Локки 2. Потомок бога
Шрифт:
— Клянусь бородой Велеса, эта шпага не хуже той, что в руках петроградца, — шёпотом заверил меня Лисов, передав оружие.
Я мельком посмотрел на шпагу и убедился в его словах. Отменный клинок. Таким можно легко выколоть глаз.
— Господа дуэлянты, не хотите ли примириться? — задал ритуальный вопрос барон Лисов.
— Нет, — холодно процедил Корсиков, сверля меня картинно разгневанным взглядом. — Меня удовлетворит только вид крови этого пустозвона и наглеца.
— Боюсь, вы уйдёте отсюда неудовлетворённым. Почувствуете себя на месте ваших любовниц, — усмехнулся я и добавил во всеуслышание, следуя правилам дуэли: — Я тоже отказываюсь от примирения!
— Что ж, господа, тогда извольте избавиться от артефактов. И поклянитесь именем Перуна не использовать магию, — проговорил Лисов. — А также я вместе с другим секундантом беру на себя обязательство следить, чтобы вы, господа дуэлянты, не применяли свои атрибуты. И напоминаю, что никто из присутствующих тут людей никоим образом не должен помогать дуэлянтам.
У меня с собой артефактов не было. Не оказалось их и у моего противника. Посему мы сразу перешли к торжественной клятве не применять магию. Да и глупо использовать её у стольких людей на виду. Тут даже у меня вряд ли бы вышло незаметно наложить иллюзию.
— Дуэль! — выпалил барон и отступил, вклинившись задницей в первый ряд окружавших нас зевак.
Корсиков стремительной змеёй ринулся на меня. Он в мгновение ока преодолел разделяющее нас расстояние и отработанным за долгие годы движением попытался уколоть меня в солнечное сплетение.
Я отбил его выпад. И со стороны мой блок казался чистой случайностью, словно я лихорадочно махнул шпагой.
Зрители выдохнули. А в глазах моего визави появилось злое торжество. Он уже предвкушал, как через пару-тройку ударов победно вскинет оружие, принимая аплодисменты дворян.
Корсиков снова ринулся в атаку, а я ушёл в глухую защиту. Пятился и отбивал его выпады всё такими же неумелыми ударами, кажущимися случайными.
На самом же деле мне стоило большого труда изображать их. Ведь я прекрасно владел шпагой. Всё-таки мне уйма лет. Я даже спичкой фехтовать умею.
Но мне не хотелось быстро и легко побеждать Корсикова. А то опять пойдут слухи, что Громов какой-то не такой. И магией-то он владеет на уровне крутого мага, и саблей машет так, что ого-го. А тут ещё умеет фехтовать шпагой, являющейся редким оружием. Нет, пока не стоит удивлять народ.
Графиня Белова напряжённо следила за тем, как мерзкий петроградец гоняет Громова по кругу. Александр едва-едва успевал отбивать его выпады, орудуя шпагой словно палкой.
— Пьяный дурак, — взволнованно прошептала себе под нос красотка и лихорадочно облизала губы, наплевав на то, что может смазать губную помаду. — Вот и узнаешь, что будет в последней серии. Я же просила тебя не соглашаться. Идиот, напыщенный тупица…
В этот миг Корсиков нанёс особенно опасный удар. И Громов лишь каким-то чудом избежал его.
Сердце девушки ёкнуло, а руки сжались в кулаки. Она даже зажмурилась на миг, но на коже у Громова не выступила кровь. Дуэль продолжилась. Но достаточно одной царапины — и Александр проиграет дуэль на радость своим завистникам. А их в толпе оказалось много.
— Громов потерпит поражение, — злорадно сказал один из поклонников графини, склонившись к её плечу. — Допрыгался ублюдок. Сейчас его проткнут, как курицу гриль. А то он возомнил себя непобедимым. На самом деле Громов обычный середнячок, которому пару раз повезло. Шумиха вокруг него скоро уляжется.
— Отойдите от меня! — гневно рыкнула на поклонника Белова. — Вы ведёте себя как мерзавец!
— А чего я сказал-то? — удивлённо отшатнулся он, выгнув брови.
Но блондинка уже отвернулась, продолжив тревожно наблюдать за дуэлью.
В глазах моего противника постепенно нарастало изумление. Он думал, что победит меня на раз-два, но не тут-то было. И он лучше других понимал, что одна лишь удача не помогла бы мне сдержать его натиск.
— Ты… ты умеешь фехтовать, — негодующе прохрипел он, словно я лично обманул его.
— В детстве научился, когда прутиком крапиву кошмарил, — оскалился я и следом провёл свою первую атаку.
Кончик шпаги прочертил нечто вроде буквы «Г» на щеке Корсикова, отскочившего с крохотным запозданием.
— Пролилась кровь! — выскочил в круг барон Лисов, удивлённо хлопая глазами. — Дуэль окончена. Александр Громов выиграл!
— Как же так?.. — судорожно прошептал мой противник и рефлекторно коснулся окровавленной щеки.
Казалось, он не верил в произошедшее. В его глазах появилась чуть ли не детская обида.
— Фух! — весело выдохнул я, швырнув шпагу под ноги барону. — Больше я этой палкой никогда сражаться не буду.
Дворяне выпучили глаза, ведь все ждали моего поражения. Корсиков казался на голову искуснее меня.
Но вот люди отошли от шока и начали аплодировать. Кто-то искренне, а кто-то нет. Однако мне было плевать на них.
— Молодец! — выпалила подскочившая ко мне графиня Белова и внезапно быстро чмокнула в щеку.
Тотчас все её поклонники воспылали ко мне жуткой ревностью. И я подумал, что меня прямо сейчас закидают вызовами на дуэль. Но обошлось.
— Больше так не делай, — хмуро сказал я блондинке и громко добавил: — Эту победу я посвящаю баронессе Огневой!
Сперва Белова посмотрела на меня гневным взглядом, но следом в её глазах мелькнула зависть. Кому она завидовала? Огневой?
— Не буду, — спокойно сказала графиня и отстранилась, обиженно шмыгнув носом.
— Громов, Громов, вы были великолепны! — ухватил меня за руку барон Лисов. — Нет, конечно, сначала вы мудро отступали, заманивая Корсикова, а потом ужалили как коварный змей. Я в восторге! Как вам удалось победить?
— Я вчера в храм Доли отнёс замечательное подношение.
— А-а, — протянул парень и как-то странно посмотрел на меня. — А давайте выпьем за вашу победу?
— Давай. Только сначала скажи, где половина от моего выигрыша?
— Сейчас сходим за ней.
Мы с Лисовым подошли к толстому дворянину. И тот нехотя вручил нам деньги, присовокупив фальшивые поздравления. После этого наш дуэт отправился в зал, где мы заказали выпивку.
Я порой оглядывал людей, пытаясь найти Острова. Но тот как сквозь землю провалился. Да и Корсиков исчез. Я даже не успел задать ему пару вопросов. Хотя тут и так было ясно, кто его нанял. Лисов оказался во всём прав.