Чтение онлайн

Часы идут бесшумно. Я молчу.

Ведь в проводах слова мои застряли.

На них садятся птицы. И снега

С них падают в минуту роковую.

Наверно, соберусь я на бега,

На старый ипподром, на Беговую.

Что за цена мне взять один заезд?

Пусть не страшит возможное фиаско.

Никто не даст нам непосильный крест,

От нежности лицо бросает в краску.

Страну, легко меняя на страну,

По циферблату проведи рукою.

В безвременье я губы окуну.

Ты думаешь, оно на вкус какое?

* * *

Живу не здесь, не там, а где-то,

Не у черты, не за чертой.

И что такого в жизни этой,

Чего уже не будет в той?

От перемен ветра смутились,

От недомолвок киснет люд.

Не выбираю «или – или»,

Не выбираю, там иль тут.

Под мягкой сумеречной шапкой

Я грею мысли, чтоб к утру

Похмелье оказалось шатким,

Особенно в чужом пиру.

Я пир чужой запомню крепко

И выужу из пошлых тем

Тоску о том, что сгнило древко

И знамя выцвело совсем.

Живу не там, не здесь, а в мире

Своём, не нужном никому.

Наверно, проще жить в квартире

Хоть с кем-нибудь, хоть одному.

Но всё, что просто, у поэтов

Рождает творческий простой,

А это скверно в жизни этой,

И никуда не годно в той.

* * *

Нежность ли серебряна над водой,

Словно ты ладонями провела?

Сам себе мерещусь ли молодой,

Так и не доделавший все дела,

Так и не примеривший чёрный фрак,

Так и не распутавший весь клубок?

Ты меня покинула просто так,

Я же сырость выплюнул, как любовь.

Что томится-мается в стороне,

Дымно-невесомое между крыш?

В мире перевёрнутом – мы на дне,

А привыкнешь, кажется, что летишь.

И теперь без памяти, без молвы,

Самым незатейливым рад вестям.

Мысли, как танцовщицы, сплошь резвы,

Но никак не ходится по гостям.

Нежность ли серебрёна вдоль воды,

Или сны сбываются наконец?

Ведь давно затоптаны те следы,

Что когда-то вывели под венец.

На полы наложены потолки,

Небесам не вырваться из дождей.

И плывут безжалостны и легки

Утки, не похожие на людей.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Литература

«В прошлом заблудившаяся странница»

ВПЕРВЫЕ В «ЛГ»

Елена МАКСИНА

Родилась в Москве. С 1996 года проживает в Филадельфии, США. Лауреат поэтического конкурса имени Н.С. Гумилёва «Заблудившийся трамвай» (СПб., 2008 г.). Обладатель международной премии «Серебряный стрелец», 2009 г. Автор книги стихов «Кириллица Акварелью», издательство «Водолей», 2009 г.

Ягоды

В этом году мне твой город порезал вены

башней Останкинской. Может быть,

откровенно,

слишком плакатно сравнение, ты заметишь,

только иначе не выразить этого. Смерти ж

нет никакого дела до литературы,

до расписных эпитетов субкультуры,

ежели вскрыты вены, всё тонет в дыме,

нет бы запомнить родителей молодыми.

Этот нарыв, скажешь ты, ни в одном журнале

толстом не напечатают, трали-вали,

надо бы развивать про озон планеты

и потеплении, ну а ты об этом.

Лучше бы ты о хлебе и прочих злаках,

о позитиве, которого кот наплакал,

иль об искусстве, благо его в достатке,

зрелищах, осени, гриппе и лихорадке.

Да, так о венах – кровь сделалась голубая,

переливается, как чешуя минтая

или форели, поблагородней рыба,

впрочем, мы не об этом, мы о нарывах

в свете печати и безупречной крови.

Рифма к лицу стране, как хорей корове,

имя поэзии прошлого будет Прозак,

ибо грядущий день излагает прозой.

В этом году мне по венам пустили уксус,

знамо, вино хотели, согласно курсу

времени, неизбежности ускоренья

оного, только уксус ушёл в варенье.

И теперь на лотке, на обочине у Речного

вразвес продают повидло родного слова

и на свету горят отголоски мови

ягодами кириллицы цвета крови.

Заплати продавцу сколько нужным сочтёшь,

на сдачу

купи лотерейный билет, уезжай на дачу,

именем там моим нареки берёзку,

сока отведай и рану заполни воском,

сделай себе амулет из коры древесной,

ангелам спой из «тысячи тьмы одесной»,

ягоды же разбросай в торфяной водице,

будущим летом мне выпадет там родиться.

Смородина

двенадцать лет без чувства родины –

как без кола и без двора.

кислы плоды чужой смородины

из золочёного ведра.

горчат ворованные ягоды,

и ядом брызгают в тетрадь,

и между строк алеют – надо бы

слова в молитву собирать.

на даче дедовские яблоки

слезами катятся в траву,

а я плыву в чужом кораблике

по речке детства и реву.

и память щиплется, и колется,

и разъедает нрав и быт,

года выходят за околицу,

плывут по линиям судьбы.

но мне за ними не сподобиться,

быстра летейская вода,

и не молитва, а пословица

слова уносит в никуда.

пытаю прошлое вопросами