Чтение онлайн

Леарза смотрел на хвост профессора и рассеянно пытался представить себе, что хвост этот состоит из мелких частиц. Мелких, мелче пылинки; как они только не рассыплются?..

— А как эти частицы держатся друг друга? — спросил он, перебив Квинна.

— Хороший вопрос, — профессор не рассердился. — Существует такой закон вселенной, по которому все тела притягиваются друг к другу. Эта сила, сила притяжения, особенно велика для маленьких частичек. Если разорвать два атома, высвободить эту силу, которая притягивает их друг к другу, образуется большое количество энергии. А если расчленить один атом, разорвать его на части, то энергии будет еще больше. Люди научились это делать, — заметил Квинн и снова дернул себя за хвост. — Вызывать реакции распада атомов. Такая реакция называется термоядерной, юноша. В стародавние времена люди научились перемещаться в космосе в основном благодаря ей; сравнительно небольшие запасы топлива позволяли выделять достаточное количество энергии. Да будет тебе известно, — и, возможно, Каин тут тебе расскажет больше меня, — что некоторые вещества лучше подходят в качестве такого топлива, и долгое время наши корабли летали на урановых, а затем ториевых реакторах.

— А как вообще перемещаются в космосе? — спросил Леарза, который уже знал, что космос — это безвоздушное пространство, и расстояния в нем до нелепого огромны. Гавин как-то, посмеиваясь, сказал ему, что от Кэрнана до Руоса, если б он научился обходиться без воздуха, ему пришлось бы идти пешком несколько миллиардов лет, если не больше. Леарза смутно осознавал величину слова «миллиард», но все равно впечатлился.

— Кажется, Гавин уже что-то говорил тебе о скорости света, — сказал Квинн, оборачиваясь. Солнце вызолотило его макушку.

— Свет тоже состоит из маленьких частичек, — согласился Леарза, — и двигается. Частички летят от источника света, например, от солнца.

— Верно, верно. И, например, чтобы достичь поверхности Кэрнана, а значит, наших глаз, — сказал профессор, поднял руку к окну, в котором показалось маленькое круглое солнце, — лучу света понадобится около семи минут. Поскольку наши глаза устроены так, что видят при помощи света, вот этот самый солнечный диск, какой ты видишь в окне, на самом деле был таким семь минут назад. То же самое относится к далеким звездам; свет иной звезды летит к нашим глазам долгие миллионы лет, и мы будем видеть, как эта звезда горит, еще миллион лет после того, как она погаснет. Тебе понятно это?

— Да, — несколько неуверенно согласился Леарза. — Но какое это отношение имеет к полетам?..

— Непосредственное, — важно сказал Квинн. — Ничто не может двигаться быстрее света. Точнее, некоторые вещи могут, но только те, которые не несут в себе никакой информации, а космический корабль уж точно к ним не относится. Подумай, юноша, свет твоей родной звезды добирается до Кэрнана за парочку миллионов лет. Миллионов!.. Вдумайся в это слово. Но нам понадобилось всего лишь около суток, чтобы пересечь это пространство.

— Но ведь корабль двигается медленнее света, — быстро сообразил Леарза. — Нам потребовалось бы еще несколько миллионов лет, чтобы долететь!

— Верно, верно. И нам пришлось бы лететь эти миллионы лет, даже если учесть, что на скоростях, близких к скорости света, время сильно замедляется… в общем, нам пришлось бы, если бы мы летели при помощи линейных двигателей, как их сейчас называют, или при помощи двигателя на ториевом реакторе. Встань, — вдруг приказал профессор. Леарза сначала недоуменно вскинул на него взгляд, но профессор ждал, и китаб поднялся на ноги. — А теперь махни руками что есть мочи.

Леарза, чувствуя себя идиотом, послушно махнул руками вперед, отчего корпусом отклонился назад.

— Ты выбросил руки перед собой, и сила этого движения пытается оттолкнуть тебя в противоположную сторону, — сказал Квинн. — Это принцип, на котором основывается работа двигателей первого уровня. Они с огромной силой выбрасывают энергию в одном направлении, и корабль летит в противоположном. Но максимально возможная скорость такого корабля все равно не может превысить скорость света, разумеется.

— Линейные двигатели, — задумчиво произнес Леарза, опускаясь обратно на стул. Мысль его ожесточенно работала; он забыл о том, где он и что делает, перед ним была очередная задача, совсем как раньше, когда он сутками просиживал в своей лаборатории над реактивами, размышляя, отчего дует ветер и почему солнце встает на востоке и садится на западе. — Это значит, что вы придумали какие-то другие двигатели. Работающие на ином принципе.

— Верно, — согласился профессор Квинн, улыбнувшись в бороду. — Деформационные двигатели — самые интересные. Скорость света преодолеть невозможно, но можно ее… обмануть. Двигатели Алькубьерре искажают само пространство, так что корабль, формально не обгоняя свет, все-таки движется быстрее света.

— …Потрясающе, — пробормотал Леарза и попытался представить себе такое. Получалось не очень.

— Ты, должно быть, в будущем еще не раз услышишь выражения типа «деформационное поле», — добавил толстяк. — Еще иногда говорят «пузырь Алькубьерре». Это и есть то искаженное пространство вокруг корабля со включенным деформационным двигателем. Таким образом мы добрались до Руоса за двое суток, таким образом мы исследуем вселенную. Вижу, это впечатляет тебя?

— Не то слово, — признался Леарза.

Он возвращался к себе в комнату в тот день, восторженно повторяя про себя: «пузырь Алькубьерре». Он все пытался представить себе этот пузырь, но воображение подводило его. Он решил почитать какие-нибудь книги про космос и принялся искать их, но когда он просматривал список доступных электронных книг, стоя посреди маленького холла, в холл вошел веселый, как всегда, Каин и без приветствия сообщил:

— Сегодня у Сета концерт! Если мы там не объявимся, лысый страшно на нас обидится.

— А?.. — не сразу сообразил Леарза. — Концерт?

— Он же музыкант, — снисходительно пояснил Каин. — Готов поспорить, их музыка тебе не понравится! Но это неважно. Корвин и Тильда тоже пойдут.

— …Хорошо, — растерянно согласился китаб. — Если честно, я никогда не думал о Сете, как о музыканте… а что за музыку он играет?..

— Вот и услышишь, — расхохотался андроид. — Что это ты ищешь? Профессор что-то рассказывал интересное?

— Про деформационные двигатели и пузырь Алькубьерре, — сказал Леарза, с каким-то странным удовольствием произнеся это загадочное «Алькубьерре». — Он говорил, ты тоже можешь мне об этом рассказать…

— Не больше, чем любой обычный житель Кеттерле! — воскликнул Каин. — Хотя, если он имел в виду термоядерные реакции и топливо для линейных двигателей, тут совсем другое дело…

В последующие два часа Каин рассказывал Леарзе о том, какие бывают радиоактивные металлы и изотопы, — Леарза не очень понял, что это значит, но слушал с азартом, — о том, как происходит термоядерная реакция, как корабль отрывается от поверхности земли, как выходит на орбиту, как…

К тому моменту, когда они наконец прибыли на место, голова у Леарзы была сплошь забита линейными и деформационными двигателями, Алькубьерре и радиоактивными металлами.