Липучка
Шрифт:
— Сказал же, что упадёшь!
— Ты меня поймал… — прохрипела я поражённо.
Нет, конечно, мысль о том, что Кир может попросту водить меня за нос с травмой, первым делом пришла в голову. Но я отмела эту возможность и поверила.
Не стоило.
Внезапно я вспомнила, почему не хотела с ним общаться — история с подставой на олимпиаде отошла на второй план. Она стала незначительной и размытой, как старое воспоминание.
— Конечно, поймал, — фыркнул он, не скрывая гордости за собственный поступок.
Пальцами ног я едва доставала до пола, поэтому тихо попросила:
— Пусти.
Кирилл отклонился и попытался заглянуть мне в глаза. А я упорно отводила взгляд.
— Не очень-то похоже на благодарность, Светлячок.
— Спасибо, — буркнула я, упёрлась руками в грудь парня и попыталась оттолкнуть. Но этот гад был на удивление сильным. — Теперь отпусти.
— И не подумаю.
— Может, хватит?
Я наконец посмотрела прямо в серые глаза и замерла в ожидании. Может, он спас меня через боль? Однако секунды капали, а гримаса боли так и не мелькнула на встревоженном лице.
Юсупов открыл рот и явно собирался что-то сказать, но дверной звонок прервал наши гляделки.
— Блин, как вовремя, — буркнул Кир, аккуратно поставил меня на пол и пошёл в коридор. Через минуту оттуда послышался голоса Васи и Толика.
— О, у вас и пожрать есть! — воскликнул довольный Таран и бросился к плите, подмигнув мне по пути и подняв упавший стул.
— Вась, ты можешь за Киром поухаживать? Он очень болен, а у меня внезапно появились дела. Хотя, — я покосилась на Юсупова, который, казалось, вообще забыл, что должен притворяться, — кажется, пациент скорее здоров, чем болен.
— Блин, Светлячок, — простонал Кирилл, но я уже заскочила в свою комнату и захлопнула дверь прямо перед носом соседа. — Не обижайся, это же просто шутка!
— Я не понял, чего случилось вообще? — раздался приглушённый голос Васи из-за двери. — Ты болеешь, что ли?
Толстовка, джинсы и красные носки — всё это я быстро надела, чтоб прогуляться. Во-первых, не хотела сталкиваться с Толиком. Во-вторых, ещё меньше хотела видеть Юсупова. В-третьих, была уверена, что Кир ещё не раз и не два за вечер попробует достучаться до меня, а может даже возьмёт комнату штурмом. Вполне в его стиле.
Перед уходом немного потискала Павлито, захватила рюкзак и уверенно выскочила в гостиную.
— Светлячок! — громкий окрик Юсупова заставил меня вздрогнуть. Всего на мгновение. Потому что после я взяла себя в руки и уверенно пошла в коридор. — Эй! Ты куда?
— Не твоего ума дело, — бросила через плечо я, спешно натягивая обувь.
Чёртовы шнурки! И почему только мне пришло в голову, что ботинки с длинной шнуровкой — хорошая идея?
— Ты куда это? — проворчал Кир, встав всего в шаге от меня и перекатываясь с пятки на носок. Руки он засунул в карманы джинсов и уже не пытался скрыть тот факт, что запястье не болит.
— Не твоего… — повторила я.
— Серьёзно, блин, уже поздно, — жёстко прервал Юсупов, значительно повысив голос. Кажется, даже увлечённая беседа парней в гостиной резко затихла.
Ну да, мне на их месте тоже было бы интересно знать, что там за ссора.
— Плевать, — бросила я тихо и продолжила завязывать ботинок.
— Зато мне не плевать, — рыкнул Кир. — Ведёшь себя, как маленький ребёнок!
К тому моменту со шнурками было покончено, поэтому я с чистой совестью встала, уверенно посмотрела в наглые и до ужаса красивые серые глаза, а потом прошипела, чтоб никто кроме Кира не услышал:
— Это я себя веду как ребёнок? Серьёзно? А кто притворялся больным? Кто меня заставлял маску накладывать, убирать невидимую щетину и кормить с ложки?
— Да брось, — отмахнулся сосед, скорчив рожу. — Это же просто шутка.
— Шутка?! — вспылила я. Мои искренние старания оказались всего лишь способом потешить чужое эго. Осознавать это было очень неприятно, как и понимать, что игра Юсупова продолжалась бы до тех пор, пока он не прокололся. — Пошёл ты со своими шуточками знаешь куда? Ты жалкий обманщик и манипулятор!
— Ну да, не без изъяна, — с наглой улыбкой соглашается он.
С ним даже разговаривать не о чем, потому что для Юсупова такое поведение — в пределах нормы. Он захотел поиздеваться над девочкой-соседкой, он это сделал. Самое поганое, что в его взгляде даже ни грамма сожаления не сквозило. Ни капли. Единственное, о чём он наверняка печалился, так это о том, что обман раскрылся так скоро.
— Чтоб у тебя рука отсохла, дурак, — пробурчала я и развернулась к двери.
Мне нужен был воздух. И немного пространства без лишних ушей и глаз, чтоб подумать, а заодно поговорить с девочками.
— Как грубо, Липучка! — возмутился Кир и вдруг зашипел.
Я резко обернулась и увидела, что он держится за запястье и жалостливо таращится на меня, будто ждёт реакции. Ещё и встал на колени: видимо, хотел отыграть максимум эмоций, чтоб выбить из меня слезу. Или чтоб вернуть наши отношения к предыдущему варианту, без перехода личных границ, но с близкой к дружеской атмосферой.
Однако это не сработало.
— Ты идиот, Юсупов.
— Почему это? — обиженно уточнил он, скрывая ухмылку.
— Забыл, что поранился правой рукой? — едко уточнила я.
На лице Кира промелькнуло удивление вперемешку с восхищением. Он улыбнулся, только теперь без утайки, и быстро поднялся обратно на ноги.
— Раскусила.
— В следующий раз готовься лучше.
Юсупов покачал головой и вздохнул. Эмоции на его лице снова поменялись.
— Следующего раза не будет. Обещаю, — прошептал он и мило сморщил нос. — Не ходи никуда. Там темно, холодно и сыро. А ещё опасно.
— Вот и подумай о том, на что ты меня обрёк, — фыркнула я и выскочила за дверь.
Конечно, я не собиралась морозиться на улице и сидеть, как побитый щенок, под дождём. Просто поднялась выше по лестнице и села, открыв на телефоне любовный роман. Потихоньку продираясь сквозь страницы, я прислушивалась к шорохам и звукам снизу. Задерживаться не хотелось, нужно было просто дождаться, пока уйдут парни, и вернуться в квартиру.
Однако часы пробили одиннадцать вечера, а гости всё не уходили. От скуки и безделья я действительно вышла на улицу и решила пройтись по двору. Размяться перед сном. Не знаю, почему именно эта идея пришла мне в голову, но я уверенно иду к спортивной площадке.