Чтение онлайн

— Вот это и надо было выяснять, у вас на глазах убивают губернатора, а вы направляете людей на поиски неизвестно кого. У меня сложилось мнение, что вы сделали это преднамеренно! — голосом, от которого бежали мурашки по спине, произнёс архипастырь, обращаясь к исполняющему обязанности местного старшего пастыря, тот похолодел, ожидая неминуемой расправы. Но на счастье провинившегося внимание архипастыря отвлёк вошедший ещё один секретарь:

— Ваше святейшество! Банкир Рамилито настоятельно просит аудиенции. Говорит — по очень неотложному делу.

Архипастырь скривился и махнул рукой, отпуская исполняющего обязанности старшего пастыря Тарахены. Ожидая банкира, его святейшество перебирал четки, думая, что же надо Рамилито. Вроде срок выплаты процентов по займу ещё не подошёл. А занял архипастырь немало, всё-таки интриги и личные проекты требовали денег, а бесконтрольно распоряжаться церковной казной даже архипастырь не мог. Если бы его уличили в трате церковных денег без одобрения высшего синода, то те заговоры, что плелись недовольными церковниками, показались бы детской игрой. Церковная казна — это самое святое! Конечно, архипастырю выделялись деньги на содержание свиты, текущие расходы и другие нужды, но этого было слишком мало! А те несколько проектов, что задумал архипастырь, требовали вложений и не малых. Потом они окупятся и даже начнут приносить доход, но это потом. А сейчас приходилось расплачиваться с жадными банкирами, расплачиваться с процентам и весьма значительными или брать новые займы. Скорее всего, Рамилито будет настаивать на погашении долга, только почему он потащился за архипастырем в Тарахену, а не предъявил счёт в Арэмии?

— Ваше святейшество! — поклонился вошедший банкир. — Прошу помощи!

— Какая же помощь тебе требуется, сын мой? — Поднял брови архипастырь — это что-то новое, так просить погашения кредита.

— Я прибыл в Тарахену с инспекционной поездкой, и мне доложили, что вчера ночью, вернее поздним вечером, в хранилище нашего банка появился демон! Теперь туда боятся заходить не только служащие, но и охранники!

Архипастырь не подал вида, что удивился, хотя внутренне усмехнулся — похоже, что и сам Рамилито боится туда заходить. А для банкира невозможность зайти в хранилище своего банка — самое худшее, что только он может представить. Мало того, может демон что-то оттуда взял? Эта тревожная мысль была просто написана на лице банкира. Продолжая сохранять спокойный вид, но продолжая внутренне усмехаться, архипастырь наставительно сказал:

— Враг Единого чует нашу слабость и посылает своих слуг, дабы ввести нас в искушение…

— Какое искушение?! Искушение — когда что-то предлагают! А тут… — не выдержал банкир.

— Не перебивай, сын мой! Это может быть и наказание! — наставительно произнёс архипастырь, он мог ещё добавить — наказание за непомерно большие проценты, но сказал другое: — Наказание за один из смертных грехов! Жадность!

— Но что же мне делать? — плачущим голосом спросил банкир, архипастырь милостиво кивнул:

— Завтра, вернее сегодня днём я лично освящу твоё хранилище и банк, будь к этому готов!

Банкир, несмотря на испуг, скривился — обряд, проводимый лично архипастырем, будет стоить недёшево. А архипастырь, продолжая внутренне усмехаться, спросил:

— Кто видел демона?

— Охранники.

— Они могут его описать? — продолжил архипастырь, скорее всего описания демона охранниками будут отличаться друг от друга. Возможно, нерадивые стражи выпили слишком много араки, а быть может, и что-то курили, но скорее всего, демон почудился только одному, и он убедил в своём видении остальных, при этом каждый из них видел что-то своё. Банкир протянул несколько коряво исписанных листов:

— Вот, тут всё записано, извините, но я заставил охранников самих писать. Сами понимаете, если слухи о том, что произошло, разойдутся, то это ударит по репутации банка…

Рамилито ещё что-то говорил, но архипастырь его не слушал, он впился глазами в записи. Различия в показаниях хоть и были, но незначительные, описывался демон с крыльями, стоящий на задних лапах и покрытый золотистой чешуёй, хотя чешуя могла быть и другого цвета, просто отблески факелов делали её такой. Но архипастырь был уверен, что именно золотистая, такая, как он один раз видел. Тогда это были, как сказала Листик, её мама и она сама. Но мама гораздо больше, значит это Листик! Это её архипастырь видел на центральной площади! Она вернулась! Протянув листы бумаги банкиру, высший церковный иерарх проговорил:

— Сын мой, я сам займусь этим делом. Посещений демона больше не будет, но только в том случае, если ты не будешь дальше грешить!

Банкир понял намёк и горячо заверил архипастыря, что будет вести очень праведный образ жизни и как начало этого снижает проценты по известному им обоим займу с шестнадцати до восьми. После того как банкир ушёл, архипастырь вызвал секретаря и отдал несколько распоряжений, епархию Тарахены надо было избавить от остатков влияния пастыря Аргимаро, да и исполняющего обязанности надо было другого поставить.

Закончил разбираться с делами архипастырь довольно поздно, хоть уже и близился рассвет, он не стал ложиться спать. Он сел в кресло напротив большой балконной двери, достал маленькую крылатую фигурку и стал ждать. Так он просидел почти час, рассматривая статуэтку дракона, знакомую до последней царапины. Крылатый силуэт заслонил гаснущие звёзды — на балконе стоял, расправив крылья, зверь, чью статуэтку держал архипастырь. Он даже испугаться не успел, зверь шагнул вперёд, и в комнату вошла рыжая девочка. При свете свечей эта рыжина особенно была заметна.

— Листарио, — произнёс архипастырь.

— Листик, — поправила девочка.

— Ваш визит имеет какую-то цель? — спросил архипастырь, если раньше он обращался к этой девочке на «ты», то сейчас счёл правильным употребить более уважительную форму.

— Ага! — кивнула Листик. — Я хотела бы вас попросить, не преследовать цирк Жозе. И верните ему, пожалуйста, фургоны и реквизит, что он оставил здесь. Жозе не виноват, что я к ним присоединилась. И Карэхита не ведьма, как этот ваш решил!

Архипастырь в знак согласия склонил голову, он хоть и разговаривал с ребёнком, но понимал, что это существо обладает возможностями гораздо выше человеческих, но с другой стороны…

— Листик, утолите моё любопытство, зачем вам понадобилось брать деньги в банке почтенного Рамилито?

— Он совсем не почтенный, а скорее наоборот! — гневно ответила Листик и рассказала о том, как поступил банкир с Жозе. Архипастырь внимательно слушал, кивал, и когда Листик замолчала, вздохнул и скорбно произнёс:

— Вы совершенно правы! Этот Рамилито жулик и мошенник! Он и меня также обманул! Но гораздо на большую сумму чем бедного хозяина цирка, но в отличие от почтенного… Как вы сказали? Жозе? За меня совершенно некому заступиться!

— А много он вам должен? — Листик подошла к изображавшему вселенскую скорбь архипастырю и погладила его по руке.

— Двадцать таких мешочков, как вы отдали… — закончить архипастырь не успел, Листик сказала своё «ага», и с балкона, в небо ушла большая тень. Архипастырь усмехнулся и приготовился ждать, но к его удивлению на балкон почти сразу же опустилось крылатое существо, державшее в охапке банковские упаковочные сумки. Дракон, пригнувшись, шагнул в комнату, теперь архипастырь его хорошо разглядел. Этот зверь, или совсем не зверь, был действительно красив! Сделав два шага, дракон вывалил всё, что нёс, на пол, и не успел последний мешок, падая звякнуть, как на этой куче сверху сидела рыжая девочка. Она сообщила: