Чтение онлайн

Пламя гналось за ними, словно живое. Оно подпаливало чёрную ткань на их телах, заставляя кататься по земле. Крики и стоны мужчин разрывали ночную тишину, лаская слух. Так им и надо, гадам. Я мгновенно пришла в себя: почему у меня из рук огонь рвётся? Что за чертовщина? Я в ужасе смотрела на свои руки, что совершенно не страдали от обжигающей силы. Пальцы. Не мои пальцы, слишком тонкие и аккуратные – у меня никогда таких не было. Да и царапины с грязью не скрывают аристократичную бледность. Может, я сплю? Точно, это не фильм снимают, а я в коме лежу. Под аппаратами всякими, обколотая лекарствами, отчего всякая чушь сниться.

Успокоив саму себя, я глубоко вздохнула. Пламя начало постепенно стихать, и теперь я могла видеть обожжённые голые мужские задницы. Балахонщики, что могли стоять на ногах, теперь зло смотрели в мою сторону и их вид мне совсем не понравился. Жуткие типы, аж мороз по коже от их свинячьих глазок и худющих рож. Бандитов нынче не кормят или они просто форму поддерживают? Так я тоже не откажусь от такой диеты, вон как скулы заострились. После осознания того факта, что всё вокруг сон, мне стало гораздо легче. Ведь, если умрёшь во сне, то пробудишься, правильно?

Знать, что после смерти проснёшься – это замечательно, однако всё равно было страшно. Глядя на балахонщиков, меня пробирала дрожь. Пусть их и потрепал огонь, но они всё так же представляли угрозу. Удары мечей явно я прочувствую, прежде чем вернуться назад в реальность. Вжимаясь спиной в решётку забора, я отчаянно молилась. Хочу проснуться. Хочу очутиться на больничной койке, с капельницами и добрыми медсёстрами. Не хочу быть тут, смотреть этот кошмар, созданный повредившимся мозгом. Мамочка, пусть они исчезнут и придёт рассвет. Прошу тебя, я устала от страха и непонимания.

Пока я мысленно ныла, послышался шум из-за кустов. Мужики, вставая и постанывая от боли, начали оглядываться. Мне не понравились усмешки на их рожах, как и переглядывания. Неужели, ещё балахонщики? Только не это. Обхватив себя руками за плечи, я сжалась и попыталась раствориться в воздухе. Ожидаемо, ничего не получилось. Прищурившись, всмотрелась в деревья запущенного сада. В лунном свете мелькнул блеск металла, кто там ещё явился по мою душу? Новые наёмники или кто похуже? Хм, надеюсь, я ошибаюсь.

На свет вышли пять стражей, облачённых в блестящие доспехи. Их лица с мрачными взглядами прошлись по всем балахонщикам и остановились на мне. Бог меня услышал? Стражи ведь должны помогать знати, которой меня считают эти сумасшедшие. Сейчас их быстренько упакуют, закуют в наручники или что тут вместо них, и я буду спасена. Фух, аж камень с души упал. Облегчённо выдохнув, я расслабилась, но, видимо, слишком рано. Стражи прошли мимо мужиков и направились ко мне, у всех руки лежали на рукоятках мечей. Эй, что за дела? Это я пострадавшая сторона, а не они!

– Мисс Лилия Нобель, вы обвиняетесь в убийстве своих родителей и поджоге поместья Лайтвуд. Прошу не оказывать сопротивление и пройти с нами, – мрачно произнёс главный стражник, глядя на меня исподлобья. Замечательно, они собрались сделать меня козлом отпущения? Сволочи в железках!

– Снова повторяю, я никакая не Лилия и, тем более, никого не убивала! – едва не срываясь в крик, сказала я. Краем глаза увидела, как балахонщики что-то шептали на ухо одному из стражей. Они что, заодно? – На меня напали эти мужики и пытались убить! Может и графскую семейку они прикончили, я-то тут при чём?

– Мисс Лилия, не стоит упираться, пройдёмте с нами. – упрямо рыкнул стражник, хватая меня за руку. – Не вздумайте использовать магию, иначе мы сочтём это нападением на стражей на службе. Парни, проследите, чтобы господа благополучно дошли до управления безопасности.

– Так точно, командир Шадоу, – хором произнесли стражи, заставляя мои глаза округлиться от шока.

Значит, меня схватили и тащат, а их сопровождали? Что за дурацкий сон? Меня рывком поставили на дрожащие ноги, утаскивая за собой. Этот командующий совсем не заботился о моём комфорте, ведя словно собачонку на поводке. Ноги путались, болели от впивающихся в ступни веток и камней. А он вёл как танк вперёд и не обращал внимание на мои стоны и мольбы остановиться. Не знаю, как раньше себя вели стражи и какие у них были полномочия, но сильно сомневаюсь, что им можно вот так вот обращаться со знатью. От сильной хватки на запястье точно останутся синяки – рука у командующего будь здоров.

Меня, будто преступницу, вывели к воротам. У них уже столпились люди в странной одежде и подпалинах. На них красовались ожоги, раны и их объединяло одно – злые глаза, смотрящие на меня с невероятной злобой. Вам-то я что успела сделать? Прикусив губу, прошла мимо них, оказываясь снаружи поместья. Забор остался позади, а у меня перед глазами продолжали стоять измождённые и злые лица пострадавших в пожаре. Там уже суетились мужчины в белых одеждах, так что помощь им окажут. Однако, почему у меня внутри такое мерзкое чувство, что я последняя дрянь?

Идя по брусчатке, я чувствовала каждый камень. Уверена, за мной тянулась целая цепочка алых следов. Я уже не стонала, не дождутся. Сцепив зубы, шла на чистом упрямстве. Сволочи, а ещё мужчинами себя называют. Когда этот сон уже закончится? Хочу обратно, в мир, где женщин хоть немного, но ценят. Улочки ночного города освещались тусклыми фонарями, в которых плясало пламя. Неужели тут до сих пор используют свечи или это что-то другое? Рассматривая двухэтажные домики, скрытые в ночной тьме, я пыталась понять, куда меня занесло. Это точно не Россия и не Санкт-Петербург, в котором я жила. Слишком… по-европейски, что ли? Насколько могла видеть, строили тут из светлого кирпича и крыши из тёмной черепицы. Опрятные окошки округлой формы, закрытые разрисованными ставнями и большие двери со старинными головами львов вместо звонка.

– Эй, уважаемый страж, нам ещё долго идти? – мрачно спросила я без особой надежды на ответ. Козёл стальной, у меня уже ноги стёрлись, а он всё идёт и идёт.

– Я – командующий Шадоу, а не простой страж. – холодно обронил мужчина, не оборачиваясь.

– Разве графиню… то есть, меня, не положено вести с большим комфортом? – решила спросить, интересно ведь, с чего мне такая «честь».

– Вы обвиняетесь в тяжком преступлении, а значит, не можете рассчитывать на почтительное обращение. – холодно отчеканил командующий и по моей спине пробежал мороз, однако я не собиралась сдаваться.

– А вдруг я не виновна? Как тогда будете себя вести? – угрюмо продолжила засыпать его вопросами.

– Допрос определит вашу степень вины, мисс Лилия, и тогда суд решит вашу дальнейшую судьбу. – непробиваемо произнёс мужчина, наконец-то останавливаясь.

Мы стояли возле обычного двухэтажного здания, каких тут сотни, но с единственным отличием: на окнах были толстые решётки, а возле двери красовалась металлическая табличка с неизвестными каракулями. Точно, во сне ведь нельзя читать. Зря только всматривалась в закорлючки, используемые вместо букв. Распахнув двери – да так, что они ударились о стену – страж втащил меня во внутрь. По коже моментально пробежал холодный ветерок, а в нос ударил сладковатый запах. Нам на встречу вышел паренёк, примерно моего возраста, с кучей бумаг в руках.