Чтение онлайн

Исторические знания формируют гражданственность в обществе и патриотическое сознание. Если нет гражданственности и патриотизма, то общество разлагается и распадается. Нынешняя наша ситуация буквально вопиёт об этом. Чтобы яснее представить значение исторических знаний в воспитании молодого поколения, приведу конкретный исторический пример из XIX века. Во время франко-германской войны 1870-1871 гг. Франция была разгромлена Германией. И "железный канцлер" Бисмарк тогда сказал прогремевшую на весь мир фразу: в этой войне победил немецкий учитель. Почему? Конечно же, потому что преподавание истории в немецкой школе способствовало воспитанию патриотов Германии, готовых сражаться за её интересы.

Нынешняя же разноголосица в преподавании истории в нашей высшей и средней школе воспитать не может никого, кроме потребителей чужих знаний и идей, людей с искривлённым этническим сознанием, безоружных перед иноземным миром. И потому я считаю высказывание нашего президента весьма правильным, хотя и запоздалым. Раньше нужно было! Но, как говорит народная мудрость, "лучше поздно, чем никогда".

И крайне важно, чтобы предполагаемые единые учебники во главу угла ставили непрерывность истории, о чём также говорил президент. Ошибочно разделять её на замкнутые периоды, а тем более - противопоставлять их друг другу. История - это единый процесс. В ней прошлое переходит в настоящее и является фундаментом будущего. Именно так она должна и преподноситься обучающимся.

При этом наша история - это история всех народов нашей страны, совместно строивших российскую государственность. Ни один из этносов, созидавших Россию во главе с русским народом, не был потерян. Наше геополитическое пространство, умещавшееся в Российскую империю, а потом в СССР, создавалось в течение веков.

Ликвидация этого геополитического пространства поставила под угрозу исчезновения не только русских, но и другие народы бывшего Советского Союза. Хочется надеяться, что слова президента не разойдутся с делом.

Нам нужен свой миллиард

Мир стремительно меняется. Рушатся государства. Политические режимы, казавшиеся незыблемыми, уходят в небытие, погребая под собой своих лидеров. Революционные настроения буквально захлёстывают людей и выливаются в кровопролитное разрушение устоявшегося порядка вещей. Да и в благополучных странах спокойствие, скорее, мнимое, чем настоящее...

Историк и политолог, автор популярных книг "Национализация рубля - путь к свободе России", "Шерше ля нефть. Почему мы платим дань Америке" и "Кризис. Как это делается", "Хаос революции. Оружие доллара", "Сталин. Вспоминаем вместе" Николай СТАРИКОВ отвечает на вопросы "ЛГ".

Стратегический

резерв

– Со времени нашей предыдущей беседы прошёл уже год. Тогда вы высказали резкую и неприятную для российских граждан мысль, что Россия платит некую "дань" Западу как побеждённая страна... Что-нибудь в этом плане изменилось?

– Кое-что изменилось, но эти изменения не совсем такие, как бы хотелось. Не только мы, но и весь остальной мир платит сегодня дань Америке и её союзникам.

Яркий пример тому - поведение нашего правительства в отношении Резервного фонда. Подобное поведение нельзя объяснить никакой иной причиной, как выплатой побеждённой в холодной войне страной контрибуции победителю.

Речь здесь идёт вот о чём: наше правительство берёт в Европе займы и выпускает долговые обязательства России. Берёт приблизительно под 5,5 процента годовых. Потом эти средства идут в Резервный фонд, и на них покупаются долговые обязательства Европы только уже под 1,5 процента годовых. Нет ничего более абсурдного, чем брать взаймы под 5,5 и отдавать им же в долг под 1,5!..

Другого определения подобного действа, как разорение, подобрать просто невозможно. Любой нормальный человек в обычной жизни вряд ли бы так поступил. И тем не менее так и происходит вопреки здравому смыслу.

Почему? Именно потому, что подобные действа являются некой завуалированной формой выплаты дани. Россия, к сожалению, ещё не стала полностью суверенной страной.

– Вокруг нашего Резервного фонда, исчисляемого триллионами, ходит множество слухов. Что же с ним происходит?

– Согласно российским законам российские же сбережения не могут вкладываться в развитие России. Вот такой парадокс. Наши финансовые и золотовалютные резервы не могут быть направлены на покупку ценных бумаг российских компаний или государственных долговых обязательств. Они могут вкладываться только в иностранные ценные бумаги.

В то же время, выступая перед Федеральным собранием, президент чётко обозначил, что средства Резервного фонда должны вкладываться (названы конкретные сроки и цифры) в покупку долговых обязательств российских компаний.

Так что здесь есть некое законодательное противоречие. С одной стороны, руководитель страны даёт чёткие указания по поводу вложения средств, а с другой стороны, для этого нет законодательной базы.

Одновременно с выступлением президента Путина создаётся Росфинагентство для распоряжения средствами Резервного фонда, которое является на 100 процентов государственной компанией и в то же время - открытым акционерным обществом.

Хочу обратить внимание на то, что идёт процесс, результатом которого может стать как развитие экономики, так и пустое перемалывание воздуха со всеми вытекающими последствиями - прежде всего бессмысленной тратой денег. Ситуация с Росфинагентством весьма противоречивая, и пока не ясно, какие силы там возьмут верх: государственные или антигосударственные?

В фокусе общественного внимания оказывается лишь информация, что Росфинагентство - частная компания, распоряжающаяся государственными активами. Нет, это государственная компания. Вопрос - в чьих интересах она

будет действовать?

– Мы знаем и государственные компании, руководство которых действует не в интересах государства, а в своих собственных и тех, кто их туда поставил... Достаточно вспомнить деятельность структур Министерства обороны при прежнем министре.

– Вокруг этого сейчас и идёт ожесточённая борьба. Мне кажется, люди с государственным мышлением пытаются создать параллельную Банку России структуру, которая получит возможность размещать накапливаемые средства внутри страны для её развития. Но получится ли у них?

– А почему такие сложности? Такая борьба? Центральный банк России не может выполнять эту функцию?

– Пока нет. Поэтому я стал одним из разработчиков закона о повышении статуса ЦБ России до уровня государственного, чтобы он мог решать проблемы такого масштаба.