Чтение онлайн

Как объяснить им, что случилось

Что реки вскрылись во всю ширь,

Что полнолуние омылось.

Но что рассказывать про то,

Ведь и сегодня, как когда-то,

Считать куда удобней, что

Во всем евреи виноваты.

О снисхожденье не проси,

Не изменить судьбы природу,

Пока твердят, что на Руси

Евреи делают погоду.

***

"Пусть отсохнет моя десница,

если я забуду тебя, Иерусалим"

(Из псалмов Давида)

Меж адом житейским и раем

Живу, твоим светом храним,

Далекий мой Ерушалаим,

Мой близкий Иерусалим.

Души и покой, и томленье,

Ты радость моя и печаль,

Мечта и ее воплощенье,

Реальность и времени даль.

И если в сознанье тускнеет

Твой лик от меня вдалеке,

То чувствую я, как слабеет

Перо в моей правой руке.

***

Этот мир эфемерно реален,

В нем громами звучит тишина.

То ли дух здесь так материален,

То ль материя духа полна.

Этот воздух, напренный зноем,

Эти горы в морщинах веков,

Эти волны бегущие строем,

Небо синее без облаков.

И обилие солнца и света,

И мерцание звезд в тишине...

То ли видел я все это где-то,

То ли это жило все во мне.

Не понять это все разуменьем,

Всеми чувствами не ощутить.

Сердце бьется в тревожном волненье,

И натянута времени нить.

А душа все тоскует и стынет

Под тревожной ночной тишиной,

И все снится, все снится пустыня

Перед Богом мне данной страной.

Израиль

Прощание с Израилем

Последний день, последние часы...

С тяжелою душою уезжаю.

Я жизнь свою поставил на весы,

Я взвесил все и тяжесть груза знаю.

Нет, мне уж не по силам этот груз.

Ушли года, мои ослабли плечи.

Со старым не порвать привычных уз

И с новым не дождаться скорой встречи.

Пусть где-то очень рядом новый мир,

Он так со мной не схож и непривычен,

Как сочиненной музыки клавир

Не схож с природным щебетаньем птичьим.

Мне вольных этих нот не расписать,

Их странное, но чистое звучанье

Клавир, увы, не сможет передать

При всем своем искусстве и старанье

Мир незнакомый, мир совсем иной

Воочью познавал я, не заочно.

Влекомый им, как пенною волной,

Ловил мотив гортанной речи сочной.

И понял, что рожден в другой земле,

Что здесь уже корнями не окрепну.

Привыкший жить в беззвучье и во мгле,

Я просто здесь оглохну и ослепну.

И это разумение свое,

Рожденное в борьбе с самим собою,

И все свое постылое житье

Печально называю я судьбою.