Чтение онлайн

Я переключился на прослушку. Жучок в кабинете Вовы работал исправно. Достал наушник, вставил в ухо. Включил приемник.

Сначала тишина. Потом голоса.

— Владимир, мы должны поговорить.

— Проходи.

Я слушал весь диалог. Каждое слово. Каждую интонацию. Смит угрожал, давил, требовал. Вова сопротивлялся, но слабо. Страх, неуверенность, растерянность — все это читалось в его интонациях.

А потом Смит упомянул Полковника.

Я застыл. И аж хлопнул себя по лбу от избытка чувств.

Полковник. Танаис. Радиоактивное заражение. Ну конечно же. Этот урод…он же знал, откуда мы. Более того, это Смит тогда нас сосватал ему как «решателей проблем». А потом мы подкинули ему изрядную свинью, хоть и не целенаправлено, взорвав базу «Меднанотех» вместе со всем содержимым. Так–то по правде говоря, мы там были не при чем, это все параноидальный компьютер. Но кто ж поверит в такую нелепость?

Полковник. Хитрожопая тварь. И, как оказалось, мстительная.

Мы обещали Полковнику отдать содержимое складов той базы. Не получилось. И теперь, как только что сказал Вове Смит, он пригнал за тысячу километров своих людей, чтобы отомстить.

Я был удивлен. Гнать такую кучу людей, технику просто ради мести? Это было безумием. Или у Полковника были другие причины. Может, МПЛ была ему нужна. Может, просто хотел показать, что с ним шутки плохи. Или что–то еще. В конце концов, что я вообще о нем знаю? Примерно ничего.

В любом случае, ситуация становилась куда более понятной. Я то думал, что Вове просто корона давит, и поэтому он заделался в записные сволочи. А тут эвона как…при выборе между всей базой и мной…что ж… Я сам бы выбрал Вову, но мне проще, для меня все эти люди — просто… юниты из компьютерной игры, не более того. Я с ними водку не пил, от зомби не бегал. А для Вовы это уже его люди, его «племя».

Голоса в наушнике продолжали пререкаться. Смит давил. Вова сопротивлялся все сильнее. Злость в его голосе росла. Я почти физически чувствовал, как внутри Вовы что-то ломается. Страх сменялся яростью. Хех. Ща этот вояка узнает, что нельзя до бесконечности давить на Вову.

— Убирайся из моего дома. Сейчас же.

Я услышал звук открывающейся двери. Шаги. Они вышли во двор. Надеюсь, этот кретин Боб не попрется сейчас за Смитом. За Вовкой была замечена мной такая особенность — он всегда хотел доспорить, додавить оппонента. Но сейчас это кончится плохо. Эх блин…и вот зачем мне это всё, а? Он же меня выгнал… Не, не могу так. Я потом сам себя сожру, что не помог. К тому же…о, точно. Вова единственный известный мне имунный человек. Он нужен нам для науки.

Я отложил бинокль, взял винтовку. Навел оптику на двор базы. Смит стоял посреди, развернувшись ко мне спиной. Вова напротив. Лицо у Вовы было красное, злое.

Смит говорил что-то. Жаль, что они не в кабинете — ничего не слышу. Вова слушал его, явно сатанея от злости — у него аж губы перекосились.

Я перевел прицел на Смита. Голова в перекрестии. Дистанция четыреста семьдесят метров. Ветер слабый, справа налево. Падение пули…две полоски где–то. Ну не снайпер я, что поделать. Короче, во–о–о–т так надо стрелять. Наверное…

Палец лег на спусковой крючок. Но я не стрелял. Просто держал на прицеле. Наблюдал. Перевел прицел на лицо Боба.

— Убирайся, — голос Вовы не был слышен, но я прочитал это по губам, да и жест характерный — указывающий на ворота. Так, а вот сейчас должно быть шоу. Прицел снова перепрыгнул на Смита.

Майор замолчал. Пока они спорили — он повернулся ко мне полубоком. Смотрел на Вову несколько секунд. Потом его рука метнулась к поясу, где он всегда носил свой «Кольт 1911».

А я нажал на спуск. И испытал почти оргазмический кайф. Всё, я преодолел этот момент. Друг для меня все-таки не пустое слово, даже если он и поступил как козел. А Смита я всегда недолюбливал…

Глушитель приглушил выстрел до тихого хлопка. Пуля пролетела четыреста семьдесят метров за секунду, не больше. Вошла в лоб Смита чуть наискосок, выше переносицы на пару пальцев, сделав на входе аккуратную дырочку.

Смит качнулся. Рука с пистолетом не успела поднятся в позицию «для стрельбы», опав на полпути. Он медленно опрокинулся на землю.

Но все это я фиксировал скорее так, краем глаза, переводя прицел на первого охранника. Ещё один залп. Попадание. Второй охранник — ничего еще не понял, крутит головой. Выстрел. Черт, смазал. Тут же второй. Есть, в шею правда, а не в башку, но тоже сойдет.

Два трупа на бетоне, третий сейчас дойдет — вон как дергается в агонии.

Я отложил винтовку. Достал бинокль. Вова стоял неподвижно, с широко раскрытыми глазами. Потом начал вертеть головой, искать стрелка.

— Дже-е-е-е-й! — заорал он во все горло. — Ты меня слышишь?!

Его вопль донесся даже сюда.

Слышу, слышу, — пробормотал я себе под нос. — И отвечать тебе не собираюсь.

Я быстро разобрал винтовку, сложил в кейс. Спустился с крыши, обходя мины. Добрался до чероки, загрузил кейс в багажник.

Завел мотор и поехал прочь. Прочь от базы, от Вовы, от трупов во дворе. У меня были дела поважнее — банда, а по–другому и не скажешь, Полковника, размещенная где–то неподалеку. С ней надо было что–то делать. Но сначала — Битюг, Филя, и МПЛ. Проверить все. И забрать с собой Леху — без него и его летающих машинок я туда не сунусь. Полковник — это вам не тупые Ахмеды с Мамедами из «Воронов», это профи.

Моё единственное преимущество сейчас это то, что теперь я знал, кто настоящий враг. И что он хочет. А вот он думает, что я о нем не знаю.

Я ехал по разбитой дороге, размышляя. Полковник. Триста бойцов. Бронетехника. Артиллерия. Серьезная сила. Но не непобедимая.

Главное — знать, где они находятся. Что планируют. Когда ударят. Короче, разведка и еще раз разведка. И только издалека. Надо, кстати, Леху предупредить, чтобы готовился к выходу. Нажал тангенту на рации, и вызвал нашего «летучего мальчика».

— Леха, ты меня слышишь? Это Женя.

— Слышу, командир, — откликнулся он. — Что случилось?

— Нужна твоя помощь. С дронами. Серьезная разведка.

— Когда?

— Как только я доберусь до вас. Готовь оборудование.

— Понял. Буду готов.

Я ускорился. Дорога петляла между холмов, уходила в лес, снова выныривала на открытое пространство. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые и красные тона.

Через час я добрался до точки встречи. Старый заброшенный научный городок. Во времена Союза таких было немало — строили вокруг институтов пару кварталов зданий, и заселяли в них десять — двенадцать тысяч человек.