Чтение онлайн

После приближения фронта к Литве 24 июня 1944 г. усилиями генерала П. Кубилюнаса было получено разрешение немцев в уездах создать охранные команды [135] . Немцы поняли, что литовцы будут сопротивляться новой советской оккупации, а это им было выгодно. Развитие событий на фронтах войны привело к тому, что в июле 1944 г. приказом Гиммлера было объявлено решение об образовании самостоятельных формирований литовских, латышских и эстонских националистов. Подбором и подготовкой кадров для этих формирований занималась в основном немецкая разведывательная организация — истребительное соединение войск СС (Waffen-SS Jagdverband) {583} .

Когда бои приближались к восточным границам Литвы, в Жемайтии, в окрестностях Тельшяй, 29 июля 1944 г. была сформирована Жемайтийская дружина, иначе называемая Армией обороны Отечества (АОО) (Tevynes Apsaugos Rinktine — TAR){584}. В ее состав в основном вошли отступившие из Аукштайтии бывшие сотрудники полиции Литвы, военные и по-боевому настроенная молодежь. Бойцы АОО были одеты в униформу вермахта (немцы не возражали, чтобы на левый рукав были бы нашиты щитки национальных цветов, а военные грузовики имели бы эмблему «Столбы Гедиминаса»), вооружены французским и советским оружием. Идейным создателем АОО был ксендз, доктор психологии, бургомистр Зарасая Ионас Степонавичюс (Jonas Steponavicius). Он надеялся, что немецкие физики создадут тайное атомное оружие и остановят наступление Красной армии. Командиром 1-го пехотного полка дружины был назначен майор А. Урбонас, 2-го пехотного полка — подполковник инженер Мечис Карейва (Mecys Kareiva), а после его смерти — подполковник Генерального штаба Матас Науиокас (Matas Naujokas). После отказа бывшего командира 3-й дивизии довоенной армии дивизионного генерала Эдвардаса Адамкявичюса (Edvardas Adamkevicius) возглавить дружину ее возглавил бывший начальник Мажейкяйского уезда капитан Изидорюс Ятулис (Izidorius Jatulis), начальником штаба стал капитан Ионас Чесна (Jonas Cesna). С немецкой стороны дружиной командовал немецкий полковник (позже генерал) Гельмут Мадер (Helmuth Maeder). Советские войска наступали на запад, АОО стала арьергардом отступающих немецких частей. Произошло несколько кровавых боёв, особенно сильные бои были при Седе. АОО была слабо вооружена, а неравенство сил было очень велико, поэтому она была вынуждена отступать в Германию. Её остатки были распределены по восьми строительно-сапёрным ротам, которые возводили укрепления в Восточной Пруссии.

Почти сотня литовцев попала в военно-морской флот Германии — в 9-е морское запасное подразделение (9. Marine Ersatz Abteilung). Здесь вместе с литовцами обучались 400 латышей и 150 эстонцев{585}. Позже, в октябре 1944 г., латыши и эстонцы были вывезены в Данциг, где располагались учебные лагеря их легионов СС.

В конце 1944 г. — начале 1945 г. немцы предприняли усилия создать из проживающих в Германии военных беженцев так называемый «литовский национальный комитет» и с его помощью попытаться мобилизовать в военные части находящихся в Германии литовцев-беженцев. Для этой цели использовалось действующее в Германии Литовское вспомогательное учреждение (Litauische Hilfsstelle), руководимое бывшим генеральным советником по вопросам труда и социальным проблемам д-ром Ионасом Паукштисом (Jonas Paukstys). Ещё 20–21 сентября 1944 г. в этом учреждении прошло совещание по вопросу создания литовских военных частей в Германии. Должность командующего будущих военных частей вновь была предложена генералу С. Раштикису, однако он категорически отказался, вплоть до решения всех политических вопросов. Отказались от этого предложения и генералы С. Пундзявичюс и К. Таллат-Кялпша. Так что и на этот раз немцам не удалось найти общий язык с литовцами{586}.

Ни одно создаваемое в объятой пламенем войны Литве военное формирование не обходилось без литовских полицейских. Ещё 7 декабря 1941 г. в Литве были созданы и начали активно действовать части Армии свободы Литвы (Lietuvos laisves armija — LLA) {587} , которую создал студент Вильнюсского университета Казис Веверскис (Kazys Veverskis) [136] . Армия территориально состояла из 4 округов, а функционально делилась на действующий сектор — вооружённые повстанцы — и организационный сектор, который осуществлял функции разведки и материального обеспечения. ЛЛА в целом старалась придерживаться позиции нейтралитета по отношению к немцам. Кто рассматривался в качестве главного противника, несложно понять, исходя из предвоенных реалий. Их лозунг — «Не отступать из Литвы и бороться». Они в Литве выполняли полицейские функции, защищали жителей от немецких реквизиций, помогали бороться АОО. Состав ЛЛА, по определению ее командующего (1 августа 1944 г.), был следующим: «Это не была группа, отколовшаяся от какого-либо тогдашнего политического движения или партии. Это была новая военная организация, пионерами, руководителями и членами которой были литовцы различных политических направлений и течений». Руководством ЛЛА территория Литвы была разделена на несколько округов: Вильнюский, Каунасский, Шяуляйский, Паневежский и Телыняйский, Мариямпольский. Но в основном деятельность ЛЛА сводилась к вербовке новых участников, к созданию вооруженных отрядов и идеологической подготовке населения. ЛЛА установила контакт с немецким командованием и разведорганами, которые оказали ей значительную помощь в вооружении, в снабжении амуницией, радиосредствами, деньгами, создали при Кёнигсбергской разведшколе специальную литовскую группу. По решению руководства Армии свободы Литвы и Союза борцов за свободу Литвы в немецкие разведывательно-диверсионные школы в Восточной Пруссии и на севере Польши было направлено свыше 300 человек. Подготовка и заброска агентуры в тыл наступающей на Литву Красной армии осуществлялась германскими разведорганами — Абверкомандой-203 и др. Уже к осени 1944 г. на территорию Литвы было заслано около 20 хорошо вооружённых групп с общей численностью более 150 человек.

В 1944 г. в Плателяй (Жемайтия) был создан штаб «Армии свободы Литвы», а сама военная организация назвалась «ястребами» (Vanagai). Немцы и АОО отступили на запад, «ястребы» остались в Литве, разделились на маленькие части и продолжили партизанскую войну с Советской армией. Уже в августе 1944 г. в приказе № 4 по ЛЛА ставилась задача вооружённой борьбы против Красной армии, НКВД, его осведомителей и местной советской администрации.

В историю партизанских движений XX столетия борьба литовских партизан («лесных братьев», как их ещё называли) против советизации Литвы вошла как одна из наиболее упорных и продолжительных. В лесах основных исторических земель Литвы — Жемайтии и Аукштайтии — сталинский режим встретил наиболее ожесточённое, по сравнению с другими странами Балтии, сопротивление: против Советов воевали 50 000 литовцев. В этой войне приняли активное участие и оставшиеся в живых на территории Литвы бывшие литовские полицейские. Эта война дорого обошлась литовскому народу: погибли или были убиты НКВД 20 000 литовцев, были арестованы 200 000 человек (примерно 20% общества). Политическое и военное руководство резистенции в Латвии и Эстонии раньше поняли бесперспективность партизанской войны против советского строя, и в результате генофонд этих стран пострадал меньше.

Вторая советская оккупация заставила многих литовских полицейских, спасая свою жизнь, оставить Родину. Большая часть полицейских организованно или поодиночке отступили на Запад. Кое-где в Германии в литовских трудовых лагерях беженцев (ТЛБ) для поддержания порядка и охраны была сформирована полиция ТЛБ. Позже вместе со всеми беженцами она разбрелась по западному миру. В 1955 г. в Чикаго (США) был образован клуб «Krivule» бывших сотрудников полиции Литвы, издавался журнал «Боец» (Karys), в котором часто печатались статьи мемуарного характера о деятельности полиции во время последней войны.

Правда о войне горька. Узнаём мы эту правду медленно. Принято говорить: лучше позже, чем никогда. Но, может быть, лучше раньше, чем позже?

После начала войны между СССР и Германией, в июне — июле 1941 г. в Литве по принципу добровольности, по инициативе и усилиям литовцев была восстановлена ликвидированная ранее полиция.

Численность этой полиции выросла до 7000 сотрудников. В полицию вернулось работать около 40% ее бывших чиновников. Немцы ликвидировали Временное правительство Литвы, но созданные им структуры литовской полиции сохранились в течение всего времени немецкой оккупации. Были восстановлены: уголовная полиция, полиция безопасности, полиция порядка, железнодорожная полиция, дорожная полиция, противопожарная охрана; были сформированы строевые части полиции: 26 батальонов полиции, кавалерийский эскадрон полиции, репрезентационная рота, 6 строительных батальонов. За время войны в строевых подразделениях служили около 20 000 литовцев. В мае 1943 г. литовская вспомогательная полиция была переименована в литовские полицейские батальоны, а еще через год они стали называться литовской полицией. Летом 1944 г. часть полицейских была влита в местную армию Литвы, но большинство полицейских либо разбежались перед приходом советских войск, либо ушли в партизаны и продолжали сопротивление частям Красной армии.

Подразделения литовской полиции были сформированы не по приказу немцев, а по инициативе самих литовцев, их стараниями и на основе добровольности. Они были созданы для борьбы с большевизмом, с надеждой, что при помощи немцев будет восстановлена свобода и независимость Литвы. Они были созданы для Литвы, а не для Третьего рейха, но были немецкой администрацией бессовестно присвоены. Строевые подразделения литовской полиции смело воевали на фронте. Подчёркивая это, один офицер вермахта писал: «На Восточном фронте видел бросавших оружие и бежавших итальянских, испанских, Балканских стран бойцов, но я не видел и не слышал, чтобы с поля боя бежали бы литовские бойцы. Не знаю никакого другого народа, чтобы эти замечательные свойства человеческого рода были так высоко развиты, как в литовском народе»{588}.

Исследуя перипетии восстановления и деятельности во время войны учреждений и строевых подразделений литовской полиции, их правовое положение, можно смело делать вывод, что данная институция по своему подчинению, компетенции, задачам и их выполнению была не что иное, как вспомогательная служба немецкой административной власти. Во время войны, особенно на её начальном этапе, литовская полиция, как составная часть, принадлежала системе учреждений немецкой администрации и помогла немцам укрепить их режим. При этом руководство литовской полиции придерживалось принципиальной установки, что «пришелец рано или поздно из края уйдёт, нам же в одних ли или в других условиях надо будет здесь, со своими людьми остаться жить».

Предъявленные в этой книге новые факты более-менее раскрывают проблемы истории Литвы того времени. Важны не только новые данные. Важно и то, что за прожитые полвека нажито болезненным, но вместе с тем так нужным опытом, появился новый взгляд на себя и на других, на своё прошлое и на будущее. Поэтому понятно неумолимое желание искать новые факты и интерпретации, которые ещё более приближают нас к исторической правде.

Проблематикой деятельности литовской полиции во время Второй мировой войны еще только начинают интересоваться: ещё много работы предстоит историкам, писателям, политикам. Историкам требуется время, чтобы трезво оценить конкретные исторические события. Из-за нехватки архивных материалов, из-за неимения возможности использовать в этой работе некоторые архивные документы остались неразобранными очень важные вопросы деятельности литовской полиции во время войны. Это все ещё одно «белое пятно» истории Литвы. Нужны дальнейшие кропотливые научные исследования, и историков ждёт много тяжёлого и важного труда.