Чтение онлайн

Стоит ли богатство такой жертвы? Этот вопрос каждый решает для себя сам. Три четверти века назад известная американская писательница Гертруда Стайн, к мнению которой прислушивались многие из тех, кого мы сегодня называем классиками литературы и искусства XX столетия, сказала об этом: «Я хочу быть богатой, но не хочу делать то, что надо делать, чтобы стать богатой». Эту же мысль высказывает и Пабло Пикассо: «Я хочу жить, как бедный человек с деньгами». В то же время выдающаяся русская актриса Фаина Раневская записала: «Мне всегда было непонятно: люди стыдятся бедности и не стыдятся богатства». Многим из нас логика этой мысли покажется странной, а ведь она безукоризненна: слишком редко богатство бывает настолько незапятнанным, чтобы его можно было не стыдиться.

Итак, стремясь к богатству, мы должны пожертвовать своей душой и своей нравственностью. Но душа, на взгляд многих, – это что-то абстрактное и «неудобопонимаемое», как говорил один чеховский герой; ну, а нравственность – правила для слабых и безвольных. Тогда так ли уж велика эта жертва?

На первый взгляд, это и впрямь небольшая плата за те возможности, которые даёт нам богатство. Но давайте взглянем на это внимательнее. Если я следую кодексу нравственности, то я легко устанавливаю гармоничные отношения с другими людьми, придерживающимися этого же кодекса. Игнорирование его лишает меня такой возможности. Говоря проще, если ради богатства я становлюсь на путь зла, мне приходится платить за это одиночеством. Даже в своей семье. Отныне единственный мой близкий – моё богатство. Но только немногие глубоко духовные, просветлённые люди способны легко переносить постоянное одиночество, для всех остальных оно – проклятье, противоестественное состояние, чреватое безумием. И это – ещё одна немалая жертва богатству. И всё ещё не последняя.

Представим себе, что так или иначе я добился богатства: в трудной борьбе я победил конкурентов и сколотил себе состояние. Теперь, наконец-то, можно расслабиться? Увы. Ошо Раджниш пишет об этом: «Даже если ты победил, счастья это не приносит. Ведь в ту секунду, когда ты добиваешься успеха, ты испытываешь страх: теперь у тебя могут всё это отнять. Вокруг полно соперников, и все они наступают на пятки!

До того, как тебе повезло, ты переживал, получится у тебя или нет; теперь ты на коне: у тебя есть деньги и власть, но ты боишься, что у тебя могут всё это отнять. Ты трясся от страха раньше и трясёшься теперь. Страдают неудачники, страдают и победители» (книга «О понимании»). Богатство сопряжено с разнообразным страхами, лишающими нас не то что счастья, но даже и покоя. Значит, счастье и покой тоже оказываются жертвами, приносимыми нами богатству.

Особенно трудно быть богатым в бедной стране: чем резче контраст богатства и бедности, тем выше напряжённость в обществе, тем больше совершается преступлений, тем более безнравственным оказывается богатство. Иногда даже совсем не щепетильные богачи в таких условиях могут испытывать угрызения совести. Ошо Раджниш рассказывал: «Один из богатейших людей Индии поведал мне, что испытывает чувство вины. Страна гибнет от бедности, а его богатства всё растут. Однако ему не хватает духу прекратить рост своего состояния – в глубине души ему хочется ещё больше. И он не находит себе места» (книга «Пустое зеркало»).

Это очень характерный случай: человек мучается чувством вины, не находит себе места, но остановиться не может – ему неудержимо хочется всё большего и большего. Это одна из извечных особенностей богатства. Ещё библейский пророк Экклезиаст сказал: «Кто любит серебро, тот не насытится серебром». В конце ХIХ века эту особенность ярко охарактеризовал Артур Шопенгауэр. Он показал, что погоня за богатством бесконечна и бессмысленна: чем больше мы имеем, тем большего хотим. Богатство – как солёная вода: чем больше её пьёшь, тем сильнее жажда. И оказывается, что уже не мы владеем вещами, а они – нами.

Известный американский психотерапевт Ирвин Ялом в книге «Дар психотерапии» (2001), основываясь на своей богатой клинической практике, полностью соглашается с выводами Шопенгауэра. Он пишет, что многие честолюбивые молодые люди начинают делать карьеру в сфере высоких технологий с чёткой целью «…зарабатывать кучу денег, жить разнообразной жизнью, добиться уважения коллег, рано выйти на пенсию. И беспрецедентное число молодых людей на четвёртом десятке поступают именно так. Но затем возникает вопрос: «Что теперь? Как же быть с остальной частью моей жизни – следующими сорока годами?»

Многие связанные с высокими технологиями молодые миллионеры, которых я встречал, – пишет Ирвин Ялом, – продолжают делать всё то же самое: организовывают новые компании, пытаются повторить свой успех. Они поднимают планку. Чтобы почувствовать, что они сами и их семьи теперь обеспечены, они больше не нуждаются в одном или двух миллионах в банке – им нужно пять, десять, даже пятьдесят миллионов, чтобы почувствовать себя в безопасности. Они осознают бессмысленность и иррациональность получения ещё больших денег, когда у них уже больше, чем они могут потратить за всю свою жизнь. Но это не останавливает их. Они осознают, что отнимают время, которое могли бы провести в своих семьях, со всем тем, что близко их сердцу, но они просто не могут бросить эту игру. Они должны совершать сделки. Один солидный предприниматель, занимающийся недвижимостью, рассказал мне о своём страхе, что он просто исчезнет, если остановится».

Наверное, это главный порок богатства, даже нажитого честно: раньше или позже оно станет самоцельным и подчинит себе своего обладателя. С этого момента не богатство будет служить ему, а он богатству, жертвуя ради него всё большим и большим. И это тоже известно давно. Четыре столетия назад об этом сказал Френсис Бэкон: «Многие, думая, что они смогут всё купить за свои богатства, сами прежде всего продали себя».

В Евангелии от Матфея содержится призыв не копить материальные сокровища на земле, а копить нравственные сокровища на небе, «ибо, где сокровище ваше, там будет и сердце ваше…» Тонкое замечание: если сокровища для нас – деньги, недвижимость, товар, то все наши мысли и переживания будут связаны с ними. Изменение котировок акций, курсов валют, цен на землю, нефть или зерно – вот что будет определять каждый наш день, наше настроение, наши взаимоотношения, наше самочувствие. Американец Пол Гетти, бывший полвека назад обладателем самого большого состояния в мире, сказал: «Если у вас нет денег, вы всё время думаете о деньгах. Если у вас есть деньги, вы думаете уже только о деньгах». Человек становится всего лишь частью процесса обогащения. Отсюда и страх, о котором писал Ирвин Ялом: если остановится процесс обогащения – перестанет существовать и сам человек.

Кстати, о смерти. Издавна говорится о том, что именно смерть проявляет истинную ценность богатства, точнее, полную его бессмысленность. Человек тратит всю жизнь на то, чтобы скопить богатство, а в конце предлагает Смерти: «всё, что имею, – за одну минуту жизни» (такими, по легенде, были последние слова Елизаветы I Английской). Момент смерти становится моментом истины.

Но даже власть всесильной смерти не всегда может пересилить власть богатства. Католические священники в своих проповедях всегда использовали так называемые «примеры» (ехеmplа) – истории из жизни в назидание прихожанам. Известный медиевист Арон Гуревич в книге «Культура и общество средневековой Европы глазами современников (Ехеmplа XIII века)» (1989) приводит такой «пример»: «Священник застал умирающего богача плачущим и стенающим и вообразил, что тот сокрушается о своих прегрешениях. Вскоре после его похорон священник услыхал вопли и рыдания на кладбище. То был покойный богач, и священник спросил его: «Каковы же твои грехи? Я думал, что перед твоей смертью отпустил их тебе». А тот в ответ: «Когда при своей кончине я плакал, ты подумал, что я сокрушаюсь о грехах. Вовсе нет! Я знал, что моя жена выйдет замуж за другого и растратит моё добро. Об этом же я и ныне плачу, и ни о чём ином».

Таков же и поминавшийся выше пушкинский Барон из «Скупого рыцаря», мечтающий в предвидении скорой смерти:

Кстати, согласно давним представлениям, перед смертью человеку очень важно распорядиться всем, что у него есть, чтобы при встрече с ней освободившееся от всех земных привязанностей сознание полностью сосредоточилось на переходе в иной мир. От того, как пройдёт этот переход, зависит и судьба человека в ином мире, и его последующее воплощение в мире земном. Казалось бы, нет ничего важнее этого. Но, оказывается, богатство, даже потерявшее в момент смерти всякий смысл, может быть важнее самого важного – твоей посмертной судьбы и будущей жизни.

Став самоцельным, богатство не только превращает своего господина в слугу – оно и само превращается в свою полную противоположность. В стремлении сохранить в целости свои сокровища, их обладатель способен умереть с голоду, как последний нищий. Такие примеры известны с незапамятных времён: однажды к Будде, жившему в V веке до нашей эры, пришёл местный царь и рассказал о недавно умершем в его владениях богаче. Он оставил после себя несметное количества золота и серебра, но всю жизнь ходил в тряпье и питался одной лишь кислой кашей из отрубей. Позднее, уже во времена римской античности, Луций Анней Сенека сказал о таких людях: «Они нуждаются, обладая богатством, а это самый тяжёлый вид нищеты».