Чтение онлайн

— Ты прав, Сал, нам следует делать вид, будто ничего не произошло. Думаешь, тебе хватит времени помогать мне, ведь ты отвечаешь за Линкольнвиль?

— Время я найду, мадам.

— Это правда, что ты там построил свой дом?

— Да, мисс Рина, чистая правда.

— Жаль, что я ничего не могу подарить Флорри для вашего дома. Ты ведь знаешь, как обстоят дела.

— У нас все есть, мисс Рина, — откликнулась Флорри. — Сал накупил разной одежды.

Сал вздохнул и взял жену за руку. Еще надо будет поработать над ее манерами, но он не жалел, что привел ее с собой.

— Пора дать мисс Рине отдохнуть, — сказал он. — А тебе нечего хвастаться.

— Я не хвастаюсь, Сал. Если мисс Рина захочет, я завтра останусь у нее.

Лорена твердо покачала головой.

— Флорри, теперь у тебя появился собственный дом, — ответила она. — И муж. Ты поймешь, что эта работа занимает все время. Матушка Джо позаботится обо мне до тех пор, когда в Селби снова можно будет иметь слуг.

Эти слова она произнесла спокойно. Именно этот деловой тон больно задел Сала — она призналась, что волну перемен никогда не удастся повернуть вспять… «Мы станем работать у вас по-иному, — он мысленно обратился к ней. — Нас снова ждет процветание, если все сложится удачно. Но мы больше не принадлежим Селби».

Выехав на подъездную дорогу и причмокнув, чтобы мул шел быстрее, Сал сердито взглянул на Флорри.

— Девочка, почему ты сказала, что вернешься сюда? Ты ведь знала, что она тебе этого не позволит.

— Сал, я не поверила, что мы свободны. До тех пор, пока она сама этого не сказала.

— Теперь-то ты веришь?

— Думаю, что да. Но мне все еще страшно. А что, если она не сказала правду о мастере Брэде? А что, если он вернется домой и начнет бить чернокожих?

Сал сердито взглянул на нее, но обнаружил, что не может вымолвить ни слова. Они лишь молча смотрели друг на друга, пока кабриолет с грохотом ехал через роскошные поля Селби. Проблему капитана Селби можно было решить только одним способом. Он не осмелился сказать об этом громко.

— Мастеру Брэду, как и любому другому, придется соблюдать закон, — наконец, заключил он.

— Хочешь сказать, что я ему больше не принадлежу? Ты в этом уверен? — Флорри, ты принадлежишь сама себе. Как ты этого не понимаешь?

— И тебе, Сал.

— И мне… потому что ты хочешь принадлежать мне. Те дни, когда мы принадлежали мастеру Брэду, давно прошли.

Оставшись одна в пустой гостиной, Рина села на диван и закрыла лицо руками. Нахлынувшая истерика быстро прошла, спустя мгновение она снова стала сама собой. Она была рада, что может собраться с мыслями, прежде чем позвать Люка.

Она задумала эту встречу с двумя бывшими рабами лишь ради того, чтобы доказать, хотя и не совсем удачно, что подобное возможно. Она предприняла усилие и заключила сделку. В результате, благодаря Салу, завтра на поля хлынут двести работников, готовых повиноваться приказам надсмотрщика. Раз есть звонкая монета, которой можно выплатить им зарплату, она снова поднимет Селби на ноги. Ради этой цели она сегодня осмелилась неловко поиграть в демократию.

Рина знала, что ее имя проклинают во всей округе из-за того, как она встретила кавалеристов Союза, когда те вторглись сюда. То обстоятельство, что у нее над головой осталась крыша после их ухода, да и еще более порочащий факт — начальник военной полиции вывесил на ее ворота защитную грамоту — лишь подлили масла в огонь. Завтра снова посыпятся проклятия, когда Рина наймет своих негров на условиях Сала, но у нее не было другого выхода, если она хотела выжить. Когда надо растить ребенка, оберегать наследство, то можно снести ненависть соседей.

Думая о ребенке, чувствуя, как внутри нее зарождается жизнь, она улыбнулась: своим секретом не поделится ни с одной живой душой, даже с Дядей Доком.

Стоило ей лишь позвать, как Люк Джексон тут же явился. Хотя Лорена догадывалась, что тот торчал у дверей и подслушивал ее разговор с Салом, она не рискнула упрекнуть его. Верность Люка сильно пошатнулась, но все еще теплилась.

— Извините, мадам, — сказал он. — Наверное, мне следовало остаться. Но я не мог вынести нахальство этого черномазого мальчишки.

— Свобода кружит головы, Люк, — терпеливо заметила она. — Может, она немного ударила в голову Сала. Но он на нашей стороне.

— А нам надо ли брать его назад?

— Я уже взяла его — он будет работать бухгалтером и заниматься рабочей силой. Нам лучше называть вещи своими именами.

— Кто будет отдавать приказы? Он или я?

— Ты у нас главный, — устало ответила она. — Он будет следить за тем, чтобы твои распоряжения выполнялись.

— Мадам, я уже говорил вам, что мне не нужен помощник.

— Многие из наших людей работают в других местах. Ты не знаешь новых работников. Разве ты не позволишь, чтобы Сал помогал тебе?

— Кроме хлыста, мне больше ничего не нужно. Тогда ни один чернокожий не посмеет возразить.

— Только если у него не останется выбора. Сегодня чернокожие — это наемные рабочие. Если ты будешь с ними плохо обращаться, они найдут другое место.

— Значит, этот парень распоряжается здесь только потому, что он умеет командовать неграми?

— А что, если бы Сал оказался не на нашей стороне? Смогли бы мы вырастить урожай?

— Мисс Рина, я говорю, что он высоко метит в этой округе. Как ему удалось построить лучший дом в поселке из времянок?

— Я знаю ответ на твой вопрос, — сказала она. — Он самый богатый в Линкольнвиле, потому что откладывал свою зарплату.

— За время войны, когда зарплата ему не полагалась.

— Люк, он зарабатывал деньги точно так же, как и ты.

— Я ведь не ушел, когда вам нечем было мне платить.

— Сал ушел и взял с собой остальных, потому что я ему так велела.

— Мадам, я хочу узнать, почему вы так поступили.

— Я не имела права держать негров на плантации, поскольку мне нечем было кормить их. Теперь у них есть свои дома. Они могут найти работу в десятках других мест…

Надсмотрщик говорил хрипло, уставившись в пол. Казалось, что этот голос вырывается из его собственной могилы.

— Вы все время выгораживаете своего черного мальчика? Что это означает?

— Сегодня Сал заказывает музыку. Мне требуется немало сил, чтобы признать это, — сказала Рина. — Возможно, он слишком быстро привык к власти. Это может нам всем причинить неприятности. Но факт остается фактом — рабочая сила идет за ним и ему хочется выжить, во что бы то ни стало. Если он сохранит нам верность, то через полгода мы станем платежеспособными. Я даже смогу выплатить тебе задолженность по зарплате.

— Я лучше буду работать бесплатно.

Хозяйка Селби встала. «Люк, — подумала она, — всегда хранил ей верность по совсем другим причинам, но она не могла уволить его сейчас: ее положение в округе и так висело на волоске».

— Отнесись к новому порядку объективно, — сказала она. — Не забудь, нам нужен урожай, несмотря на то, что мы опаздываем с посевом.

— Благодаря деньгам вашего брата, — недовольно заметил Люк.

— Его помощь тебе тоже не нравится?

— Нет, мадам, я так не сказал бы. Но мне нелегко согласиться с тем, что вы сделали Сала мне равным. Долго так продолжаться не может, и вы знаете это.