Лиловое пламя
Шрифт:
Мы немного помолчали, наблюдая за развивающимися событиями. У гиппогрифа дела явно обстояли лучше чем у его несостоявшегося палача. Отбиваясь от наседающих на него зубастых клубков, он умудрился перерезать сдерживающую его веревку и взмахнув крыльями упорхнул. Макнейр только сжал крепче зубы глядя на эту картину. К его сожалению, он был слишком далеко чтобы успеть ухватиться за его холку и избежать дальнейшего противостояния.
— Что ж, думаю с нас достаточно просмотра. — Рус развеял заклинание линзы. Мак Буны как раз собирались прикончить упавшего палача, и зрелище ожидало быть не самым приятным. Месть местью, но зачем потом мне этого мерзавца ещё и в кошмарах видеть?
— Когда же ты это придумал? — тихо спросила я мысленно поражаясь тому, что за собой может прятать мнимо умиротворённый пейзаж ночного леса.
— Ещё тогда когда ждал твоего пробуждения в Малфой меноре. Оставалось только создать необходимый прициндент, чтобы палача обязательно привлекли. Дальше — дело техники.
— Стало быть Панси не просто так попала под когти гиппогрифа?
Северус поморщился.
— Нет, как раз мисс Паркинсон поплатилась за свою глупость, а Драко за нерасторопность и неумение предугадать последствия своих поступков.
— Так это Драко должен был реализовать твой план?! Он же мог пострадать…
Снейп иронично задрал бровь.
— А кто совсем недавно предложил ему поучаствовать в не совсем законной афере?
Лицо опалило жаром и мне показалось, что я покраснела до корней волос.
— Так ты знал? И не стал останавливать?
— А зачем? — Мужчина пожал плечами и слегка прищурился. — Членам нашего факультета нужно учиться плести интриги. Это важное условие их дальнейшего выживания. И если я стану вмешиваться в каждую игру, то меня банально перестанут посвящать в их условия. А мне как декану это не с руки.
— Значит ты знал обо всем с самого начала. — Полуутвердительно констатировала я. Помимо воли в душе зашевелилось неприятное чувство предательства. Я-то считала, что мы с Драко все будем проворачивать тайно, а оказалось…
— Не стоит так расстраиваться. — Северу приподнял мою голову, заставляя вновь взглянуть на него. — Твой крестник умный мальчик и знает, кто должен будет прикрывать вас в случае провала. Он поступил мудро, посвятив меня. Я правда был неприятно удивлен тем, что это сделал он, а не ты.
Не выдержав его испытующего взгляда, я снова опустила глаза.
— Я хотела сделать что-то сама. Понимаешь? Я и так постоянно вешаю на тебя свои проблемы. Нет, я очень благодарна тебе за все, но мне хочется тоже помочь. — Попыталась я хоть как-то донести до него свои мысли, не выдав при этом истинных мотивов.
— И как мне помогут проблемы Макгонагалл? Наблюдать за ее метаниями мне, конечно, приятно, но не стоит тебе влазит в эту мышиную возню. Или может кто-то просто хотел сделать маленькую ответную гадость?
Я перекатилась с пятки на носок. Уел. Похоже в вопросах настоящих махинаций и интриг в школе мне стоит ещё многому научиться.
— Может совсем чуть-чуть. — Протянула я, взглянув на собеседника из-под полуприкрытых ресниц проверяя реакцию на свои слова. К моему удивлению Рус не был расстроен. Он улыбался.
— Если бы ты училась на нашем факультете с самого начала, сегодня б в общежитии закатили неплохую вечеринку. — Он хмыкнул и пояснил, видя мое недоумение. — Обычно, если кто-то из слизеринцев впервые проворачивает хорошую интригу и в результате остаются виноваты гриффиндорцы, это принято отмечать. А поскольку нагоняй получила даже декан их факультета, могу с чистой совестью заявить, что ты отлично справилась.
— Ну, здесь не столько моя заслуга. Большая часть победных лавр принадлежит Драко и его товарищам. — Поскромничала я, хотя в глубине души была безмерно довольна похвалой. — К тому же, я же уже фактически выпустилась.
— Именно так. И поскольку ты уже не школьница, к тому же ещё и моя ассистентка, то я не смогу оставить твой поступок без внимания. Ты уже не ребенок, чтобы заниматься мелкими шалостями. — Серьезно добавил Снейп, на раз испарив мою эйфорию.
— Эм. И как же? — С некоторой опаской спросила я.
— Для начала, ты вернёшь мне похищенную некими джарви вещицу. — Он выразительно протянул мне раскрытую ладонь и я неохотно опустила в нее крохотный маховик. — А обо всем остальном поговорим когда будем в Паучьем Тупике. Я давно хотел привести в порядок задний двор. Пускай там хоть тот же аконит растет, главное чтобы полезное.
— Ага… — Я понуро опустила голову, но мысленно ликовала. С ковырянием в земле я как-то справлюсь.
— Ну, а теперь давай отпразнуем сегодняшний день. Год выдался напряжённым и полным событий, так пускай же следующий будет лучше.
Мужчина махнул рукой в сторону стола и с него спали маскирующие чары. Оказывается он подготовил не только вино. Слегка перекошенный столик был серверован на двоих. Помимо приборов здесь также были фрукты, лёгкие закуски и салат. В душе поднялась волна благодарности. Обычно именно я выступала инициатором вот таких спонтанных посиделок. Но на смену радости пришли опасения. Неужели Рус уже нашел средство которое окончательно разрушит мое проклятие и это что-то вроде прощального вечера? От одной только мысли об этом становилось не по себе. Нужно было убедиться, что это лишь мои домыслы.
— Спасибо тебе. — Я обхватила его ладонь и с самым трепетным выражением на какое только была способна, взглянула в его лицо. — Рус, я никогда не забуду этот подарок. Надеюсь, что в следующем году мы сможем вот так же отпраздновать здесь. Похоже Воющая хижина очень неплохое место для отдыха…
— Лиз… — Рус аккуратно высвободил свою руку и пригладил мои слегка растрепавшиеся белые волосы. В душе всколыхнулось дурное предчувствие. — Думаю к этому времени я уже сниму проклятие и у тебя не будет необходимости оставаться здесь.
— Но я… — «…не хочу оставлять тебя», хотела я закончить предложение, но тут внизу раздался грохот, за которым последовали крики боли и невнятные возгласы. Я едва заметно вздрогнула и недоуменно покосилась в ту сторону.
— Кажется кто-то решил составить нам компанию. — Голос Северуса враз утратил теплоту. В нем нем снова звенел привычный металл. Похоже кто бы ни прервал нас, ему несдобровать.
В комнате повисла напряжённая тишина. Гарри никак не мог решить кому же верить. Человек в тюремной робе напротив продолжал смотреть все так же жалобно. Петтигрю — вот он, живой, — поскуливал на грязном полу. Да и Люпин теперь смотрел на старого друга больше с сожалением и виной, чем с опаской. И что он должен делать в этой ситуации?