Чтение онлайн

То, что произошло дальше...

Надсадный крик Лисы. Потом еще.

А потом душную, гнетущую, глиняную тишину разрезал резкий, требовательный детский крик.

Взлетев по лестнице вверх, Лейнар пнул дверь.

– Открывайте, вашу мать!

– Имейте терпение, сэтр!
– прокаркала нира Женан - Еще не все.

Невзирая на дикие ругательства, обещания выломать к херам херову преграду и переломать всем шеи, ничего не произошло. Сэтру осталось только стоять за дверью и ждать, сжимая в руках стакан и непонятно как попавшую в них бутыль с вином.

Прошла вечность, прежде чем...

...раздался еще один детский крик - более медленный и ленивый.

И прошла еще вечность, прежде чем...

– Их двое, сэтр Лейнар.
– тихо сказала Одра, открыв дверь и прижав палец к губам - Вы только тише, пожалуйста! Двое! Две девочки. Может, поэтому я их плохо видела в этот раз, да еще и магическая защита!

Не помня себя, он сунул девушке в руки стакан и бутылку:

– Спасибо, Одра..

– Да мне - то за что?
– тихо рассмеялась девушка - Мне это практика!

Упомянула она о практике неслучайно: после окончания пансиона магичка собиралась получить профессию целителя. Над девушкой смеялись и не понимали, даже домашние: женщина - целитель в Арнере - резонанс, но Одра Бразз - Лейнар была непреклонна.

На все насмешки и добрые увещевания она отрезала:

– Женщин - целителей не существует? Что ж... Значит, я буду первой!

Сэтр присел на постель жены, осторожно и аккуратно. Лиина приоткрыла глаза и вяло улыбнулась.

– Линка!
– он обнял ее, стараясь делать это нежнее, ощутив запах свежей крови и жизни - Линка, Лисенок...

Сэтра обняла мужа в ответ:

– Люблю тебя, хоратов ты оборотень! Посмотри на девочек, лисята лисятами! Ничего твоего нет! Не такая уж я и пустышка, выходит. Нира Женан, можно Уилбер посмотрит на детей?

Ворона развернулась от колыбели, пошепталась с целителем, моющим руки и сварливо изрекла:

– Если сэтр обязуется вести себя прилично и не выражаться, как пьяный стражник в кабаке.

Лейнар встал и тихо подошел к кроватке, мягко ступая ватными ногами.

Малышки лежали рядом, спеленутые гусенички, почти соприкасаясь рыжими кудрявыми головками и плечиками. Ничего еще не знающие и ни о чем не подозревающие мятные, сморщенные комочки.

– Для вас жизнь.
– прошептал он, неловко гладя грубой темной рукой мягкую ржавую медь младенческих волос - Для вас Мир. И этот Утес.

И вдруг, не в силах больше крепить тающее сердце холодом, отвернулся и принял слабые старческие дружеские объятия гувернантки и ободряющее "ну, ну" целителя.

И свежий летний дождь за окном. Теплый - теплый! Как слезы...

Эпилог

Одиннадцать лет спустя.

На невысоком, приземистом холме, зеленом и цветущем, стояла девушка. Она была невероятно милой: нежное округлое лицо, огромные глаза цвета дорогого шоколада, мягкие ямочки на подбородке и левой щеке. Пышные, вьющиеся волосы были собраны в хвост и перевязаны широкой голубой лентой. Стройную точеную фигурку и небольшую грудь облегало темно - голубое, в белую тонкую полоску платье, перехваченное на талии белым кожаным поясом, шириной в ладонь крупного мужчины. Прижимая к груди толстую старую книгу, девушка взирала с высоты холма на красоты, открывающиеся ее взгляду.

На необычайно буйно расцветший этим летом Темный Утес. В эти годы вообще творилось что - то невообразимое: свежей, мягкой зеленью и цветами покрывались даже скалы...

На оживший водопад, отсюда его было плохо видно, но слышно прекрасно. Водопад, Фонтан Слез, молчавший тысячу лет... Тысячу, вроде - так говорили?

На видимую отсюда дорогу к замку Лейнара, тянущуюся неровной лентой - белые ровные плиты, камни... На спокойное глубокое море.

На Мир, подаренный ей.

– Красиво как!
– одними губами выдохнула она.

Стройный черноволосый парень, лежащий на траве с книгой, немедленно отозвался:

– Так лето же! Ясь, иди учи! Опять завалишь.

Яська недовольно фыркнула. Наука не шла в голову, девочке хотелось купаться в море, гулять по полям и мечтать о любви и счастливом будущем, а не портить глаза книгами. И в который раз уже так. Опять отец будет вопить, как резаный, а мама - поджимать губы.

– Так всю жизнь и просидишь в пансионе...
– проворчал Хард, переворачивая страницу - Лентяйка.

Ясина Логолла - Лейнар дернула плечом:

– Ну и подумаешь! Всяко лучше, чем Одра: по отдаленным Кланам с заразными возиться! Фууу, гадость! Я после пансиона замуж выйду, сразу. Мне ваша наука вот вообще не сдалась, ясно?

– За кого это замуж?
– недобро прищурился Хард.

В его черных глазах вспыхнули алые искорки.

Яська обернулась:

– Да уж не за тебя, это точно!

И тут же заныла, не обращая внимания на то, как парнишка прокатил желваки по щекам:

– Тебе хорошооо! У тебя маааагия! Ты все запоминаешь, а я так не могуууу!

Хард фыркнул в ответ:

– Не стараешься, вот и не можешь. Магия тут не при чем, Ясина. Так за кого ты замуж - то собралась, говоришь?

Девушка подошла, приминая туфельками нежную траву. Потом присела на корточки. Протянув руку, погладила Харда по волосам.

Положив книжку на покрывало, тихо произнесла извиняющимся тоном:

– Хард... послушай меня. Ты хороший, ты очень хороший парень! И ты мне нравишься, правда! Ну очень нравишься. Ты добрый, всегда меня поддерживаешь. Особенно сейчас, когда мне так одиноко.

– Одиноко?!
– он изумился.

Ясина всегда была избалованной, но это уже переходило всякие границы.

– Чего тебе одиноко - то, Ясь?

Девушка наморщила носик:

– Няня и нира Женан уже совсем пожилые, а родителям не до меня: Тиэлла и Надин отнимают все время. Обороток сложно растить, видишь ли... Тем более, у родителей скоро еще ребеночек на подходе, ты же знаешь...

Она перевела дыхание и легла прямо на теплую траву, рядом с Хардом. Шоколад волос перемешался с зеленью, лучи Яра гладили щеки и пухлые губы, маленькие, тугие груди натянули голубую ткань платья...