Чтение онлайн

– Господин!
– снова взвизгнула Сесилия, и Дэви вздрогнул, машинально двинулся к молодой вампирше. Холодный ветер, поднятый его широкой одеждой, взвихрил Мире волосы, и она очнулась. Оставив Избранного, вампирша взвилась вверх, вцепилась в лицо Дэви своими смешными коготками. Он ухватил её за запястья, швырнул на землю.

– Спокойнее, бессмертная, спокойнее! Разве я виноват в его смерти? Тихо, тихо...

Мира рухнула обратно, он опустился рядом с ней, зачем-то погладил по волосам, щеке. Другая его рука заскользила по снегу, отыскала серебряный кинжал. Владыка снова схватил вампиршу за руку, и глаза Миры сузились: она увидела серебро:

– Пришёл убить меня?

– Спокойно!
– Дэви сжал покрепче её пальцы и уколол один остриём кинжала. Затем он дал капле крови стечь по лезвию.

Кровь Миры оставила на серебре различимый чёрный след. Владыка вздохнул: наметилась отсрочка приговора.

– Мира Вако всё ещё carere morte!
– объявил Дэви, отпустив Миру и повернувшись к свите. Он надел маску и засмеялся. И Мира вздрогнула и сжалась за его спиной: ей показалось, что засмеялась Бездна... Но Дэви только лишь радовался. Хотя к его радости примешивалась горечь.

– Он не исцелил её. Его Дар оказался слаб!
– воскликнула Сесилия. Владыка печально качнул головой.

– Нет! Ему просто не хватило времени, - промолвил он.
– Теперь, уходим.

– Кинжал...
– Адам щурился, скрывая замешательство.
– Почему никто не отнял у Линтера второй кинжал?

Дэви повертел в пальцах кинжальчик, что забрал в качестве сувенира.

– Знакомое серебро, да, Митто? Но интересно не то, почему у Избранного оказалось при себе оружие, а то, какое это было оружие! Простой посеребрённый кинжал охотника не смог бы уничтожить проклятие Алитера. Оно слишком велико для ничтожных пылинок серебра. С Алитером мог бы справиться, пожалуй, только кинжал из чистого металла. И он был у Избранного! Откуда же? Полагаю, он вынул его из куклы, что смертные по моему приказу оставили в этом парке. Кинжал в затылок куклы всадил ты, Адам. А дал тебе его - я... Почему я выбрал именно его? Ещё в "Тени Стража", вскоре после визита леди Диос, я зашёл в зал с оружием, и этот кинжал вдруг так заманчиво блеснул в лунном свете... Бездумно, я захватил его с собой в столицу. Кто направлял меня?

– Бездна?
– несколько неуверенно предположил слуга.

– Я уже не знаю...
– обескуражено вздохнул Владыка.

Бездне ли принадлежала эта ночь? Или не ей, а старому её противнику - Бытию? Дэви привык спокойно принимать поражения - ведь, в конце концов, все они оборачивались для него победой - нужно было просто подождать, пока Бездна возьмёт дело в свои руки. Но в этот раз всё шло не так, как должно...

– Это ещё не поражение. Теперь у нас есть глашатай Бездны, - произнёс Владыка, успокаивая carere morte, и тепло поглядел на юную охотницу, неподвижно сидевшую у дерева.
– Мы спросим у неё.

Вампиры взмыли вверх, Дэви чуть помедлил, он обернулся на Миру.

– Я хотел казнить тебя, вампирша, опозорившая род Вако!
– крикнул он.
– Но я помилую тебя! Бездна оставила тебя бессмертной, оставила для служения, неведомого мне. Живи же! Я думаю, теперь ты запомнишь: посмевшие бороться с сутью своей, неизбежно проигрывают. Так-то, carere morte!

Дэви отвернулся, быстрым шагом пошёл навстречу охотнице, Лире Диос. Он улыбнулся ей, хотя она не могла увидеть улыбку под маской. Девушка встала навстречу ему. Не с радостью, лишь с безумием во взгляде.

Он подхватил её и вознёс за собой, на небо...

Мир рушился. Хрупкий купол тихой морозной ночи разбился со звоном лопнувшего стекла. Лира парила, а мимо, в прорехах туч, проносились звёзды. Они убегали от пустоты, изливающейся из ран гибнущего мира. Внизу плясали дикарский танец огоньки, и чёрная лента реки извивалась меж ними. Вверху невозмутимо скалился в улыбке месяц.

Лира чувствовала ветер, но не его холод - словно статуя, а не живой человек. Лира парила... нет - летела. Чёрные крылья огромной твари, что несла её, то закрывали полнеба, то бесшумно укрывали девушку шатром. Острые когти зверя порвали на спине пальто и платье, поцарапали кожу. Владыка вампиров уносил её, побеждённую, замёрзшую, в своё логово...

Лира заметила, что в правой руке всё ещё сжимает серебряный кинжал и, повинуясь первому побуждению, всадила его в грудь вампиру. Лишь в последний момент её рука смалодушничала, и лезвие прошло мимо сердца. Дэви зарычал от неожиданной боли, и крылатая тень, окутывавшая человеческую фигуру, растаяла.

Быстрое падение. Свист ветра в ушах... Владыка не выпустил охотницу, и в реку они рухнули вместе. Холод разодрал тело Лиры на тысячи кусочков. Она закричала и задохнулась, когда в горло влился жидкий лёд. Уже забыв намерение утонуть, едва выплыв на поверхность, девушка вцепилась в вампира. Лира ртом, как рыба, вытащенная на сушу, ловила воздух, но в лёгкие он не проникал - спазм сжимал горло.

– Дыши, - сердито приказал Дэви. Чёрные волосы облепляли бледное лицо, делая облик Владыки каким-то потусторонним.
– Я не могу делать это за тебя.

– Не... могу... вдохнуть!

В тёмных глазах мелькнула тревога - он испугался за неё! Но, очень спокойно, Владыка сказал:

– Задержи дыхание и успокойся.

Лира подчинилась. Он перехватил её ослабевшие руки, повернул как куклу, так что голова девушки оказалась затылком на его плече.

– Теперь вдохни.

Лира тихонько вздохнула. Да, спазм прошёл. Она различала мир вокруг. Течение Сермы оказалось неожиданно сильным - их уже унесло к Золотому мосту. Carere morte кружили над ними, совсем низко, порой разрезая концами крыльев чёрную воду.

– Скорее, Владыка!
– услышала девушка.

На Сатурском берегу за ограждением Набережной мелькали тени. А некоторые взбегали на мост, к которому Лира и Владыка неумолимо приближались. Тяжёлая арбалетная стрела вонзилась в маслянисто переливающуюся воду недалеко от Дэви... Охотники! Должно быть, они не верили своим глазам: в центре Доны, в самом охраняемом Орденом районе группа сумасшедших carere morte кружит над рекой! Митто протянул Лире руки, но она была не в силах потянуться к нему. Тогда он, изловчившись, подхватил её кисть, безвольно качавшуюся на воде, и вытащил девушку из реки. Остаток пути она проплыла в его руках, покорившаяся, тихая. Лира стучала зубами, но всё никак не могла согреться в объятиях carere morte.

Двери "Изумрудного сада" захлопнулись, и страшная ночь осталась за ними. Кто-то заботливо разжёг огонь в камине - для неё, смертной... Дэви сам снимал с охотницы мокрую одежду. Дойдя до платья, он замешкался и позвал вампиршу, белокурую подругу Митто, а сам вышел. Лира слышала, как он завёл сразу несколько быстрых, кратких разговоров в соседней комнате.

Вампирша раздела девушку, уложила на диване у огня, накрыв тёплым пледом. Лира всё дрожала от холода - или это была нервная дрожь? В темноте за окнами плясали огоньки, и она бездумно любовалась их танцем. Но вот, выстроившись цепочкой, они превратились в уличные фонари...