Чтение онлайн

– Мы искали тебя, чтобы сказать раньше, - Тегер, лошадь которого стояла рядом с оседланным Роем, не стал терять времени на приветствие. Велен вообще заметил, что таханцы легко подстраиваются под тех, с кем имеют дело. Будь на месте Хранителя какой-нибудь вельможа с Островов, шарад бы еще дюжину минут потратил на витиеватый этикет.
– Где ты так хорошо спрятался?

"У бога под шляпой!
– мысленно съязвил володаец.
– Или у демона под… косой".

– Я был в храме, - сказал он вслух.

– Теперь понятно, почему тебя не нашли… - пробормотал таханец, ухмыляясь.
– Я рискнул довериться выражению лица Шельмы, так что искали тебя в первую очередь в борделях.

– Что, серьезно?

– Нет. Первой мыслью было поискать тебя в какой-нибудь подворотне. С перерезанным горлом. Или на кладбище. Но потом я решил, что похоронить тебя по человечески мы всегда успеем.

– Спасибо на добром слове. Я знал, что могу рассчитывать хотя бы на это, - усмехнулся Велен, забирая у слуги повод и садясь в седло. Ну да, правильно, выражение лица у Таисс наверняка было очень живописное, а шарад даже мысли не допустил, что такое непотребство может твориться на территории, отданной Высоким.

– Куда ты теперь?

– А ты как думаешь?

– Она уехала через северные ворота.

– Стража доложила или следили?

– И то, и другое.

– И что, Таисс не заметила хвоста?

– Заметила, конечно. Я, признаться, на это и рассчитывал. Что заметит, обидится и вернется напомнить, кто тут национальная героиня. Но, чую, влетит мне уже при следующей встрече. Не возражаешь, если я провожу тебя до ворот?

– Чтобы я обиделся и вернулся объяснить, кто тут пират?
– уже совсем искренне хохотнул Северный Ветер.

– Ну, точно не я, - так же весело отозвался шарад.
– А если честно, то я просто не хочу мешать Айзиль. Ей и так сейчас тяжело.

– В каком смысле?

– А ты не видел, как Его Императорское Величество смотрел на Шельму все эти дни? Я уже под конец начал побаиваться, как бы шэрх Ранхаша не победил хозяина. Такие истории оставляют после себя слишком много боли. А восстанавливать внутреннее равновесие императора кому? Правильно, жене.

Маленький костер храбро противостоял густой страденьской темноте. Пляшущие языки пламени освещали лица троих, сидящих вокруг.

– И долго это будет продолжаться?
– вопрос эльфа не требовал ответа, скорее, выражал недовольство.

Рос прикинул на пальцах.

– Ведьма наша дуреет с прошлой ночи, - наконец глубокомысленно заявил он.
– Так что еще дней пять…

Ласкайл мученически застонал.

– Ты уверен? Может, истерика будет покороче?

– Это не истерика, а концентрация!
– процедила сквозь зубы Таисс, сидящая с противоположной стороны костра.

– Я что-то слышал!
– тут же "восхитился" гном.
– Неужто ты решила объяснить, за каким демоном мы несемся, как пьяные кони? И какого демона оставили во дворце большую половину магической мощи?

Вопрос, огромными рунами написанный в глазах дриады, озвучил Нэр.

– Чего?

– Ведьмака почему бросили?
– пояснил Рос.
– Вот так всегда! Хочешь сказать красиво…

– Никто его не бросал, - девушка продолжала цедить слово за словом, как будто каждый звук давался ей с трудом.

– И все-таки, Таисс?
– присоединился ласкайл.

– Так нужно.

– Кому?

Таисс молча уткнулась носом в колени.

А действительно, кому это нужно? Ей? Ему? Богам? Демонам? Проклятью? Той женщине, с которой он занимался любовью?

Той женщине…

Дриада зажмурилась, сглатывая комок в горле и сжимая ладонь в кулак, чувствуя, как расцарапанные кончики пальцев отзываются болью. Прав, ой как прав был мастер Эве, когда говорил, что у действия не бывает одной причины.

Конечно, можно сказать: "я уехала, чтобы его спасти". Но это будет не правда. Прыгая вниз по дворцовой лестнице она меньше всего думала об этом. ЭТО появилось уже потом, когда пришло время объяснять хотя бы самой себе причины бегства. Появилось как красивая обертка не очень приятной правды, как то, что обычно называют "героизмом и самоотверженностью". Но сейчас от мысли, что Хранитель - пусть уже ненавидимый, но еще любимый - останется жив, становится как-то легче.

И что теперь? Сказать правду? Сказать, что он оказался обыкновенной скотиной мужского пола? Что ушел, как только добился своего? Даже без объяснений, просто бросил, вытерев ноги…

"Сама тоже хороша!
– девушка вытерла мокрую щеку о штанину, - Повелась, как последняя дурочка! Сопливая, безмозглая эльфийка! Он сказал "люблю", а ты и растаяла! Он поманил, а ты и повелась! Героиня, демонов тебе за шкирку! Он же человек! Че-ло-век! Как ты могла об этом забыть?! Все они самодовольные мерзавцы!"

– Все замечательно, но ты ревешь, - тут же заметил Нэр.
– Какое замечательное замечательно!

– Свет глаза режет, - буркнула ведьма, поспешно, чтобы голос не сорвался на всхлип.
– И вообще я спать хочу.

Она закуталась в одеяло и отвернулась от костра. В нескольких шагах от лежака проходил контур, по кругу замыкающий лагерь. Мелкая рябь заклинания у рукояти кинжала вдруг напомнила о безупречной работе володайца.

"Мне все вокруг напоминает о тебе! Неужели было сложно уйти, забрав с собой и мысли о тебе, если уж ушел?!"

Понимание того, что, вроде бы, ушла все-таки она сама, не приносило ровным счетом никакого облегчения.

Над головой сияли звезды. Ветер, поднявшийся после полуночи, был странно похож на шум моря за кормой корабля. Разве что такелаж не хлопал и пахло летними травами, а не солью. На душе было легко и почти спокойно. Хорошо, когда есть цель и не нужно думать ни о чем, кроме ее достижения. Сосредоточенном и неотвратимом, шаг за шагом.

От вопроса "Что ты ей скажешь, когда, наконец, догонишь?" Велемир отмахнулся с беззаботностью, свойственному эльфам. Почему-то так получалось, что будучи капитаном Северным Ветром, маг становился ближе к своим остроухим родственникам, если не по внешности, то по состоянию души.

Ошибиться с направлением Хранитель не боялся, хоть и получалось, что двигается он не к Авал то Рону. Еще утром маг с удивлением обнаружил, что идет по следу девушки с уверенностью волка, который чует кровь. Нить между Хранителем и хранимой? Или обратная сторона той связи, о которой говорила Таисс? Разбираться Велен не стал. Ведет и ведет, помогает и помогает, а что именно - это уже не так важно.

Маг коснулся пальцами цепочки на левом запястье. Думал ли повеса Северный Ветер когда-нибудь, что будет так сильно скучать по женщине? Предполагал ли, когда заплетающимся от вина языком клялся хозяйке "Пьяного Пирата", мол, сердце его принадлежит морю и только ему, что однажды помчится, сломя голову, за нелюдкой, которая этого моря и в глаза-то не видела. И что ему это все понравится.