Чтение онлайн

– А твой дружок?

– Он мне не дружок. Просто мы вынуждены держаться вместе. Другие рабы нас не очень любят, считают хозяйскими любимчиками. Жанет в обычные дни прислуживает управляющему Крету.

– Откуда у вас вообще столько рабов? Империя ведь не воюет, а именно пленные всегда составляют основную массу невольников.

– Еще двадцать лет назад мы воевали и большинство нынешних рабов - это потомки завоеванных народов. Некоторых привозят с другого континента, некоторые попадают в рабство из-за долгов, да и бароны постоянно воюют между собой, забирая побежденных простолюдинов, как трофей, опять же -пираты. Любого можно схватить и продать в рабство, если ты не благородный.

– И что ни разу не было бунта?

– На моей памяти - нет. В основном к рабам относятся терпимо, таких садистов, как яр Фрай не очень много. В Черном замке очень мало рабов, например у моего прежнего хозяина практически не было свободных слуг, одни рабы, а яру Денску это не нужно. Он считает, что вольные крестьяне приносят больше пользы, чем рабы, работающие на чужой земле.

– Правильно считает, - кивнул Сотеки, - рабство распространено по всему континенту?

– Нет. Только в империях и Мозерате.

Зик рассказывал об этих ужасных с точки зрения Сотеки вещах ровным тихим голосом, совершенно без эмоций. Просто говорил. Сотеки представил на его месте Кейко и решил при первой же возможности убить императора-извращенца, потакающего таким моральным уродам, как Фрай, особенно жестоко.

– Я дам тебе кое-что выпить. Будет очень больно, но зато утром от твоих ран останется только воспоминание. Вытерпишь?

– Я привык к боли, милорд.

Они вернулись в комнату, и Сотеки вручил рабу кубок с вином. Зик выпил его одним длинным глотком и, как и предполагал Сотеки, упал на кровать, скрученный судорогами. Однако крика не последовало. Раб прокусил губу, извиваясь в пароксизме боли, но не издал даже стона. Тень с уважением во взгляде наблюдал за ним. Когда боль прошла, полукровка нашел в себе силы встать с кровати, хотя его била крупная дрожь, а по телу стекали крупные капли пота.

– Будешь спать здесь, - Сотеки оглянулся в поисках места для раба, ну не с собой же его укладывать, - да вот хотя бы на креслах. Составишь их и ложись.

Тень бросил Зику одну из подушек и шерстяное покрывало с кровати.

– Спасибо, милорд, - искренне поблагодарил раб.

Сотеки только фыркнул. Теперь, его высочество Сотеки-рата-кау сын Дома Теней из рода Туа точно знал - он ненавидит рабство.

Посмотреть на утренний бой собрались не только гости, но и свободные от работы слуги и рабы. Сотеки, обнаженный по пояс, босой в широких тренировочных шароварах стоял посреди площадки для поединков и скалился на выстроившихся напротив него баронов острозубой улыбкой. Свои белые волосы он сегодня заплел в три косы - две у висков и одну сзади. Если бы его увидел Артуари, он бы сразу понял, что брат встал на тропу мести, но Артуари не было, а для остальных новая прическа рэквау ничего не значила.

Утром Сотеки ворвался в покои старшего принца, как только Божиня осветила первыми лучами небосклон. Артуари ,который уже встал и в этот момент расчесывал у зеркала золотым гребнем длинные густые волосы, повернул к брату голову и лениво произнес:

– Легок ли твой путь, брат?

– Мой путь легок. Что это значит?

Сотеки кивнул головой в сторону кровати, на которой, с натянутым на уши одеялом, скрутившись калачиком, счастливо улыбался во сне Кейко.

– О, ничего такого, о чем мог бы подумать такой человек, как виконт Витор, Тень. Не волнуйся. Меня совершенно не прельщают прелести малолетних рабов, насколько бы симпатичными они не были. Просто в той ситуации, которая сложилась в этой империи, я посчитал нужным держать Кейко при себе.

– Но почему в одной кровати?
– Воскликнул Сотеки, старательно скрывая свое негодование.

– А почему нет? Не на пол же укладывать дитя? Или ты боишься за мою честь?
– И принц весело рассмеялся.

– За твою, точно не боюсь, а вот репутация Кейко может пострадать.

– Фи! Какое нам дело до его репутации? Сейчас главное - сохранить его целомудрие. И вообще. Я к нему отношусь как к мягкой игрушке, с которой так приятно засыпать. Помнишь, у тебя была большая черная пантера, а у меня огромный серый мышонок, нам принес их отец из какого-то далекого мира.
– Принц с ностальгией вздохнул.
– Вот и Кейко я воспринимаю так же. Не волнуйся. Или ты хочешь, чтобы дитя ночевало в твоих покоях?
– Глаза Артуари весело блеснули.

– Нет. Пожалуй, не стоит, - отчего-то смутился Тень.
– Игрушка, так игрушка. Лучше послушай, что я сегодня ночью услышал.

– Отлично! Все идет так, как я и рассчитывал! Позволь мне попросить тебя об одной услуге, - остановился напротив антрацитового воина Артуари ,когда брат закончил свой рассказ.

– Проси и, если это не будет идти в разрез с моей честью, я выполню твою просьбу.

– Я очень тебя прошу, не убивай пока виконта.

– Не буду.

– И барона тоже.

– Барон умрет сегодня же. Он оскорбил меня.

– Тень, боюсь, виконт не будет так сговорчив, если ты прикончишь его любовника. Дай мне время, а затем я сам приведу его к тебе.

Сотеки это не нравилось. Очень не нравилось. Но брат был прав. И, скрипя зубами, он кивнул.

– Как только Кейко проснется, дашь ему это, пусть переодевается и приходит на тренировочную площадку. Я буду ждать его там.
– И он кинул сверток на кресло.

– Так разбуди его.

– Пусть поспит. Прошедшие сутки были для него слишком насыщены впечатлениями. Он ведь совсем еще ребенок.

Сотеки посмотрел на безмятежно спящего подкидыша и как-то тепло улыбнулся. Артуари не верил своим глазам. Тень! Его безжалостный брат-убийца жалел раба?

– Сотеки- ата- кау, - голос принца звучал задумчиво и одновременно властно, - Это не ребенок, - он покачал головой, - это существо с чуждой нам энергией, существо, в котором течет кровь древних монстров, существо, которое перегрызет тебе горло если дать ему такую возможность. Помни об этом!

Сотеки криво усмехнулся, глядя в васильковые глаза, развернулся и пошел к выходу. Уже взявшись за ручку, он оглянулся на смотрящего ему вослед брата.

– Ты сам веришь в то, что сейчас сказал?

Артуари еще долго смотрел на закрытую дверь. Верил ли он? Верил и знал, что наступит момент, когда Тени придется сделать тяжелый выбор. Он перевел взгляд на спящего ребенка. Знает ли это дитя, какая сила заключена в его крови? Вряд ли. Может быть, использовать его по-другому, не так, как он планировал изначально? Возможно, что он сможет сохранить ему жизнь... Нет. Об этом рано пока думать. Принц всматривался в лицо подкидыша, пытаясь увидеть в нем ответы на свои вопросы, и одновременно замечал, как изменился ребенок за время их путешествия. Он поправился, исчезли синяки из-под глаз, налились мускулами конечности. Действительно, симпатичное дитя. Рэквау фыркнул. Не хватало еще и ему проникнуться к рабу симпатией.

– Вставай, Кейко . Я знаю, что ты не спишь.

Кейко вздохнул. Вылезать из-под шелкового одеяла жутко не хотелось. Именно в этот момент в двери постучали. Пришла рабыня, а вместе с нею барон Денск. Он бросил мимолетный, понимающий взгляд на все еще лежащего в кровати принца паренька и слегка поклонился Артуари.

– Милорд, имею честь пригласить тебя в мою скромную лабораторию. Дабы не терять времени, я приказал подать завтрак туда же.

Принц удивился обращением, но с энтузиазмом воспринял приглашение: