Чтение онлайн

Дмитрий АБЗАЛОВ, эксперт Центра политической конъюнктуры:

– Россия экспортирует наиболее дешёвое продовольствие. Поэтому ситуация в беднейших странах напрямую зависит от того, сколько мы вырастим и продадим зерна. В том же Египте немалая доля импортного зерна была из России. И, думается, отказ России от экспорта в связи с засушливым летом 2010 года сыграл свою роль в египетских беспорядках. Очевидно, что даже смена поставщиков может приводить к большой нестабильности в отдельных регионах мира.

Очевидно также, что без эффективного использования ресурсов РФ, в частности наших пахотных площадей, крайне сложно говорить о продовольственной безопасности в мире в целом, о стабилизации в регионах с бедным населением и малопригодными для сельского хозяйства землями.

Есть и не связанные напрямую с продовольственным кризисом причины подорожания продуктов. В частности, в России он в немалой степени связан с ростом цен на бензин.

Что касается вступления в ВТО, то у нас есть как минимум два года, за которые необходимо подготовить базу для дальнейшего развития сельского хозяйства. Если этого сделано не будет, российские сельхозпроизводители могут оказаться в очень невыгодном положении. Со всеми вытекающими последствиями.

Сумма прописью

Приятно, конечно, осознавать, что при желании и толковом подходе к делу мы не только себя смогли бы прокормить, но и с десяток стран, которым не так повезло с местонахождением на земном шаре. Однако смогли бы – не означает прокормим.

Голод же может заставить десятки миллионов человек преодолевать любые границы в поисках спасения. Президенты Франции и США уже договорились о создании объединённой американо-европейской группы войск, которой предстоит бороться с последствиями «глобального восстания» против голода, если таковое грянет. Весёлые перспективы.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: 30.03.2011 14:53:50 - Николай Алексеевич Барболин пишет:

Вряд ли нефте-газовое лобби, позволит в ближайшее время реально помогать сельскому хозяйству.- их сегодняшнее положение очень даже устраивает.

30.03.2011 09:42:01 - Stanislav Alexandrovich Krechet пишет:

Досадно, что всегда наготове немало "специалистов", подтверждающих грядущее негативное...А не могли бы они предложить в конкретном виде альтернативу? Вдруг вскоре обнаружится, что вопли о предстоящем продовольственном кризисе сродни акции о птичьем, свином, черепаховом и т.д. гриппе?

События и мнения

Захват под флагом революций

ПЛАНЕТАРИЙ

В годы, когда Гонконг ещё принадлежал Британии, ходил анекдот. Спрашивают: «Как может коммунистический Китай добиться восстановления своей власти над Гонконгом?» Отвечают: «Надо утром открыть китайско-гонконгскую границу и пропустить через неё всех граждан КНР, желающих попасть в Гонконг, а вечером – просто не впустить их обратно».

В те годы каждому было понятно, каким политическим оружием могут быть китайские беженцы, способные без единого выстрела затопить собой благополучные кварталы гонконгцев. Сегодня мир словно впал в гуманитарное ослепление и не видит, что под видом политических беженцев страны Евросоюза бесцеремонно захватывают просто желающие приобщиться к благам жизни в богатых странах.

ЕС стал терять европейскую природу с конца 1960-х годов, когда от скаредности жители европейских сообществ стали приглашать на работу «дешёвую рабочую силу» из бедных азиатских и африканских стран. В ФРГ хлынули турки, а во Францию – выходцы из бывших французских колоний. Эта миграция сначала была трудовой. Мигранты, во-первых, приезжали без членов семей, а во-вторых, устраивались на работу по временному контракту, по истечении которого возвращались на родину.

В 1970–1980-х годах ситуация поменялась. Иммиграционное законодательство в ЕС стало более либеральным. Основной поток переселенцев стала составлять не гостевая рабочая сила, а семьи и группы семей уже не временных рабочих, а лиц, переезжающих на постоянное жительство. Такие переселенцы не просто хотели иметь возможность молиться своим богам после трудового дня. Они переносили в европейские страны всю культурную атрибутику страны происхождения, её традиции и обычаи, даже если последние резко контрастировали с тем, что было принято в Европе.

С середины 1980-х годов в ФРГ въехало около полумиллиона жён рабочих-мигрантов преимущественно из азиатских стран. Приезжие не хотели смешиваться с местными немцами, предпочитая «перетаскивать» за собой невест своей этнической группы. В Великобритании до сих пор 60 процентов выходцев из Пакистана и Бангладеш заключают браки только с гражданами страны происхождения. Неудивительно, что в семьях, составленных таким образом, не возникает установка на слияние с окружающим обществом, а наоборот, формируется стимул «остаться тем, кем были раньше» – не британскими пакистанцами или немецкими турками, а пакистанцами в Британии, турками в Германии или арабами во Франции и Италии. Политической и культурной лояльности у этих людей к новой родине нет или её мало. Зато в полной мере присутствует уверенность в обоснованности социально-экономических требований. Ходить в хиджабе, как «полагается» правоверной арабской женщине, но иметь социальный пакет, как у любой коренной француженки, – вот идеал миропонимания такого рода переселенцев.

«Гуманитарные катастрофы» – идеальный вариант внеэкономического стимулирования потоков иммигрантов как раз такого рода. Хорошо известно, какими политическими и социальными проблемами для Австрии, Британии, Италии, Германии обернулись толпы беженцев из Боснии и Хорватии, а заодно и тех, кто под этих беженцев «замаскировался». Получить статус политического беженца, переселенца или жертвы гуманитарной катастрофы – мечта любого хитрого парня или девушки, замысливших сбежать из бедной страны в богатую и не имеющих для этого легальных оснований. Ведь в принципе богатые страны редко допускают свободную миграцию. Все предпочитают впускать квалифицированных и работящих людей, а не чернорабочих и бездельников. Понятно поэтому, что выходцу из бедных и относительно слабо развитых стран типа Туниса, Египта, Йемена, Ливии идея бунта против власти сладка ещё и заложенным в ней шансом не просто бежать на Запад, а быть там с сочувствием принятым.

Только в 2010 г. границу Греции нелегально пересекло 47 тысяч мигрантов – афганцев, пакистанцев, иранцев, сомалийцев, конголезцев и эритрейцев. Поэтому там всё громче слышны голоса тех, кто по опыту Израиля призывает возвести стену на границе с Турцией. В феврале-марте 2011 года беженцы из стран Северной Африки стали высаживаться близ берегов Италии. Эти мигранты бегут не только и, возможно, не столько от диктатуры. Они ищут лучшей жизни. Поэтому перебежчики не хотят оставаться в Греции или Италии. Их цель – Франция, Германия, страны Бенилюкса.

Евросоюз так долго настаивал на важности либеральных принципов, что сегодня он, похоже, уже не в состоянии принять меры для пресечения «гуманитарной агрессии» нелегалов.

Есть и более изощрённое объяснение: несмотря на политические и социальные сложности, связанные с нелегалами, их присутствие в ЕС экономически рентабельно для европейской экономики, поскольку расходы на содержание нелегалов всё-таки меньше, чем прибыль от их эксплуатации на малооплачиваемых производствах. Правда, деньги на поддержку беженцев идут из бюджета, а отдача от использования дешёвой рабочей силы попадает в карманы бизнесменов. Как всегда и везде – в проигрыше рядовые налогоплательщики.