Кто мерой мига сердце меритИ тайный жребий смертных дней,Тот горько слеп, тот в жизнь не верит,Тот в ней — как тень в игре теней!..И всех зовущий сон забвенья,Пред строгим подвигом веков,Объяв людей, лишь множит звеньяИх дух унизивших оков.Кто в свете часа дом свой строил,В величьи мира будет мал,Зане он жизни не утроилИ бытия не оправдал…Пусть ярок трепет искры зримой,Но он лишь миг владеет тьмой,Где человек — как сев озимый,До утра майского немой!И пусть свята молитва словаВ устах восставшего раба,Но строят высь пути людскогоЛишь тяжкий молот и борьба!
«Предвижу разумом крушенье…»
Предвижу разумом крушеньеВсех снов — солгавший мир в пыли!И вновь предчувствую свершеньеВсех тайных чаяний земли…Пусть смешан пепел с каждым жаром,Пусть тлен венчает каждый цвет,Но миг минувший цвел недаром,Недаром в пламя был одет.Весь подвиг дней в борьбе упорной,Как след случайный на песке,Но бьется сердце плодотворноВ слепом алканьи и тоске…Влача свой крест, и пути к утрате,Где каждый сетует, сам-друг,Всем даром терний и распятийПреобразится смертный дух.И зыбкой искре, слитой с тенью,—Глухому воплю и слезеДано быть каменной ступеньюВ людской светающей стезе!
НОЧНОЙ ПИЛИГРИМ
Весь преданный жару тоски ненасытной,Плетусь я по звездам, ночной пилигрим,Приемля их холод душой беззащитной,Взывая к их пламени сердцем нагим.Мерцает их слава, то кротче, то строже,Великая полночь их сменой полна,Но сердце, как тайна, все то же, все то же,И боль кочевая все также одна.Лишь вижу: напрасна молитва в пустыне,Что с бледною дрожью слагают уста,И горек мой посох — доныне, отныне —Где выкован череп под знаком креста!Лишь знаю, что в мире — две разных ступени:Средь высей зацветший покойИ в дольней дороге от тени до тени —Заблудший в смятении разум людской!
ВЕЧЕРНЯЯ ПЕСНЯ
Скользнул закат по высям отдаленным,И вновь шепчу я сердцу моему:Познав весь свет, равно неутоленным,Падешь во тьму…На всех стеблях, чья стройность длится хрупко,Зажжется свет, затмится и пройдет…И лишь полынь — на дне живого кубка,Где будто был налитый на пир мед…В миг пламени веков седая ПряхаРоняет прах, и меркнет вдруг игра,И каждый раз для холода и страхаВлачусь я от костра…Смыкает день стоогненные срокиВ полях земли — лишь в небе облакаЦветут, горят… Но искры их далеки!И дрожь близка…
ВЕЧЕРНЯЯ ПЕСНЯ
Полдневный лен и розы отцвели…В последний раз, чуть зыбля свет в пыли,День шелестом касается земли…И где сливалась ткань земного снаИз зыбкого цветного волокна,Немая даль немых теней полна…И где пылал о разном миг и миг,Весь призрак яви, как единый лик,У звездного порога вдруг возник…Мир пестроты, свершившей свой завет,Облекся в прах без знаков и примет,И на земле у сердца крова нет…В твой звездный храм приотворялась дверь,И ты, душа, раскрытая теперь,Всю нищету отдельности измерь!
«Как срок дан искре, срок — волне…»
Как срок дан искре, срок — волне,Так сердце мечется во мне…Вот, алчное, в твоей тениЗажглись нежданные огни!Их трепет праздный, но живойСвоим забвением удвой…Tвой жребий вплел в их знойный мигПыланье всех надежд твоих…Умей беречь, умей продлитьИз молний сотканную нить…Их цвет пустой возьми в свой путь,Скитанью преданная грудь,—Их цвет, что цвел лишь раз вблизи,Сквозь слезы в далях отрази,—И всю их пламенную ложь,Тоскуя, в памяти умножь!
«В тревогах жизни, в час непрочный…»
В тревогах жизни, в час непрочный,Свой жар лишь вешним снам предав,Молись, душа, тропе восточнойИ шелесту росистых трав…Дышать тревогой переменнойВсему, что в яви, суждено,И все, что было — колос тленный,Отдавший Пахарю зерно…И Суд веков замыслил строго,Чтоб был лишь мигом беглый миг,Чтоб билось сердце у порогаСвершений и надежд своих…Но Зодчий дней, в любви суровой,Торопит каждый взмах крыла,Чтоб мука смерти жизнью новойИ новой юностью была…И вечно-вечно свет поющийВенчает тьму приявиших прах —Молись, душа, заре грядущей,Забрезжившей в твоих слезах…
НАПУТСТВИЕ
В глухом кругу пустынных днейБудь тверд, будь скор,Ведь много трудных ступенейК вершинам гор…