Чтение онлайн

За время, прошедшее с момента создания государственной информационной системы «Наш город. Программа развития Москвы», интернет-ресурс постоянно развивался: менялся дизайн, добавлялись темы, появлялась полезная информация, внедрялся новый функционал. В 2014 году к работе с обращениями граждан присоединились федеральные органы власти: весной при участии ФМС заработал сервис, связанный с вопросами нелегальной миграции, а с сентября благодаря сотрудничеству с Роспотребнадзором москвичи могут жаловаться на нерадивых продавцов. Кроме того, этой осенью пользователям представили улучшенную версию портала: новый дизайн, новые возможности и новые темы. «Сегодня с уверенностью можно сказать, что портал «Наш город» состоялся, став для жителей привычным инструментом взаимодействия с властью в решении проблем мегаполиса, – считает Анастасия Ракова. – Со временем введение электронных сервисов должно полностью вытеснить непрозрачные бюрократические механизмы письменных обращений граждан».

Теги: Москва , торговля , услуги

1945 год. Ю.Б. Левитан передаёт по радио приказ Верховного Главнокомандующего о взятии Берлина

Фото: ИТАР-ТАСС

С Юрием Борисовичем Левитаном меня познакомила бабушка, Екатерина Ивановна. Знала его по совместной работе на радио в Путинках - всю войну в редакции "Последних известий". Он – великий диктор, она – простая машинистка.

А потом, уже в 70-х годах, Левитан получил квартиру в двух шагах от нашего дома, на углу Дегтярного и Воротниковского переулков. Наш дом – Дегтярный, № 6, его – Дегтярный, № 11/2. Виделись часто.

Мне казалось, что обладатель такого голоса должен быть богатырского телосложения, высоченного роста. Нет, вполне земной человек. Жена его была красавицей. Разошлись, но остались друзьями. Жил с тёщей, Фаиной Львовной, которая обожала зятя, каждый день готовила его любимый винегрет. И с дочкой Наташей, которую обожал он. После развода родителей девочка осталась с отцом. Потом Наташа вышла замуж, родился Борька – смысл жизни Левитана. В доме стало тесно, и Юрий Борисович купил квартиру, тут же, в Воротниковском переулке. Теперь там мемориальная доска.

Как известно, Юрий Левитан читал все сводки «От Советского информбюро». Я была уверена, что и воздушную тревогу объявлял-отменял именно он. Но недавно прочитала воспоминания Алексея Уколычева, диктора Всесоюзного радиовещания на командном пункте штаба МПВО: «Дикторская комната на первом этаже здания. 21 июля, через месяц после начала войны, мне предстояло сказать: «Граждане! Воздушная тревога!»[?] Включаю микрофон и трижды произношу: «Граждане! Воздушная тревога!» – и тут же включаю сигнал сирены. А потом – «Угроза воздушного нападения миновала. Отбой».

Странно: ведь и в книге Л. Либединской «Зелёная лампа» читаю: «А там, глядишь, и голос Левитана: «Отбой!» Не знаю, может, А. Уколычев сделал сообщение только о первой бомбёжке, как он и пишет, 21 июля? Может, потом эта трудная обязанность легла всё же на плечи Юрия Борисовича Левитана? Вернее, на его голос.

Трепещет сонм немецких фурий,

Трепещет в страхе вражий стан,

Когда басит в эфире Юрий,

Наш мощный диктор Левитан.

Басить Юра начал в детстве. В родном Владимире его называли Трубачом. Он легко мог докричаться до ребят, загорающих на противоположном берегу их широченной Клязьмы. Мечтал стать артистом. Отец, портной, слышать об этом не хотел. И всё же, окончив девять классов, Юрий поехал в Москву поступать в театральный. Конечно, не приняли. Случайно увидел объявление: «Требуются дикторы».

Конкурс проходил в студии на Тверской, в доме № 7, где сейчас Центральный телеграф. Около 800 абитуриентов, среди них Ростислав Плятт. Председатель комиссии Иван Москвин, будущий народный артист СССР, сказал:

– Ну, прочитайте нам что-нибудь.

Юрий прочитал стихотворение. Члены комиссии молчат, переглядываются. Им ясно: этот мальчик в полосатой футболке и спортивных штанах диктором быть не может: волжский говор, оканье резали слух. В то же время они понимали: он должен стать диктором. Обязательно. Такой голос – дар божий.

В общем, зачислили в отдел выпуска – помощником, стажёром, дежурным. К микрофону, конечно, не пустили: сначала надо избавиться от оканья. Он занимался каждый день, по несколько часов. С благодарностью вспоминал Елизавету Александровну Юзницкую, которая давала ему уроки по технике речи.

Наконец, Юрий стал вести передачи, сначала малозначительные, «проходные», где слушателей немного, в основном поздно вечером:

– Говорит Москва! Начинаем передачу для домохозяек.

Затем «По страницам газет». Так Левитан стал работать в студии по ночам.

Сталин тоже работал по ночам, в своём кабинете. Однажды готовил отчётный доклад XVII съезду партии. Услышал, как диктор читал передовую статью «Правды». Позвонил Платону Михайловичу Керженцеву, председателю Радиокомитета:

– Мой доклад должен читать этот диктор.

Юрий Борисович не сделал ни одной ошибки-оговорки. Все удивлялись: пять часов читал без перерыва! Они не знали, что читал он не пять часов, а в два раза дольше. Сначала, ещё до эфира, – за кадром, за кулисами, и слушал его всего один человек – диктор Наталия Александровна Толстова.

К счастью, доклад на XVII съезде был получен заранее. И сели они с Н. Толстовой в какой-то комнатке. Юрий взял карандаш и по указанию опытнейшего диктора делал на полях пометки, что и как читать. В общем, она – режиссёр, он – актёр. А потом пять часов уже в эфире.

Сталин остался доволен. Так решилась судьба Юрия Левитана. В 19 лет он стал главным диктором страны.

Это было в 1934 году. Ну а звёздный час Левитана – Великая Отечественная война. Как сказал поэт Яков Хелемский:

Времени военного глашатай

Сразу стал властителем сердец.

22 июня 1941 года Юрия Борисовича разбудил ранний телефонный звонок:

– Приезжайте! Немедленно! В 12 часов будет важное правительственное сообщение.

В эфире шла передача «Учёные у микрофона». Последняя передача мирного времени. Специалист по удобрениям заунывно рассказывает, как лучше удобрять почву. Страна ещё живёт тихо, спокойно. А Юрий Левитан знает: сейчас прозвучат позывные, и он, диктор, сообщит всему миру, всей стране, каждому человеку, что началась Великая Отечественная война.

Левитан уже ознакомился с текстом, старался держать себя в руках, но всё равно при первых же словах перехватило дыхание. «Почему молчите?» – тотчас же отреагировал монитор. Дочитал до конца и сразу – второй раз, третий… Повторял в течение всего дня. Читал и выступление Молотова, и заявление Советского правительства.