Чтение онлайн

– Вам также чистого эфира, Мак-Дугалл и Киннисон!
– ответила Элен, и ее взгляд заметно смягчился.
– Твои слова мне кажутся уместными и мудрыми. Может быть, ваша Цивилизация тоже состоит из личностей... по крайней мере в некотором смысле. Во всяком случае, я по-настоящему благодарна вам. И на этот раз говорю - до свидания.

Самолет Элен уже был выгружен. Выйдя на летное поле, она подошла к нему и стала смотреть за тем, как огромный космический крейсер стартовал и начал набирать высоту. Пока он не скрылся из виду, Элен стояла все так же прямо и неподвижно.

– По-моему, ей легче было бы вырвать у себя зуб, чем любезничать со мной, - усмехнувшись, проговорил Киннисон, - но она все-таки пересилила свою натуру. В своем роде она вовсе не так дурна.

– Ну что ты, Ким!
– запротестовала Кларисса.
– Если ты узнаешь ее ближе, то поймешь, какая она чудесная! И как очаровательна и прекрасна!

– Ну-ну, - без энтузиазма пробубнил Киннисон - Обложи ее листами нержавеющей стали, - хотя это ничего не прибавит к ее виду, - и можешь поставить на постамент, вместо статуи.

– Ким! Как тебе не стыдно!
– воскликнула девушка.
– Я в жизни не видела такого прекрасного создания! Помолчав, медсестра тихо добавила:

– Хотела бы я выглядеть, как Элен.

– Конечно, она по-своему восхитительна, - без всякого восхищения заметил линзмен.
– Но ведь то же самое можно сказать и о раделийских кошкоптицах, и многих других существах или даже неодушевленных предметах. Но по-моему, подражать всем когда-либо жившим Еленам и Клеопатрам или Лессе Десплейн просто нелепо...

Разумеется, Кларисса не стала спорить, и разговор переключился на другие, менее важные темы.

Вскоре после того как "Неустрашимый" вышел за пределы стратосферы Лирейна, Надрек, который уже привел в порядок собранную информацию, пригласил линзменов на секретное совещание в свою каюту. Ворсел все еще находился в операционной.

– Все нормально, док?
– небрежно спросил Киннисон. Он знал, что ничего серьезного быть не могло - Ворсел вышел из пещеры без посторонней помощи, а если велантийцы не погибали сразу, то поправлялись с поразительной быстротой и легкостью.
– Трудно было накладывать швы?

– Еще бы не трудно!
– усмехнулся хирург.
– Пришлось воспользоваться электрической дрелью и самыми большими клещами, которые нашлись на складе. Но ничего - скоро он присоединится к вам.

И в самом деле, прошло всего несколько минут, и велантиец появился в каюте Надрека. Ворсел был весь перебинтован и не мог двигаться с обычной гибкостью, но тем не менее прямо-таки сиял от удовольствия. Он объявил, что почувствовал себя лучше с той минуты, как уничтожил одно из последних пристанищ дельгонцев.

Обменявшись некоторыми мыслями, линзмены приступили к просмотру полученной информации. Все данные были записаны на пленку и через специальный проектор транслировались непосредственно в их разум. Иногда изображение приостанавливалось, и тогда Ворсел или Надрек объясняли соответствующие мысли эйчей и правителей Дельгона. Все сведения Киннисон заносил на отдельную кассету, которую затем предстояло отослать на Главную Базу. По истечении срока секретности накопленные данные будут размножены, а копии поступят в центральные библиотеки, где их смогут изучать студенты и школьники. Разумеется, без них не могло обойтись ни одно серьезное историческое исследование о самоотверженных и отважных линзменах, живших в те далекие времена.

Для Киннисона, Клариссы и Тригонси просмотр пленки с записью принес поистине шокирующие новости. Оказалось, что правители Дельгона знали о Звездной системе Лирейна больше, чем мог вообразить Киннисон в своих самых буйных фантазиях. Среди всего необъятного для разума космического пространства эта система представляла средоточие самых коренных интересов цвильников. Лирейн II был местом, где происходили их встречи и откуда тысячи невидимых нитей вели к тысячам планет, населенных теплокровными и дышащими кислородом существами. Меньо Блико послал на Лирейн II не одну, а сотни экспедиций, и случай с Иллоной был лишь незначительным эпизодом широкомасштабной кампании.

Тем не менее правители Дельгона не знали ни одной босконской группы во Второй галактике. Они вообще никому не подчинялись и не признавали над собой ничьей власти. В то же время они поддерживали связь - вот что было поразительно - с эйчами, которые жили на загадочной планете Лирейне VIII и проделывали с холоднокровными, обходившимися без кислорода босконцами то же самое, что правители - с теплокровными и нуждающимися в воздухе народами. С целью облегчить сообщение между двумя планетами была построена гиперпространственная труба.

– Одну секунду!
– воскликнул Киннисон, прервав доклад, и остановил проектор.
– По-моему, здесь правители пытались перехитрить самих себя. Если они не получали приказов из Второй галактики, то их должны были получать эйчи, следовательно на Лирейне VIII есть какие-то средства связи. Правители сознавали они это или нет - скорее всего подчинялись эйчам из их Звездной системы. Я прав?

– Конечно, - согласился Надрек.
– Ворсел и я пришли к выводу, что они знали истинное положение дел, но скрывали его даже от самих себя, чтобы не потерять достоинство в собственных глазах. Наши заключения записаны на другой пленке. Поставить ее?

– Обязательно - я хочу проверить, насколько совпадают мнения. Спасибо, ответил Киннисон, и просмотр продолжился.

Основной причиной, почему Звездная система Лирейна стала важным опорным пунктом цвильников, было то, что она находилась вдали от хорошо исследованного центра галактики, а также то, что эйчи и правители жили здесь в привычной для них обстановке. На Лирейне VIII царил вечный космический холод, что неудивительно для восьмой по счету планеты. Уникальность же ее в том, что атмосфера точно такая же, как на Джарневоне.

А Лирейн II превосходно подходил правителям Дельгона. Не только из-за нужной температуры, гравитации и атмосферы, но и так как ни одна пещера дельгоицев не смогла бы долго просуществовать без развитых форм разумной жизни, обладающей высокой биологической и мыслительной энергией, что представляло особый интерес для пришельцев.

Надрек собрал немало других важных сведений, но все они не имели прямого отношения к теме дискуссии. Когда пленка закончилась, Киннисон отключил проектор, и линзмены настроились на пятиканальное мысленное общение.