Чтение онлайн

После XIX партконференции был взят курс на демократические выборы грандиозного Съезда народных депутатов. Большую часть депутатского корпуса избрали всенародно, на альтернативных выборах – такое в нашей стране происходило впервые. Квоты от ЦК и общественных организаций воспринимались как компромисс.

Открылся съезд ровно 25 лет назад, 25 мая 1989 года и продолжался до 9 июня. В первый же день работы съезда был избран новый председатель Верховного Совета СССР. Им стал Горбачёв. Любопытно, что избрали его, как и большинство депутатов, на альтернативной основе. С Горбачёвым тягался за власть самовыдвиженец – депутат Александр Оболенский, мгновенно ставший всесоюзно известным.

На съезде во весь голос заявила о себе радикально демократическая оппозиция – сторонники ускоренных реформ. Что подразумевалось под реформами? Запрет цензуры, развитие свободы слова и совести, поддержка частной инициативы, отказ от «командно-административной системы». Горбачёв же пытался сформировать некий «центристский» курс.

Пожалуй, наиболее важной была идеологическая, пропагандистская роль съезда, а точнее – его телетрансляций в прямом эфире. Страна быстро политизировалась. Миллионы людей следили за перипетиями работы съезда, возлагали надежды на новых политиков, на реформы... Очень скоро окажется, что съезд и Верховный Совет (работавший на постоянной основе и также с телетрансляциями) не способны решать экономические проблемы и проблемы государственной безопасности. Товарный дефицит, рост преступности, усиление сепаратистских настроений в союзных республиках – всё это происходило на фоне бесконечных дискуссий во Дворце съездов. Страна стала слабее, её затягивало в долговую яму – зато телезвёздами стали депутаты, которые ни за что не отвечали... В двусмысленное положение попал Совет министров. В стране сложилась не деловая, а бунтарская атмосфера.

Уменьшилась власть ЦК и Политбюро – и глава государства оказался практически бесконтрольным. Это быстро и отрицательно сказалось, к примеру, на внешней политике СССР, когда сдавались все наши позиции.

Первый съезд народных депутатов сегодня воспринимается как первый шаг к распаду страны, к хаосу, к горячим точкам. Это трагический, но и увлекательный исторический детектив! И замечательный материал для уроков истории.

Теги: история России

А.Ю. Маленко. Была пора: Екатеринин век... Екатерина II и Крым.
– Симферополь: Бизнес-Информ, 2013.– 328 с.

Думаю, сегодня многим будет интересно прочитать научно-популярное иллюстрированное исследование о том, как Россия получила Крым, как преобразовала жизнь на полуострове. Крымское ханство пребывало в затяжном кризисе, а в составе России полуостров расцвёл в столь кратчайшие сроки, что Европа поразилась. Здесь и история дипломатии в её лучшие времена, и судьбы неутомимых созидателей, первым из которых был Григорий Потёмкин, по праву носивший титул князя Таврического. Но в центре повествования – великая императрица, без которой и Потёмкин вряд ли проявил бы себя так ярко...

В Крыму российская монархия соприкоснулась со своими византийскими истоками. Оказалось, что это не только символика, но и реальность. Книга вышла в свет в Симферополе, но некоторые формальности с тех пор устарели. Например, обязательная ремарка в выходных данных: "Росiйскою мовою". Крым вернулся в Россию.

Теги: А.Ю. Маленко , Была пора: Екатеринин век... Екатерина II и Крым

С.С. Уваров. Государственные основы.
– М.: Институт русской цивилизации, 2014. – 608 с. 

Сергей Семёнович Уваров был министром народного просвещения и выдающимся политическим мыслителем. Николаевская Россия до Крымской войны была в Европе твердыней имперской стабильности. Уварову удалось сформулировать основы государственной идеологии, от которой в исторической памяти народа осталось три слова: "Православие, самодержавие, народность".

При Николае I классическое самодержавие переживало последний взлёт. Впрочем, мало кто в те годы мог предсказать закат империи и распад системы. После реформ Александра II формулы Уварова перестали работать на полную мощность. Но новая чёткая идеология не была сформулирована: наша страна вошла в полосу противоречий, которая завершилась, пожалуй, даже не в 1917-м, а в 1929 году...

А Уварова следует читать и внимательно изучать – и в новой книге Института русской цивилизации впервые собраны едва ли не все его труды.

Теги: С.С. Уваров , Государственные основы

Свято-Троицкий Ипатьевский монастырь

Лежит Кострома в самом сердце мерянской земли, там, где великая река делит её надвое - на Заволжье и, выразимся так, "Предволжье". И в названии слышится что­то мерянское, благо других «мА» в округе в достатке – Кохма, Кинешма, Чухлома... Вот только корень костр­ нетипичен для финно­угорского языка, и исследователи полагают, что барышня всё­таки русская. Известно ведь, что исконная Кострома – это соломенная куколка, ровесница славянских языческих богов, близкая родственница широко известной Масленицы. Только ту сжигали, а эту спускали по воде. В общем, персонаж из восточнославянской мифологии, сугубо карнавальный, как и положено в народных низовых культах.

Древняя история и небесные заступники

Крепость на полпути в глухие севера попадала преимущественно в локальные сводки, то есть, простите, летописи. Четыре года, правда, была де-факто русской столицей: в 1272 году здешний князь Василий Ярославович (брат Александра Невского) получил Великое княжение Владимирское, да во Владимир не поехал – остался в Костроме до своей смерти в 1276-м. В XIV веке город бескровно вошёл в состав Московского княжества, отправил свою дружину на Куликово поле, а два года спустя именно в Костроме Дмитрий Донской отсиживался, пока Тохтамыш сжигал Москву.

Своей небесной заступницей костромичи считают саму Богородицу, зримым воплощением этого заступничества – чудотворную икону Фёдоровской Богоматери. С историей её обретения много неясностей, связана она то ли с уже знакомым нам Василием Ярославовичем, то ли с его легендарно-мифическим тёзкой Василием Квашнёй. И произошла, соответственно, то ли в 1262 году, то ли в 1239-м. В остальном две истории повторяют друг друга практически слово в слово (это позволяет предположить, что произошла обычная путаница при попытке объединить летопись и легенду): икону нашли висящей на дереве у реки Запрудня недалеко от Костромы и перенесли в город, в Успенский собор (сейчас, за сносом оного при большевиках, Фёдоровская пребывает в Богоявленском монастыре).

С этой иконой народное предание связывает победу костромской рати в битве при Святом озере – это у западной границы города. Примерно в 1262 году (о точной дате единого мнения нет) сюда подошли татарские орды с вполне очевидной исторической миссией. Непокорная Кострома решила встречать врага в поле, не дожидаясь, пока тумены дошагают до самых крепостных стен. Василий Ярославович собрал небольшую дружину, надеясь повторить уже опробованную тактику своего знаменитого брата – сдерживая пехотой вражеский натиск, ударить во фланг засадным полком. Силы, впрочем, были заведомо неравны. И «для поднятия боевого духа» князь взял с собой на битву Фёдоровскую икону. Дальше слово автору иеродьякону Ипатьевского монастыря Лонгину: