Лишняя в этом доме
Шрифт:
Закрывая глаза, я думала про Брендона. Хоть и пыталась этого не делать.
Больше всего на свете мне хотелось взять и вычеркнуть его из своего сознания. И я была уверена в том, что рано или поздно я это сделаю. Все же, при мысли о нем у меня больше не бежали мурашки по коже и сердце привычно не ускоряло свое биение.
Уже не было того, что раньше.
А ведь годами я пыталась его разлюбить. Получилось. Жаль только то, что цену за это я отдала настолько огромную.
Но все равно я это анализировала – то, что было между мной и Брендоном.
То, с чего все началось и чем закончилось.
Вспоминала, как дрожала от каждого его поцелуя, а теперь хотелось расцарапать кожу, к которой прикасались его губы. Вспоминать все остальное вовсе было невыносимо.
Брендон мудак, но в случившемся я виновата сама. Безмозглая позволила ему слишком много.
Но и тут был свой плюс. Подобных ошибок я больше не повторю.
Судорожно выдохнув, я подумала про семью. Сожалела ли я о том, что лишилась ее? Наверное, нет. Если ты теряешь то, что имеешь, конечно, может быть начнешь сожалеть. Но, как оказалось, семьи у меня не было, поэтому ее потеря являлась лишь тем, что я наконец-то трезво посмотрела на реальность.
То есть, этот момент просто можно считать просветлением.
А просветление это хорошо. Да, именно в этом случае было больно настолько, будто душу рвало на части. Но теперь я хотя бы могла двигаться дальше.
Если не умру от этой чертовой боли.
Когда наступило время, я опять выпила обезболивающее. Кажется, помогло, но явно не сильно.
Лежа на кровати, я надеялась, что вот-вот мне станет хоть немного, но лучше.
Дверь открылась, но я даже не привстала, чтобы посмотреть на того, кто вошел. Из-за пульсирующей боли в голове, не могла этого сделать, но думала, что вошедшим человеком была медсестра.
Вот только, по тяжелым шагам, поняла, что это не так.
– Как ты?
Расел.
Услышав его голос, я открыла глаза. Альфа был одет в привычно строгом стиле. Брюки и рубашка без воротника.
– Зачем ты пришел? – спросила, все-таки садясь на кровати. Каких же усилий мне это стоило.
– Чтобы узнать, о твоем самочувствии, - он сел на край кровати и окинул меня внимательным взглядом.
Выглядела я ужасно. Прекрасно знала об этом, ведь уже смотрелась в зеркало. Но все же я попыталась хотя бы не морщиться и, более того, сидеть ровно. Делать вид, что со мной все хорошо.
– Мое самочувствие более чем отличное, - сухо ответила.
– Да. Конечно.
– Тебе лучше уйти, - сказала ему. Хоть и Расел не делал мне ничего плохого, но все же я больше не хотела видеть никого из Диланов. У меня теперь на них аллергия.
– Родители намерены отправить тебя в спец отделение детдома?
– Почему ты спрашиваешь это у меня? Подобные вопросы ты можешь задать им.
– Разве ты еще не понимаешь, что они на них не ответят?
Я приподняла бровь. Пожалуй, это единственное на что я была способна.
– То есть, они не намерены рассказывать о том, куда они меня отправят?
– Им легче сделать вид, что они не знают о том, где ты, чем объяснять семье и общественности причины, по которым тебя отправили в детдом.
– Если они никому и ничего не рассказывают, тогда, как ты узнал, что я тут?
– Мне доступны счета Диланов. Я просмотрел все. С одного была оплачена палата в этой больнице.
– Зачем ты пришел? Разве тебе не плевать на меня так же, как и всем остальным? – спросила с иронией, но в тот же момент безразлично.
– Мне плевать на тебя даже больше, чем остальным.
– Дверь вон там, - сказала, поднимая руку и указывая вправо.
– Но ты бесишь. Так же раздражает то, что происходит вокруг тебя.
– Неужели? Обычно безразличного Расела что-то раздражает?
– Ты не представляешь насколько, - мрачно ответил он, откинувшись на спинку стула. – Я продолжаю следить за счетами. С них не было новых поступлений на счета больницы. Твоя палата оплачена еще на три дня. После этого сюда переведут другого пациента. Остальные палаты так же заняты.
– Что ты этим хочешь сказать?
– Ты выглядишь паршиво, но, судя по всему, через четыре дня тебя выпишут отсюда и отправят в детдом. Родители не позаботились о том, чтобы продлить твое лечение до выздоровления.
– Я могла бы сказать, что это потому, что я не больна. Врачи говорят, что это просто последствия проведенного гона с Брендоном…
Я запнулась. Мне не следовало этого говорить.
– Переживаешь о том, что я услышал про твою связь с Бреном? – более чем спокойно ответил Расел.
– Ты не выглядишь удивленным, - я нахмурилась.
– Об этом уже все знают?
– Нет. Насколько мне известно, Брендон уже разговаривал с родителями, но, судя по всему, им и так это было известно. Между остальными это не распространяется.
– Тогда, как ты узнал?
– То есть, ты думала, что я ничего не пойму, когда он при мне он поцеловал тебя в лоб?
Я шумно выдохнула. Судя по всему, это произошло, после того, как Брендон, в потасовке с Раселом случайно ударил меня.
– Я упустила этот момент. Наверное, он был слишком очевидным, - иронично произнесла.
– Я понял это раньше.
– Как?
– Почувствовал.
– Почему ничего не сказал?
– Должен был? Вы уже достаточно взрослые, чтобы самостоятельно разбираться в своих проблемах. Но, скажу, что уже сейчас изменил это мнение. Мне следовало сразу поговорить с тобой.
– Это не помогло бы. Раньше я была идиоткой.
– Что изменилось?
– Брендон на многое мне открыл глаза.
– Что он сделал?
– Это не имеет значения.
– Можешь не отвечать, но я и так все прекрасно понимаю. Касательно Брендона. Он тебя ищет, но я не говорил ему, где ты.
– И не нужно. Я вообще не хочу его видеть. Ты не представляешь насколько сильно.
– Хорошо. Тему Брендона закрываем. Я не тот, кто хочет лезть в ваши отношения. Но то, что случилось, я считаю своей виной.
– Почему? – его слова меня удивили.
– Потому, что я, как старший брат должен был предотвратить это. Думаешь, я не знал, что после моего ухода вы проведете гон вместе? Но я оставил тебя.
– У тебя самого уже начался гон. Это не то состояние, в котором ты мог здраво соображать и, более того, тебе было опасно находиться в квартире Брендона. Вы бы просто поубивали бы друг друга. Случившееся исключительно моя вина и я целиком и полностью это осознаю.