Чтение онлайн

Я заволновалась ещё сильнее. Как ему признаться, рассказать правду? Но другого варианта все равно нет. Дальше будет только хуже. Набираю в легкие воздух и на выдохе произношу.

— Леша, она ушла на свидание и еще не вернулась.

Он смотрит на меня в упор. Заметно как напрягается и на лбу появляются чуть заметные складки.

— Какое еще свидание?

Хмурится, во взгляде появляется порицание.

— У нее сегодня в 19.00 была назначена встреча с одним молодым человеком.

Он не дослушивает до конца мою фразу. Достает свой телефон и набирает сестру. В ответ тоже слышит длинные гудки.

— Я ей уже почти час дозваниваюсь. Никто не отвечает.

Он резко переводит взгляд на меня. Начинает кричать:

— И чего ты молчишь? Кто он? Где живет? Фамилия, имя? Рассказывай всё что знаешь про него.

Он тоже поставил автоматический дозвон и услышал, что занято.

— У нее занято. Значит кому-то она отвечает? — с надеждой смотрит на меня.

— Леша, возможно ты просто пересекся с моим автодозвоном. Сейчас я его отключу. Попробуй снова.

Он опять набирает, но уже в ответ слышит: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Сдавливает в руке свой телефон и продолжает на повышенной интонации мне отвечать:

— Твою мать. Вы две безмозглые курицы. Когда уходите с каким-то мудаком, то сообщайте хотя бы друг другу с кем и куда. Все явки и пароли. Рассказывай, я слушаю.

Я вижу, что он взвинчен, напряжен. В нем закипает злость, гнев, но при этом отчетливо видны переживание и тревога. Я от волнения начинаю тараторить, рассказывая всё что знаю об этом Степане.

— Он работает охранником в сети «ELIS» в торговом центре «Атриум». Зовут Степан. Мы познакомились с ним на днях. — Леша очень внимательно меня внемлет. Словно боится хоть слово пропустить. — Он оставил Нике записку с номером телефона, и она ему позвонила через пару дней. Сегодня у них первое свидание было в 19.00 у фонтана в парке.

— Это все? Фамилия? Возраст?

Я отрицательно покачала головой.

— Где эта записка? — сверлит меня взглядом.

— Я не знаю, я уже все обыскала. Нет ее, — я растерянно развожу руками.

— Ну на хрена ей с собой ее брать? Его номер наверняка она записала себе в телефон. Ищи. Она должна быть дома, где-то здесь.

Я вернулась к поиску, и Леша присоединился ко мне. Мы стали перебирать все полки. Заглянули в каждый уголок, даже копилку зачем-то проверили. И наконец, в шкатулочке, на самой верхней полке нашли эту уже заметно потрепавшуюся записку.

Лешка быстро пробежал по содержанию глазами, взял телефон, ввел его номер и набрал со словами:

— Сейчас я этому любителю ангелочков крылья-то повыдергиваю, рога пообламываю.

— Леша, спокойно. Без наездов. ­– Сама понимаю, что Леша по-другому не умеет, поэтому советую, — по крайней мере, сначала узнай, где Ника.

Слышим длинные гудки. Надежда тает на глазах с каждым гудком. Время связи выходит и звонок сбрасывается. Леша набирает снова. Мы вдвоем глубоко дышим и взглядом поддерживаем друг друга.

На третий звонок мы слышим, как отвечает мужской голос:

— Слушаю.

От внезапности сердце начинает учащенно биться. Неужели у нас появился шанс узнать, где наша девочка. Я прижимаюсь к Лешкиной руке, в которой он держит телефон. Хочу тоже слышать ответы на том конце провода. Лешка от неожиданности его ответа выкрикивает:

— Ника с тобой?

Грубо. Без приветствий. Без обращения по имени. Но понимаю, что это еще Леша сдерживается. Могло быть хуже.

— Нет, она домой ушла. А кто спрашивает? — голос в трубке встревоженный.

— Смерть твоя спрашивает.­ — Все-таки Лешка не может сдержать свои эмоции. Под влиянием стресса и напряжения начинает заводиться. — Давно ушла?

В этот момент слышим как открывается ключом дверной замок. Выдыхаем. Вернулась. Леша продолжает:

— Тебе повезло, в этот раз я дарю тебе жизнь. Но больше подарков не будет. Учти! Чтобы я тебя больше не видел рядом с Никой, ты меня понял?

В квартиру заходит Ника, Леша увидев ее продолжает:

— Я тебя предупредил, и заметь пока по-хорошему! Чтобы ты и на метр не смел приближаться к ней.

— Но, я..

Лешка не дает Степану возможность ответить. Тотчас его перебивает и продолжает:

— Всё, я тебе все сказал. Захочешь жить — исчезнешь раз и навсегда.

И положил трубку.

Мы одновременно с Лешкой вышли в коридор. Ника, увидев нас, стоящих с обеспокоенными лицами в коридоре, выдохнула и сказала.

— Упс, а вы чего не спите?

— Это она нас еще спрашивает?

Лешка заводится. Сейчас будет буря. Заочно даже где-то становится жаль Нику. Но, с другой стороны, могла бы и о нас подумать, мы же волнуемся. Он продолжает:

— Ты берега не попутал наш падший ангел?

Ника быстро переводит взгляд на меня. В глазах читается осуждение и непонимание.

— Ты что все ему рассказала? Аня, зачем? Я так-то думала, что мы подруги.

— Вы не подруги, вы две курицы, причем обе бестолковые. — Леша не дает мне даже слово вставить, сразу перебивает. — Ты время видела?

Ника смотрит на часы и отвечает.

— Начало третьего и что? Что вообще произошло, я не понимаю?

Начинает медленно снимать обувь.

— Время два часа 28 минут. Это не начало третьего. В принципе, ничего не произошло. Просто мы потеряли одну идиотку, которая ушла неизвестно куда и самое главное, непонятно с кем.

Ника сняла обувь, но пройти мимо нас так и не решилась. Мнется на месте.

— Чего меня искать? Позвонить не могли?

Она переводит взгляд с брата на меня и обратно.

— О, какая светлая мысль! Странно, как мы сами о ней не догадались. Наверно и я вместе с вами тупить стал, представляешь?

Ника заподозрила что-то неладное, наблюдая за реакцией брата. Взяла сумочку и стала в ней искать телефон. Найдя его и увидев, что он выключен, произнесла:

— Ой, он походу разрядился. А вы звонили мне, да? — у нее встревоженное лицо.

— Нет, Ника, бл*дь. Мы в окно всю ночь сидели и смотрели, как в телевизор. Вдруг ты нам из кустиков в окно помашешь. Еще картишки раскидывали, чтоб судьбинушку твою узнать. Нам же больше заняться нечем. Вот придумывали себе развлечения на всю ночь.