Чтение онлайн

Эту поэзию по праву можно назвать зрелой. И вековая жизненная мудрость, и любовь, и прощение, которое приходит с годами, - всё это присутствует в книге.

Он живёт у слепого экрана -

Затянул виртуальный портал.

Вместо сердца - открытая рана:

Сам бы рану не забинтовал[?]

"Сам", "один" - в этих словах для Виктора Петрова звучит не гордость, а отчуждённость, которая не может принести счастья.

Своеобразная простота, к которой приходишь через сложность, испытав на себе многие превратности судьбы, незримо присутствует в каждом слове, в каждой строке. Все жизненные аксиомы давно известны, но ведь истина не бывает банальной. Поэтому, открывая для себя вечный закон, человек чувствует, что он - первый на планете и единственный, познавший его. Тогда уже поиски смысла жизни, так занимавшие раньше, кажутся наивными и совершенно лишними, ведь сам путь и есть цель:

Хлопьев краткая малость

Пахнет новой зимой[?]

Что мне в жизни осталось,

Кроме жизни самой?..

Очень важна для автора тема Родины, тема России. Размышления о судьбе русского народа, трепетная любовь к нему - не громкие и пустые слова, а человеческие, проникнутые тоской и болью за родную землю. В стихотворении "Русские" автор с гордостью и тайной грустью говорит о себе и о своём народе, навевая ассоциации со знаменитым произведением Александра Блока "Скифы":

Мы - русские, и больше ничего.

Разделят нас на две

неравных части:

Одним сибирское привалит

счастье,

Другим - Европа[?]

Только и всего!

Как известно, путь художника сложен, но в России (так уж повелось) он порой складывается трагически. И не потеряться, не свернуть со своей дороги для поэта - долг, выполнить который совсем непросто. Тему поэзии Виктор Петров понимает по-своему и, анализируя собственное творчество, подчас с горечью резюмирует:

Слова не принимаются в расчёт -

Никто несчастных не вернёт.

Но продолжать писать даже тогда, когда знаешь (это доказано самой жизнью), что словами никого не вернуть и ничего не изменить, и есть выполнение того самого священного долга поэта: сжигать себя дотла.

Юлия ИПАТОВА

В неколебимой синеве

Анонс

В неколебимой синеве

27-29 сентября в Институте мировой литературы РАН, Государственном Рязанском университете им. С.А. Есенина и Государственном музее-заповеднике С.А. Есенина в селе Константиново пройдёт Международная научная конференция "Сергей Есенин и русская история", посвящённая 117-й годовщине со дня рождения С.А. Есенина и Году Российской истории. В рамках конференции организован круглый стол, посвящённый работе над Есенинской энциклопедией. В конференции принимают участие около 100 докладчиков из 20 регионов России и 8 докладчиков из зарубежных стран.

Золотой пласт

26-28 сентября в Государственном музее Л.Н. Толстого (ул. Пречистенка, 11) пройдёт V Международный толстовский конгресс "Война 1812 года в русской культуре: литература и искусство". Проводят мероприятие Музей-усадьба Л.Н. Толстого "Ясная Поляна", Государственный музей Л.Н. Толстого (Москва), Институт языков и культур им. Льва Толстого (Москва) и Московский Дом национальностей.

Конгресс посвящён героической эпохе 1812 года - "золотому пласту русской культуры", нашедшему воплощение в литературе и изобразительном искусстве, музыке и театре, российском и мировом кинематографе.

Конгресс ориентирован на представителей различных областей научного знания (литературоведов, искусствоведов, историков, культурологов, философов и др.). По итогам конференции будет издан сборник материалов.

Соб. инф.

Карлики или пигмеи?

ЛИТПРОЗЕКТОР

То, что русская литература переживает упадок, ясно любому, кто хоть немного ею интересуется. Достаточно зайти в книжный магазин, взять наугад любую книжку любого автора XIX века и прочитать хотя бы одну страницу. А потом - проделать то же с любым сочинением современного автора. Разительный контраст.

Но такой выборочный метод сравнения всё-таки оставляет место для надежды: а может, просто случайно так совпало, может, всё не так уж и плохо. И лишь знакомство со специальным номером для "летнего чтения" журнала "Русский репортёр" подводит окончательную черту - нет, не совпало, - это уже конец. Дело не в том, что все "девятнадцать новых историй от современных российских писателей" одинаково плохо написаны, это опять-таки может быть просто результатом неудачного подбора.

Вступительная статья К. Мильчина, её язык, идеи автора, наконец, глубина его познаний в литературе, - вот что не оставляет никаких надежд. Если такое можно безнаказанно выдавать за анализ литературных направлений, значит, всё, значит, уже оборвалось. Не буду голословным, приведу несколько примеров в доказательство сказанного.

Вот он говорит: "[?]любой пишущий про тюрьму вынужден конкурировать с "Одним днём Ивана Денисовича" Александра Солженицына и "Колымскими рассказами" Варлама Шаламова[?]"

У меня вопрос к Мильчину. Скажите, только честно, вы что-то слышали о книге "Записки из мёртвого дома"? Об очерке "Остров Сахалин"? Как вы думаете, перспектива конкуренции с такими публикациями не должна отпугивать современных мастеров слова? Да и почему - конкуренция? Следовало бы говорить о продолжении традиции. Но жаргон маркетолога всюду теснит в статье иные способы выражения мысли. Чего стоит хотя бы такой перл: "Тюремная тематика пользуется неизменной популярностью в сегменте массовой литературы, но действительно интересные вещи встречаются нечасто". Это уже приближено к классике: именно на таком языке говорили персонажи Зощенко: "Популярность в сегменте". А как насчёт популярности гвоздей в сегменте скобяных товаров?