Чтение онлайн

Сегодня Юрий ГОЛЫШЕВ - гость нашей редакции.

– Юрий Иванович, чья идея была поставить спектакль по пьесе Александра Вампилова? Это ведь первая постановка в "Чеховской студии" не Антона Павловича, а другого автора?

– Поставить пьесу "Старший сын" Александра Вампилова - идея режиссёра "Чеховской студии" Владимира Байчера. Наш театр создавался для того, чтобы играть Чехова, и это непременное условие остаётся. Но мы уже давно думали о том, что надо расширять диапазон. Начать с Вампилова решили неслучайно, ведь существует мнение, что Вампилов - это Чехов XXвека. И здесь не поспоришь. Многие вещи он взял у Антона Павловича: и второй план, и психологизм, и противоречивость человеческую.

– Как вам работалось над ролью?

– Сложно. Что ещё сближает Вампилова с Чеховым - они оба требуют абсолютной психологической подлинности. Нельзя просто внешне обозначить характер героя. Надо выкладываться по полной. В нашей постановке использован один из первых вариантов названия пьесы - "Добрый вечер, папа!", в котором более точно отражается трактовка пьесы режиссёром спектакля Владимиром Байчером. Акцент в постановке смещён с образа Бусыгина на моего героя Сарафанова, провинциального интеллигента, много пережившего, прошедшего всю войну и пишущего "в стол" одну-единственную музыкальную ораторию в течение почти всей своей жизни без какой-либо надежды завершить эту работу. Действие пьесы происходит в мае, и мы предположили, что само действие могло происходить непосредственно в День Победы. С одной стороны, Сарафанов - победитель, а с другой - полное ничтожество. Всех боится, скрывается, врёт.

Этот спектакль мне особенно дорог, потому что я был знаком с Александром Вампиловым. Впервые его пьесу поставил Театр имени М.Н. Ермоловой, где я работал, да и сейчас служу. В конце 1960-х годов он, приехав в Москву на какой-то семинар молодых литераторов, пришёл в наш театр и передал заведующей литературной частью Елене Якушкиной свою пьесу. Это была "Утиная охота". Театры тогда остерегались ставить такие пьесы. Отсутствие положительного героя в то время не приветствовалось. По советским стандартам всё было жёстко. Вампилов часто приходил в театр. Был очень общительный весёлый человек. Это ныне он признан гениальным. А тогда ему денег на гостиницу в Москве не хватало, и он порой ночевал в нашем театре.

Когда театр приступил к постановке его пьесы "Старший сын", он приезжал, бывал на репетициях. Но премьера спектакля была уже посмертной - осенью 1972года. В возрасте 35лет он утонул в Байкале - нелепая случайность. В том спектакле я тогда не играл. А сейчас сыграл одну из главных ролей.

Позже в Театре имени М.Н. Ермоловой поставили "Прошлым летом в Чулимске" и "Утиную охоту". А затем - спектакль по его ранним рассказам, куда была включена и неоконченная пьеса-водевиль "Несравненный Наконечников". Вампиловым задумывалась история о провинциальном парикмахере, который волею судьбы становится драматургом. Спектакль назывался "Стечение обстоятельств". Роль Наконечникова играл я. Моя первая встреча на сцене с его творчеством состоялась в 1976году. Для меня это всё бесценно. Затем я подготовил программу "Рождённые в 37-м". Она была посвящена Валентину Распутину, Александру Вампилову, Андрею Битову и другим литераторам.

– А как вы оказались в мелиховском театре?

– В своё время с народным артистом России Юрием Авшаровым мы осуществили постановку спектакля "Борис Годунов", автором этой идеи был литературовед, пушкинист Валентин Непомнящий. Вот они-то меня и познакомили с Владимиром Байчером. Он очень энергичный и творчески неспокойный человек. Несколько лет назад Владимир Байчер предложил мне принять участие в создании профессионального театра в Музее-заповеднике А.П. Чехова в Мелихове. Байчера я знал и верил в него, поэтому согласился и счастлив, что судьба преподнесла мне на склоне лет такой подарок. В Мелихове теперь традиционными стали театральные субботы. Мы для посетителей музея показываем спектакли "Медведь", "Дачный театр Антоши Чехонте", "Психопаты", "Сон Каштанки" и другие. Иногда я читаю рассказы Чехова, у меня есть целая программа. Существуют ещё и крупные формы, например, почти уже легендарный спектакль "Дуэль", который частично играется на открытом воздухе, на мелиховском пруду, частично - в театральном дворе.

– И всё-таки легко ли было вам, избалованному вниманием публики в столичных театрах, решиться войти в труппу, которая только начинает свою театральную деятельность?

– Знаете, на самом деле - это моя мелиховская весна. Всякий артист, работающий в репертуарном театре, испытывает чувство творческого голода. Вот почему я занимаюсь художественным словом, ездил недавно в Казахстан и Узбекистан с концертами, выступал в Австрии. В мае-июне гастроли предстоят по Украине, затем в Словении. У меня подготовлено 15сольных программ, включающих много литературы - и классики, и современной. Освоить этот материал сложно.

– Как же вы успеваете играть ещё и в Театре имени М.Н. Ермоловой?

– Да, с ним связана вся моя творческая жизнь, уже более сорока лет. В настоящее время я занят в спектаклях "Железная воля", "Ужель та самая Татьяна?", "Одесса 913". Особенно показателен спектакль "Железная воля" по повести Николая Лескова. Его мы совместно с заслуженными артистами России Германом Энтиным и Владимиром Павловым поставили 15лет назад. До сих пор люди приходят на этот спектакль и кричат "Браво!". Такое редко бывает в Москве. То, что он прошёл уже 270раз, для театра - нонсенс.

– Юрий Иванович, вы всегда хотели служить в театре?

– Когда я подрастал, не было такого количества развлечений, как сейчас у молодёжи. Поэтому то, что раньше называлось художественной самодеятельностью, было самым привлекательным и самым, как я теперь понимаю, правильным. При клубе Московского мясокомбината, где работали мои родители, было много самодеятельных кружков, в том числе и театральный. Я туда записался и, как только окунулся в этот мир, так и "заболел". Но после окончания школы поступил в авиационный техникум. Учился на ракетном отделении, по окончании был распределён на работу в почтовый ящик в центре Москвы на Полянке и должен был два года отработать. Но тяготение к театру было так велико, что, увидев объявление о том, что открывается вечернее отделение Щепкинского училища при Малом театре, решил попробовать свои силы. И тут всё произошло, как в сказке. Набирал курс легендарный Игорь Владимирович Ильинский, и курс этот готовил не только артистов театра и кино, но и мастеров художественного слова. А мне это было безумно интересно. Сам Ильинский был колдовской чтец, мы знаем его больше по комическим ролям, а у него были потрясающие программы. Он очень любил Гоголя, Толстого[?] Читал великолепно.

В училище поступил. Ильинский ко мне относился душевно, в чём-то считал меня своим продолжателем. Когда подошло время служить в армии, он сам пошёл в военкомат и добился, что меня не взяли.

Пока учился на вечернем отделении, моя отработка на предприятии закончилась. А тут как раз открылась студия ГИТИСа при Театре имени М.Н. Ермоловой. Она была в своём роде уникальной, потому что этот опыт повторили после только два театра - "Современник" и Театр имени К.С. Станиславского.

Придя в Ермоловский театр, окунулся в настоящую учёбу. Оригинальность студии была в том, что теорию проходили в самом институте, а мастерство актёра - в театре. С нами занимались такие мастера сцены, как Всеволод Якут, Леонид Галлис, Иван Соловьёв - уникальный артист, равного которому сейчас нет. Курсом руководил Семён Гушанский. Нас сразу вводили в спектакли. Мы рано стали играть не только в массовке, но и в эпизодах. Выезжали с театром на гастроли. Жизнь была яркой, интересной и ответственной.

– Окончив учёбу, вы остались в Театре имени М.Н. Ермоловой?

– Да, несколько человек были приняты на работу, в том числе и я. С тех пор служу здесь. Но в какой-то момент мне театр поднадоел. Это был период театрального безвременья, когда ставили что-то унылое, в чём всей душой не хотелось участвовать. И тогда я переключился на жанр художественного слова. Возникли работы неожиданные. На чтецкую эстраду вынес несколько имён, которых до меня там не было. Да и сейчас-то не очень встретишь. Это Василь Быков с его военными рассказами, поэзия Владимира Высоцкого. Программу подготовил "Поэт Владимир Высоцкий", а позже небольшой спектакль "Я был душой дурного общества". И конечно, Солженицын. К нему приглядывался ещё в процессе обучения. В начале перестройки, когда многое уже разрешили, сделал работу по его книге "Бодался телёнок с дубом". На основе этого материала в Малом зале Театра Ермоловой со своими сыновьями поставил даже спектакль. Они тоже люди творческих профессий.