Чтение онлайн

Века простоим, как древний утёс,

Враг сгинет, как дым, как скошенный шквал.

Перевод Татьяны СПЕНДИАРОВОЙ

Гурген БОРЯН

(1915 –1971)

Поседевшей девушке

Она ещё вчера, как майский день, цвела.

Не смела скорбь ступить на солнечный порог.

Она ещё вчера резва, как лань, была, –

Солнцеволосая, не знавшая тревог.

Погасло золото сверкающих кудрей,

Печаль осыпала их снежным серебром...

Жестокою зимой скорбь постучалась к ней:

Потеряна семья, разрушен отчий дом.

Весною тает снег. Но вот пришла весна,

А кудри девушки блистают белизной.

С какою же весной исчезнет седина –

Холодный мёртвый снег печали молодой?

О, только ярый гнев растопит этот снег,

Огонь отмщения, что грудь народа жжёт!

Придёт победы час: согреет солнце всех

И с новою весною растают снег и лёд.

Перевод Веры ЗВЯГИНЦЕВОЙ

Бессмертие

Под утренней, под розовой зарёй

Твои товарищи в лесном краю

Могиле предали твой прах, герой, –

Ты был повержен в штыковом бою.

Поочерёдно целовали в лоб

Тебя бойцы-друзья. И на снегу,

Толпою тесной окружая гроб,

Они клялись, что отомстят врагу.

Багровые полотнища знамён,

Опущенные до земли, сплелись,

И в честь твою над лесом, в небосклон

Гремели залпы, сотрясая высь.

Засыпали могилу, а потом

Трудились терпеливо час и два

И высекли на камне гробовом

Немеркнущие гордые слова:

"Отважный воин, павший в грозный час

В бою за счастье, – здесь лежит.

Склоните головы! Не смерть на вас –

Бессмертие глядит!"

Перевод Николая ЧУКОВСКОГО

Наири ЗАРЬЯН

(1900 –1969)

После боя

Товарищи пали на поле чести…

О сердце, молчи, не кричи, не плачь!

Взывает их кровь неостывшая к мести –

Горе от вражьего взора спрячь.

Врагу – огонь ненавидящих взглядов,

Сабельный блеск и железный кулак,

И треск автоматов, и грохот снарядов,

«Ура!» сокрушающих наших атак.

Врагу мы не горе своё покажем –

Пусть падает каждая наша слеза

Фугасною бомбой над черепом вражьим,

Покуда конницы нашей гроза

Промчится по логовам их окаянным,

Круша и топча их последний оплот,

И наше возмездье огнём ураганным

С земли их прах нечистый сметёт!

Тогда на жертвы святые наши

Пролейся, дождь освежающих слёз!

Пусть память о них цветёт всё краше

Благоуханным цветеньем роз.

Но горе пока затаить нам надо.

И пусть наша сабля будет остра,

Пусть пули свистят и грохочут снаряды,

И наших атак не смолкает «Ура!».

1942 г.

Перевод Владимира ЛУГОВСКОГО

Гегам САРЬЯН

(1902 –1976)

НЕ ВОЗВРАТИЛИСЬ ПАХАРИ ДОМОЙ

Я устремляю вдаль усталый взор –

Не возвратились пахари домой.

Лучи угасли на вершинах гор –

Не возвратились пахари домой.

На землю вечер тенью синей лёг –

Не возвратились пахари домой.

Мне мглой холодной душу обволок –

Не возвратились пахари домой.

В тумане вспыхнул дальний свет окна –

Не возвратились пахари домой.

Какая на дорогах тишина –

Не возвратились пахари домой.

Перевод Вероники ТУШНОВОЙ

Рачия ОВАНЕСЯН

(1919 –1997)

Шлем

Летним днём беззаботно бродя на просторе,

Изобилию нашему оду пел.

Золотые хлеба расстилались, как море,

Наливавшийся колос томился и млел.

Вилась песня моя, нежно ластилась к ниве,

Но нежданно замолк я от встречи одной:

Чей-то выцветший шлем угасал горделиво

Под колосьями зрелыми передо мной.

Чьим он был? Чьё чело защищал, отражая

Этой сталью упорной удары огня?

И когда он смешался вот здесь с урожаем

Нашей славы и нашего мирного дня?

Верно, тот, кто однажды, в предсмертный свой час,

Тщетно вверил себя этой стали холодной,

Здесь, где ныне стою я, безропотно гас,

Чтобы сделаться горстью плодородной.

А признательный пахарь, должно быть, когда-то

Обошёл этот шлем, проходя бороздой, –

В сером слитке металла, в находке простой,

Он увидел священную память солдата.

Память павших, которые кровью своей

Освещали победные наши рассветы,

Память тех, кто сражался за счастье людей,

За свободу и за справедливость на свете.

Но я знаю – на свете есть чёрные силы,

Не иссякли кровавые промыслы их –

Палачей, оскверняющих павших могилы

И готовящих ядра из шлемов таких.