Чтение онлайн

Но решать свои проблемы Лиша не могла. Она отрицала свое естество, убивала свое здравомыслие, лгала самой себе и заводила себя в тупик, лишь бы не думать о своем состоянии. Много лет живя в доме своих приемных родителей, она не любила вспоминать то время, с которого все началось…

Но теперь, когда она осталась одна, воспоминания невольно вернулись к ней.

А началось все со странного появления маленькой Лишы Миношы в глуши Верхнеазинского леса, там, где по разноцветным камушкам звонко бежал прозрачный ручей, играя с солнцем в серебристые блики, а на белых глинистых берегах росли многочисленные цветы.

Там, в лесных зарослях, скрывающих старую охотничью хижину, нашла свое последнее убежище молодая женщина Эмилия Эдвардос Миноша. Она наполнила лес своей неисчерпаемой грустью, звонко перебиваемой весельем трехлетней дочери, вместе с которой она оказалась в глухой чаще леса. Но ангел смерти сложил крылья женщины, и дочь напрасно кружилась возле ее одра. Молодая мать угасла: в момент невыносимого страдания ее глаза перестали светиться от непрерывных слез и застыли в немом стеклянном укоре.

Никто не знает, сколько времени девочка провела одна в лесной хижине. Дни слились в непрерывное длительное мгновение. Лиша смутно помнила, что в том новом для нее мире, полным всего необъяснимого, к ней каждую ночь приходили разноцветные существа. Они кружились вокруг, и она играла с ними. Только потом ей объяснили, что это были галлюцинации из-за голода. И Лиша поверила этому, поверила и стала считать все, что она делает, неправдой, несуществующей игрой воображения. Она поверила тому, что говорили люди, впитала в себя их правду, а свое видение мира стала считать сном, миражем.

Тогда, там, в лесу, маленькая Лиша умерла бы с голоду, если бы чудом не забрел в глухую сторожку бывший егерь Энсин Левсон. Он пожалел малышку и забрал ее с собой. Никто из родственников девочки не объявился, и жена бывшего егеря, а ныне работника в порту Энсина, Ледия, умилившись столь прелестным созданием, решила взять девочку под свое попечительство.

Лиша Миноша всегда с благодарностью думала о своей новой семье, особенно большую любовь испытывая к Энсину. Он стал для нее и отцом и другом, рядом с которым отступали ее вечные страхи. Бывшего отца, Эдвардоса, Лиша не помнила. Говорили, что он бросил жену и ребенка в нищете. А Энсин, он спас ее от смерти. Более того, когда у Ледии появился живой младенец, а женщина не раз рожала мертвых детей, Лиша осталась у них только благодаря тому, что мужчина настоял на своем.

Но Вамина и Лиша не были единственными детьми супругов Левсон. Лиша знала, что в городе живет еще и взрослый сын Энсина и Ледии, но она никогда не видела его. Парень уже давно уехал из Кармов и больше не появлялся в его окрестностях. Лиша слышала, что он не ладит с родителями, слышала, что он богат и теперь вряд ли приедет к ним, ибо в гордости забыл имя родной матери. Так ей рассказывал Энсин, когда они вечерами подолгу сидели у камина и говорили о жизни, а Вамина засыпала на коленях у отца.

Напрасно сейчас Лиша ждала его, Энсин не появлялся. Было уже три часа ночи и девушку сильно клонило ко сну. Она отчаянно сопротивлялась этому. Боясь уснуть, она сидела в единственной освещенной в доме комнате. Но даже это не помогло ей. Как она не приказывала себе не отключаться, через пару мгновений сознание ушло в темноту, и девушка забылась.

Проснулась Лиша оттого, что почувствовала холод. Открыв глаза, она в ужасе застыла. Испуганный взгляд ее забегал по стволам сосен.

Снова она ходит!

Лиша стояла на земле, босая, в том самом плаще, в котором уснула, и видела перед собой хвойный лес. Полная луна, как всегда, ехидно освещала пространство между стволами деревьев.

Нет, страха уже не было. Осталось только чувство большой усталости и злоба на то, что она не такая, как все.

Лиша старалась не смотреть на луну, которая привела ее сюда. Она хотела убежать, но не знала куда. Кутаясь в плащ, она сделала несколько шагов, осторожно ступая босыми ногами по холодной земле.

Оглядываясь по сторонам, она пыталась узнать территорию. Она хорошо знала лес, и в полнолуние могла определить местность по пеньку или зарубине.

«Там, за холмом, река», – мелькнуло в голове Лишы, будто это не она сама, а чужая мысль внезапно пришла к ней. Девушка взобралась на возвышенность и, наконец, узнала излучину – здесь река изгибалась, обнимая большой травяной холм, покрытый смешанным лесом. Сосны ближе к берегу сменялись осинами, сквозь редкие их ветки открывался панорамный вид на реку.

Впервые Лиша Миноша забрела так далеко. Раньше она была здесь только в светлое время суток вместе с Ваминой и матерью, а сейчас она одна и никто не ищет ее. Девушка горько вздохнула, ей было горько осознавать свою болезнь. Направляясь к реке, она гнала от себя гнетущие мысли. Ей надо было освежиться прохладной водой, чтобы окончательно прийти в себя, проснуться, прогнать гудящую муть в голове.

Шум Азины, ее тихое журчание таинственно переплетались с легким шорохом ветра, который разгуливал среди высоких веток, попутно сбрасывая с них листву. Лиша поневоле остановилась. Холодной была черная земля под ее босыми ногами, и она с болью посмотрела на них, сожалея, что перед сном вместе с плащом не надела обувь.

Спуск на берег реки занял немного времени. До воды оставалось несколько метров. Лиша уже вдыхала свежий речной воздух, видела серую блестящую гладь с серебристыми прожилками бегущей ряби, как вдруг странный предмет привлек ее внимание. Девушка резко остановилась и застыла, повинуясь инстинкту самосохранения, диктующему изучить неизвестное. Только теперь она разглядела сидящий на бревне темный силуэт, напоминающий человека, но немного несуразный для него.

Несомненно, это было живое существо! Накрытое черным плащом, оно сидело лицом к реке и понуро смотрело под ноги. Лиша в страхе затаила дыхание, а существо медленно, словно нехотя, повернулось, и, отбросив капюшон, открыло лицо.

Это не было человеческим лицом. Но черты его были совершенны! Серовато-бледное, с морщинами, маленьким носом и ртом, и… с разноцветными глазами! Поначалу эти глаза засветились всеми цветами радуги, словно вспыхнули, а потом стали гипнотически переливаться из синего в красный. Лиша застыла в завороженном оцепенении и… немом любовании. Словно почуяв трепет девушки, существо, добродушно потянуло к ней свои руки. Но Лиша оценила этот жест, как угрозу. Теперь девушка замерла уже в другом оцепенении, оцепенении страха и ужаса. Она медленно развернулась, и, почувствовав, как холод чужого дыхания обдает ей спину, бросилась бежать.