Ликвидатор Историй. Книга I
Шрифт:
Дойдя до конца прохода, стали подниматься по винтовой лестнице.
Задумавшись, подскользнулся на какой-то луже и чуть не свалился вниз.
Схватив меня за плечо, один из гвардейцев покачал головой:
— Аккуратнее, господарь. Тут ненароком и расшибиться можно, — отпустив меня, убедившись, что я уже устойчиво стою на своих двоих, он добавил:
— Тута давеча один казнокрад башку разбил. Всей сменой потом мозги оттирали.
— Молча идём! — не оборачиваясь рявкнул воевода.
— Ну, повнимательнее будьте в общем. — панибратски хлопнув меня по груди, он поспешил вернуться в строй.
Оглянувшись на мокрую ступеньку, увидел на ней уже сгустившуюся лужицу крови. Уборщица им тут явно не помешает.
Продолжив путь, вскоре мы оказались у больших ворот, охраняемых двумя привратниками. До этого минуть десять шли по сменяющим друг друга коридорам, но ничего нового для себя я тут не увидел. Все те же роскошь, помпезность и выпячивание богатства. Но тут это было сделано хотя бы со вкусом и без перегибов.
— Все уже собрались, господин Листов. — ударив кулаком по стальному нагруднику доложился один из привратников.
— Добре, — кивнул он, — Открывай!
Щелкнув пятками сапогов, докладчик развернулся и пошёл к створкам ворот.
Схватившись за толстые железные кольца, оба стража с явным трудом потянули их на себя.
По мере открытия, я смог рассмотреть тронный зал и обстановку в нём. В дальнем конце помещения, возвышаясь над всеми, стоял трон. На нём, в расслабленной позе полулежал, облокотившись на спинку мужчина средних лет, одетый в золотой кафтан. В правой руке он держал за эфес меч в потёртых серебряных ножнах, а в левой кубок, щедро украшенный самоцветами.
К трону вела ковровая дорожка красного цвета, тянувшаяся с порога. По обе стороны от неё расположились деревянные лавки со спинками, на которых расположилось просто уйма народу.
— Вперёд. — отдал команду один из солдат и я зашагал по ковру, вслед за сопровождающими.
Войдя в тронную залу, поморщился от яркого света люстр. За время сидения в камере немного отвык от яркого света. Кстати, тут были не только мужчины но и дамы. Правда я сначала почувствовал сшибающее с ног амбре духов, а только потом увидел представительниц прекрасного пола. Явно перебарщивают с ароматическими маслами. Но что поделаешь — тёмный век меча и кольчуги.
Дойдя до свободной площадки перед троном, меня поставили по правую руку от государя. Слева, в сопровождении таких же гвардейцев стоял Верховный жрец Вераса, с повязкой на глазу.
— Государь, по Вашему приказанию Василий Кречет доставлен и готов к Судилищу. — выйдя чуть вперёд, отвесил поклон воевода.
— Спасибо, граф Листов. — качнул головой Георгий, в намёке на кивок, — Можете сесть. — указал он рукой на свободное место в первых рядах.
Ещё раз поклонившись, граф развернулся и пошёл к указанному месту.
Проходя мимо меня, он на мгновение остановился, а из прорезей маски блеснули прищуренные глаза:
— Князь Лесовской на стороне Унар-аша, Ваше преосвященство. — прошептал он и продолжил свой путь.
Сохраняя на лице маску полного спокойствия, внутренне улыбнулся. В игру вступают новые игроки, а ставки соразмерно растут.
— Судилище по делу об убийстве Первого Меча Вераса и покушении на жизнь Первого Стилета Унар-аша объявляю открытым!
— Встать, царь глаголит!
С обоих сторон от трона вышла пара седобородых старцев, выкрикнувших по одной из фраз.
Сзади послышались шорох одежды и скрип отодвигаемых лавок.
— В первой части суда будет рассмотрено убиение Ярополка Волгинского. — не вставая с места сказал Георгий в наступившей тишине.
— Не девеча как вчерашнего дня, состоялся бал в честь дня рождения нашего государя. — взял слово плешивенький старичок слева.
— На приёме том были и убитый с убийцей. — подхватил старец слева, опирающийся на резную трость:
— Василия пригласили на разговор наедине трое уважаемых людей.
— А именно, — стал перечислять второй, — Князь Волгинский, его сын Ярополк и Степан Лесовской.
— Отродье Дома. — послышался злой голос из зала.
— Тишина в зале! — неожиданно зычно гаркнул говорящий, ударив посохом о мраморный пол.
— Кхе-кхе, так вот, — как ни в чём не бывало, спокойным голосом продолжил он:
— Они его значиться пригласили, на разговор. И при оном произошла ссора, повлекшая за собой бой в котором и был убит наследник Дома Волгинских.
— Немного не так. — перебил его первый, — Верховный применил заклинание «Магическое подавление», тем самым спровоцировав барона Кречета вступить в бой.
— Ярополк вступил в схватку на стороне брата по вере и был убит. — пригладив седую бороду закончил говорить он.
Прикоснувшись к золотому венцу на голове, украшенному крупными изумрудами, Георгий наконец взял слово:
— Действия Первого Стилета признаю правыми. Ибо написано в своде Зконов о благородных: «Защищая живот свой, Дом свой, свободу свою и честь, аристократ в праве убить врага своего, ибо так делали наши предки, так будем делать и мы». Сим снимаю все обвинения с барона Василия Кречета! — стукнув по полу ножнами, провозгласил он.
В зале послышались удивлённые перешёптывания и несмелые аплодисменты.
— Сука! Убью тихушную крысу! — вдруг взревел князь Волгинский, судя по голосу.
— Ти-ши-на! — по слогам прокричал один из старцев, сопроводив свои слова грозными ударами посоха.
Когда переговоры и обсуждения стихли, а раздосадованный отец Ярополка заткнулся, второй из стариков заговорил:
— Ну а теперь перейдём ко второму пункту Судилища. Покушение на жизнь Первого Стилета Унар-аша!
— В еде, приготовленной для потчевания Первого Стилета был найден яд, убивающий в течении трёх дней.
— Сим подтверждается версия, что убить хотели Василия изначально. По предварительному сговору. — подхватил первый старец.
— Вину на себя взял Верховный жрец культа Вераса. — вторил второй.
— Позор!
— Вера воинов попрана!
— Хитрый лис среди волков!
Послышались гневные выкрики приглашённых аристо и жрецов, но они быстро стихли под грозным взглядом царя.
— Тут всё понятно и без долгих разговоров и тяжб, — заговорил правитель, — Вина их доказана и обсуждению не подлежит. Степан из Дома Лесовских взял на себя вину и наказание за этот проступок. Но вины князя Волгинского это не отменяет.