Чтение онлайн

Обугленное лицо на светло-сером мрамора пола.

Выстрел в глаз смертелен даже для киборгов, это Келли запомнила.

Какое-то время Джей еще стоял посреди прихожей, опустив руку и сгорбившись так, словно излучатель весил целую тонну. А затем прислонился спиной к двери и сполз по ней на пол.

Келли отмерла.

— Джей, что с тобой?

Кинулась к нему, развела края куртки, бегло ощупала плечи — неужели он ранен?

— Я в порядке, — глухо сказал он. — А ты, детка?

— Как видишь, жива. Почему он не выстрелил?

— Не смог.

— Что значит — не смог? Ты умудрился испортить его оружие? Но как?

— Не оружие. Чип. Шаттл имеет с чипом пилота прямую связь. Добравшись до шаттла, я не только разорвал связь со станцией и подменил сообщения. Я изменил пару строчек программного кода в чипе Двадцать восьмого и зациклил его на бесконечное уточнение запроса после конкретной мозговой команды.

— Ничего не поняла…

Джей вяло улыбнулся.

— Я установил в нем запрет уничтожать живое.

— То есть… как?

— А вот так. Мозг посылает команду «убей», но чип ее блокирует и задает уточняющий вопрос — а точно ли убить? И так без конца, по кругу. Он просто зациклился. Не смог выполнить собственное намерение и нажать на спуск.

Ух ты. Ему точно следует познакомиться с Лиз. Вместе они придумают… да что угодно придумают! Келли, переваривая услышанное, села рядом. Обхватила руку Джея и опустила голову ему на плечо.

— Это же хорошо. Тогда почему у тебя такое лицо?

Он закрыл глаза и стукнулся затылком о дверь.

— Я убийца, Келли.

— Нет, Джей. Это он — убийца. Он убил многих людей, и нас с тобой ждала та же участь. Уничтожить того, кто несет лишь смерть — не преступление.

— Я не хотел уничтожать его. Хотел договориться миром. Ты как-то сказала — он мой брат. Но он больше, чем брат. Он — это я сам, тот, который высадился сюда две недели назад. Я убил не просто своего брата, я убил себя самого.

— Ты — давно уже не он, Джей. Прекрати себя истязать. Этот «брат» застрелил бы тебя не задумываясь. Ты и сам прекрасно понимаешь: дай ты ему чуть больше времени, и он снял бы твой блок. Разве нет?

— Келли, — тихо сказал Джей, не открывая глаз. — Это была не самозащита. Я убил Двадцать восьмого, хотя знал, что он не выстрелит. А знаешь, почему я так поступил?

— Потому что так поступают все хорошие парни в правильных фильмах?

Она попыталась улыбнуться, но Джей, похоже, шутку не оценил.

— Я ненавидел его. Смотрел, как он держит оружие у твоей головы, знал, что оно не сработает, и все равно ненавидел. Я просто отомстил, понимаешь?

— И… что в этом плохого?

Джей все же отлепил голову от двери и наконец-то посмотрел Келли в глаза.

— Наверное, я теперь и правда слишком человек. Все люди поступают так, верно? Убивают из мести, из ненависти, когда не могут найти других аргументов? — Горькая улыбка искривила его губы.

— В этом вся сложность, Джей. Чувствовать грань, когда ты убиваешь из мести, из ненависти, из собственной прихоти или слепо исполняя преступный приказ, и когда убиваешь, чтобы уберечь от смерти других. Ты предлагал ему остаться с нами, но он — убийца. Получи он свободу и жизнь, рано или поздно он явился бы в Халикс и уничтожил нас всех. Ты ведь не терзался ни секунды, когда убил тех каннибалов. Двадцать восьмой — такой, как они.

Джей помолчал, раздумывая над ее словами. Взгляд потерянный, тусклый, осунувшееся лицо, сурово сжатые губы. Кажется, Келли не слишком-то преуспела, пытаясь его убедить.

— Знаешь, а ведь система, наверное, права. Любая человеческая цивилизация рано или поздно уничтожит себя сама.

— Так значит, теперь ты и сам на ее стороне? — Келли чуть отстранилась, нахмурив брови. — Проникся идеями Двадцать восьмого и вспомнил, что ты — ликвидатор?

Джей поднял голову и долго смотрел на нее, не мигая. Усталые глаза с красноватыми прожилками, припухшие от недосыпа веки. Горькая складка у губ, которой не было прежде.

— Нет, детка. Я больше не ликвидатор. Каждый живой объект имеет право прожить свой жизненный цикл, помнишь? И я сделаю все, чтобы дать возможность этому человечеству выжить. — Он поднял руку и нежно погладил Келли по щеке. — Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты просто жила. И буду счастлив, если ты захочешь прожить свою жизнь вместе со мной.

Командный пункт миргонской военной базы явно создавался не как уютное место отдыха: отсюда хотелось сбежать без оглядки. Наверное, давило то, что он находился под землей, куда не мог проникнуть естественный свет Калео. А, может, это ряды пустующих массивных столов с множеством кнопок, рубильников и дисплеев перед панорамным вогнутым голоэкраном служили лишним напоминанием о навеки остановившейся жизни. Или всему виной не до конца выветрившийся запах тлена, оставшийся здесь после недавней резни, устроенной Двадцать восьмым.

Тела вынес отсюда Джей. И не только отсюда. Последние четыре дня, остававшиеся до встречи с Алексом, он с утра до позднего вечера занимался тем, что собирал останки погибших миргонцев с помощью тележки-манипулятора и отвозил к котловану, ставшему для местных жителей огромной братской могилой. Роль могильщика досталась Келли: на рембазе нашелся работающий экскаватор, освоить управление им оказалось не так уж сложно.

Куда сложнее было избавиться от кошмаров, в которых погребенные миргонцы приходили все разом и взывали к справедливости. Келли просыпалась от собственных криков, а потом заново засыпала — в уютных объятиях Джея, после сеанса исцеляющих поцелуев и успокоительных нежностей, которые он тихо бормотал ей на ухо.

Как же хотелось поскорее отсюда убраться. Этой ночью Алекс заступал на дежурство, от которого, без преуменьшения, зависела судьба человечества. Шаттл был давно готов к отлету: блок-комм вернулся на место, все энергоблоки, кроме одного, напротив, покинули топливный отсек, чтобы освободить место для дополнительных пассажиров, которых требовалось собрать по пути, но Джей попросил еще несколько минут, чтобы заглянуть в рубку управления спутниковой связью.

Ладно, несколько минут можно и потерпеть. Келли стояла посреди неуютного помещения, так и не решившись сесть ни в одно из кресел, слушала тихое гудение воздушных насосов в вентиляционных шахтах и смотрела на то, как Джей напряженно вглядывается в экран, уверенно барабаня пальцами по клавиатуре.

Выражение его лица нравилось ей с каждой секундой все меньше.

— Что-то не так?

— Двадцать восьмой был прав, называя меня тупым. Спутниковый ретранслятор, настроенный на эту базу, заблокирован. Похоже, станция обнаружила мой взлом и приняла меры. Я попался в ловушку: попытался войти в систему через чип Двадцать восьмого без кода-верификатора, который знал только он, и тем самым по глупости запустил вирус, блокирующий связь.

— И что это значит?

— Это значит, что нам надо спешить. С орбиты со дня на день все-таки пришлют резервную десантную группу и продолжат протокол ликвидации. Я должен успеть раньше.