не оставил. Так что там меня по факту ничего и не держало. Об одном жалею, сдох самой позорной смертью для Патриарха!

Часть 2.

Интерлюдия.

Никита Ловцов.

Сидя в кресле Старшего Жреца культа Вераса, я смотрел на стоящего в паре метров от меня мужчину. Стоял он на холодном, сером мраморе, из которого был сделан весь пол, да и стены в церкви. Склонившаяся в поклоне и стоящая на одном колене могучая фигура смотрелась бы даже забавно. Вот только ни я сам, ни стоящие рядом двадцать послушников, ни сотник «Псов войны», что стоял чуть в стороне, не допускали на лице и тени улыбки. Не та ситуация, чтобы радоваться и смеяться.

— Говори Ульфрик. — отдал я сухой приказ.

— Господин Никита, как Вам известно, я упустил посланника Руслана, руководителя культа Унар-аша в нашем княжестве, но как Вы и приказали, начал шерстить весь город, чтобы исправить свою ошибку. К поискам я подключил двадцать подконтрольных мне послушников, и прибывающих сейчас в Тибре наёмников и братьев по вере «Псов войны». Но мои люди ничего не нашли, хоть и узнали, что член культа Унар-аша скрылся где-то в северной части города.

В этот момент сотник «Псов войны» по имени Ефим, сделал шаг вперед и отвесил поклон.

— Мои люди малыми отрядами от пяти до десяти человек прошлись по всем тавернам, гостевым и постоялым домам северного района Тибра. Все группы вернулись ни с чем. Кроме одной. Компания Барса берсерка, не вернулась вовсе.

— Что за место они проверяли? — спросил я. Ни за что не поверю, что эти матерые вояки могли просто напиться и забить на задание.

— «Веселую Тыкву». — скривив лицо ответил наемник. — Они не особо хотели отвлекаться от выпивки и жриц любви. Пришлось сказать Барсу, чтоб его парни и он сам шли в «Тыкву», и искали нужного человека там. А этот умник, чтобы парни оторвали свой зад от удобных лавок, сказал, что мол сюда офицеры придут, и поэтому бордель нужно освободить. Ну и повел их в ту таверну, объявив продолжение попойки, но уже там. А в условленное время они не вернулись.

— Хм. Странно, надо пос.., — и тут меня перебил вбежавший в зал послушник.

— Господин старший жрец! Срочные новости! В таверне «Веселая Тыква»! Там, — фух, там там, — пытался он быстро что-то сказать, про предмет нашего разговора, но сбитое дыхание мешало речи.

— Отдышись, а потом говори, — дал ему подзатыльник, уже вставший с колена Ульфрик.

Через две минуты аколит культа Вераса, наконец заговорил.

— Фууух. В таверне «Веселая Тыква», час назад было убито семь наёмников из «Псов войны», — на этих словах, лицо сотника побагровело от гнева, и он, зло топорща бороду, вскричал:

— Кто посмел!? Кто эти суки!? — прогремел его бас на всю залу.

— Он был один, — скромно ответил послушник.

— Один!? — недоверчиво переспросил наемник, — Один человек убил шесть славных воинов и берсерка? Если это так, то он поистине могуч, как его имя?

До этого разговор я слушал в пол уха, так-как забот своих у меня хватало. К примеру куда запропастился гребаный посланник? Но тут, тоже повернул голову в сторону аколита. Все-таки воитель, способный убить семерых «Псов войны» с офицером, это очень сильный боец. Возможно второй или третий по силе в Тибре. Все-таки не думаю, что он сильнее меня или Ефима. Но даже если Ефима он как-то и завалит, то у меня еще есть и пара козырей в рукаве. Жрец я, или так, погулять вышел?