Чтение онлайн

– А ты не очень торопишься?

– Знаешь, – сказала Анжелика, даже не дав мне начать, – нет смысла раскисать. Что тебе действительно нужно, так это уехать на какое-то время из Лондона. Невозможно забыть о потере, если все вокруг кричит о ней.

Она была права. И дело было не только в Лондоне. Весь мир напоминал мне о Ричарде. Я готова была зарыдать просто при взгляде на сахарницу – вспоминала наши чаепития с Ричардом!

– Приезжай в Америку, – продолжала Анжелика. – Брайан говорит, ты актриса. Почему бы не попросить твоего американского агента организовать тебе пару-тройку встреч в Лос-Анджелесе и месяца на два не переехать туда? Позагораешь, покупаешься. Сама не заметишь, как придешь в себя.

– Американский агент? – рассмеялась я. – Нет у меня никакого американского агента.

– Ты шутишь? – Анжелика посмотрела на Брайана. – Это что, правда?

Брайан кивнул и поморщился: резкие движения головой причиняли ему боль после вчерашнего; мне это было знакомо, и я сочувствовала бедняге.

– О чем ты думаешь? – набросилась на меня Анжелика. – Тебе срочно нужен американский агент.

– Я даже в рекламе не снималась, – сказала я, – зачем я нужна американским агентам?

– Нельзя сдаваться без боя!

– Я просто реально смотрю на вещи.

– Если бы я реально смотрела на вещи, мы с Брайаном никогда бы не были вместе. Я была его секретаршей. Все твердили мне, что нельзя встречаться с боссом. Но я их послала, а теперь мы скоро поженимся.

– Найти жениха и получить роль в фильме Спилберга – не совсем одно и то же, – заметила я. – Хотя мои шансы получить такую роль явно выше, чем шансы обрести счастье в личной жизни.

– Все равно, оптимизм никогда не повредит, – не сдавалась Анжелика.

– На одном оптимизме в Лос-Анджелесе не протянешь, – безнадежно махнула я рукой, – у меня никого там нет.

– Зато у нас есть. Верно, Брайан? – заявила Анжелика. – Я училась в колледже в Сан-Диего. Многие мои подруги переехали в Лос-Анджелес. Вот хотя бы Кэнди.

– О, только не Кэнди, – простонал Брайан.

– А чем тебе не нравится Кэнди? – мгновенно ощерилась Анжелика.

– Нравится, дорогая, нравится.

– Так вот, Кэнди только что переехала в холостяцкий особняк к Хью Хефнеру, но, даю голову на отсечение, недельки через две, как раз когда ты будешь готова приехать, она уже будет искать новую квартиру и компаньонку, с которой можно было бы делить квартплату пополам. – Анжелика записала номер телефона Кэнди на бумажке. – Так, едем дальше. Есть у меня подружка Минти. Она модель, рекламирует купальники. Когда сидит на диете из морских водорослей, у нее случаются перепады настроения, но в целом с ней весело.

– Разве она не ушла в буддийский монастырь?

– Как ушла, так и вернулась, когда ей сказали, что насекомых убивать нельзя. Даже в собственной келье. Даже лаком для волос, как она пыталась это делать. Лиззи, ты ей понравишься. И у нее, кажется, есть лишняя комната.

– Мне казалось, она поселила у себя акробата, – сказал Брайан.

– Не акробата, а огнеглотателя, – поправила Анжелика. – Он съехал месяц назад. Я знала, что добром это не кончится. Поняла, когда он спалил ее парик.

И Анжелика записала мне еще один телефон.

– Я позвоню Минти и предупрежу. Здорово, да? Ты будешь жить у моей лучшей подруги!

Я еле удержалась, чтобы не ответить: «А ты выйдешь замуж за моего бывшего – вот класс, да?!» Я взяла бумажку с телефонами и положила в сумочку.

– Спасибо.

– Обещай, что позвонишь им, – сказала Анжелика.

– Хорошо, – пообещала я.

– И обещай, что не будешь звонить этому негодяю Ричарду.

– Обещаю.

Под столом я опять скрестила пальцы.

– Милая, поездка в Лос-Анджелес приведет тебя в чувство. Вот увидишь, через год ты позвонишь мне и скажешь, что все было к лучшему.

Все к лучшему? Мне не впервой было слышать эти слова. За последнюю неделю мне их говорили много раз, но от повторения они не звучали убедительнее. Я улыбнулась и кивнула Анжелике, но на самом деле мне хотелось крикнуть: «Все ты врешь!»

Все к лучшему? Я и сама сказала бы то же самое, окажись на моем месте другая. Причем совершенно искренне. Люди расстаются и идут дальше, многим разрыв действительно оказывается на пользу. Чем была бы Шер, не расстанься она с Сонни? А Тина Тернер и Айк? Разрыв сделал этих женщин свободными. Но есть и оборотная сторона медали. Чем стал Айк? Кто знает что-нибудь о нем кроме того, что он бил жену? И посмотрите, что стало с Сонни. Один взмывает вверх, другой катится вниз. Что, если мне выпадет наклонная траектория?

Днем Анжелика и Брайан отправились из Оксфорда в аэропорт Хитроу. Они улетали в Италию, на озера. Репетиция медового месяца, как радостно поведала Анжелика. И хотя я переболела Брайаном еще в 1997 году, это меня задело.

А я, как только выехала из отеля, села в поезд и отправилась обратно в Солихалл. Никакого вам медового месяца. Никакого бодрящего солнца Италии. Только типично английский дождь, барабанящий по стеклам поезда 13.51 до станции Бирмингем-Нью-стрит. Дождь, наступившее наконец похмелье да бумажка с телефонами, по которым я никогда не позвоню.

Поехать осенью в Лос-Анджелес? Неплохая мысль. Но подружки Анжелики и понятия не имеют, кто я такая. Зачем я им нужна? Она просто вела себя вежливо, решила я. Чисто по-американски вежливо, предлагая то, от чего, как она заведомо знала, я откажусь. Я засунула бумажку в самое глубокое отделение кошелька и вернулась к мечтам о Ричарде.

Мечты о Калифорнии были сняты с повестки дня.

К счастью, а может, к несчастью, как мне это представляется теперь, не все мои подруги считали, как Мэри, что мне нельзя больше видеться с Ричардом – Воплощением Зла. Сима, с которой мы в свое время жили вместе, обожала хеппи-энды и считала, что всегда стоит попробовать наладить отношения. Так что, когда я сказала, что встречаюсь с бывшим, чтобы обо всем поговорить, она пришла в восторг, и не только предложила остановиться у нее в Лондоне накануне встречи, но и снабдила меня новым нарядом, который, по ее мнению, должен был сразить Ричарда наповал и мгновенно воскресить любовь.

– Ты выглядишь сногсшибательно, – сказала Сима, оглядывая меня с ног до головы. Я надела ее супермодные джинсы и розовый топик в крапинку, такой коротенький, что я раньше и помыслить о таком не могла, пока не похудела. Переживания поглотили мой животик, обозначив утраченную было талию.

– Он просто рухнет к твоим ногам, – пообещала Сима. – Подумай только хорошенько, надо ли тебе это. Не возвращайся к нему только потому, что он попросит, поняла?

– Поняла, – ответила я. Можно подумать, я хоть на минуту усомнилась в том, что и рухнет, и попросит.

Сима сжала мою руку.

– Но вы на самом деле созданы друг для друга. Я уверена.

Сима была со мной в тот вечер, когда мы с Ричардом познакомились. Мы отмечали ее день рождения, двадцать два года. Отрывались, как команда футболистов, со смаком, и как раз дошли до той стадии, когда могли держаться на ногах, лишь подпирая друг друга. Так что, когда Сима, сделав очередной шаг, не удержалась на квадратных платформах туфель и поехала вниз со ступенек злополучного бара на площади Лесестер, меня потащило следом. Я приземлилась в объятия Ричарда. Теперь, оглядываясь назад, я начинаю подозревать, что не так уж это было и романтично.