Чтение онлайн

– Вперёд! И будь, что будет!!! – соглашаясь с Лауллер, громкими возгласами поддержала её вся компания отчаянных и лихих путешественников – в их глазах больше, чем когда-либо читалась жажда приключений.

Охотники за тайнами, не теряя времени, начали спуск по идущей вдоль скальной стены узкой каменной лестнице. Только они достигли подножия скалы, как неожиданно для себя оказались в густых дебрях настоящего леса, только вместо стволов деревьев здесь толстые стебли гигантских цветов. На пятиметровую высоту они поднимают красочные огромные венчики, чтобы подставить их под тёплые лучи полуденного солнца.

Цветочное поле оказалось самыми настоящими джунглями. Для детей технического прогресса это стало шоком.

– Такого я ещё никогда не видел, – Джим, идя по еле заметной тропинке петляющей среди тёмно-зелёных стеблей с руку толщиной, не переставал восхищаться лесом цветов. Одновременно он наслаждался приятным ласкающим обоняние нежным ароматом.

Лицо вора от хорошего настроения лучилось. Тихо он напевал. Уверено шагая, он то и дело отводил и приподнимал мешающие огромные листья. Всю дорогу он не отрывал взгляда серых глаз от полога цветочного леса, образованного гигантскими лепестками. Они так плотно примыкают друг к другу, что вниз проникает лишь небольшое количество солнечного света. Единственным утешением было то, что их венчики под напором лучей дневного светила просвечиваются, превращаясь в цветные фонари.

Авантюрист с восторгом наблюдал за тем, как всё время вверху меняется насыщенная яркими красками цветовая гамма. Вот над ним полог окрашен в молочный цвет. Несколько шагов вперёд, и он становится мягкого лилового цвета. Ещё несколько шагов и уже в глаза бросается золотой цвет. А потом ярко-синий, пурпурный, салатный, лимонный и даже цвет пламени. И так до бесконечности.

– Череп мамонта! – неистово воскликнул авантюрист, ударившись головой об стебель гигантского мака.

Джина и Алда, идущие следом за вором, прыснули со смеха. Девушек веселье взяло в плен ещё до того, как их друг лбом врезался в древовидный стебель. Но теперь хохот вырвался из них как пробка из бутылки шампанского – они уже не в силах были его сдержать.

Всё началось с того, когда Джим, засмотревшись на один из цветков, споткнулся. Это и запустило череду его забавных злоключений.

Латиноамериканец, как только ногой зацепился за сплетение корней, попытался во, чтобы то ни стало удержать равновесие. В сопровождение приглушённого смеха держащихся за животы спутниц он, широко расставив руки, прыгал то на одной ноге, то на другой. Во время забавных телодвижений его так шатало из стороны в сторону, что не вызывало сомнений, что падение неизбежно. Неизвестно сколько бы это ещё продолжалось, но его уморительный кордебалет прервало столкновение со стеблем гигантского цветка.

Злоключения вора на этом не закончились. После удара огромный мак неистово затрясся. Из его венчика дождём пролилась алая пыльца. Она ливнем обрушилась на обескураженного от столкновения со стеблем авантюриста. В считанные мгновения он с ног до головы оказался осыпан липкой пыльцой, окрасившей его в цвета пылающего заката.

– Ну, прямо вождь краснокожих! – Гарри выпуская изо рта кольца сигарного дыма, перевёл взгляд на Джима. Смеясь краешками уголков губ, он таким серьёзным взглядом окинул друга, скрытого под слоем красной пыльцы, будто тот сейчас должен выйти на сцену театра.

– Да ну вас всех! – раздражёно крикнул латиноамериканец, осматривая себя округляющимися от удивления глазами.

Вор, пытаясь струсить с одежды пыльцу, неистово бил по ней руками. Невольно отступая назад, он локтем ударился об стебель ещё одного цветка-великана. Под громкий смех он скрылся за голубой завесой, клубясь плавно опустившейся пыльцы, окутавшей его будто туманом. В нос ему ударил насыщенный сладкий дурманящий аромат.

– А-пчхи, им смешно! – сокрушался авантюрист. – А меня, пчхи, этот трижды проклятый цветок, пчхи, обгадил всего! Святые булки мамонта! А-а-пчхи!!!

– Нет, ты не вождь краснокожих, а вождь голубокожих ротозеев! – техасец больше не в силах удержать рвущийся наружу задористый вулкан смеха, громко его выплеснул. Держась за живот, он заразительно хохотал, наблюдая за тем, как Ловкач, отчаянно жестикулируя, яростно отмахивается от оседающей пыльцы, будто от атакующего осиного роя. Его забавляло, как тот перекрашивается в ярко-голубой цвет.

– Он, как джинн из диснеевского мультфильма! – задыхаясь от смеха, каталась по земле флоридка.

– Ещё скажи Аватар! Да он больше, чем на голубого щенка не тянет!

– Проклятые цветы, пчхи! – продолжал неистово вопить Джим, пытаясь отбежать как можно дальше от медленно оседающего голубого облака. – Чтобы, пчхи, мамонты вас всех растоптали! Пчхи!!!

Авантюрист с такой скоростью носился по цветочному лесу, будто ужален в причинное место.

– Мало того, пчхи, что они меня сделали красным, пчхи, так ещё осыпали чем-то голубым и липким, пчхи! – не унимаясь, кричал горе-путешественник. Он был настолько разъярён, что с его лица, покрытого красно-голубыми пятнами, тёмными бусинками злобно сверкали глаза. Казалось, из них огненными потоками, сейчас хлынет ярость. – А вы, пчхи, смейтесь, смейтесь! Когда вас, пчхи, будет аппетитно почавкивая пожирать местный крокодайл, пчхи, я буду также без остановки смеяться! А-а-пчхи!..

– А это ещё что такое? – растеряно, протянул Бартол. С его лица быстро улетучился смех, уступив место безграничному удивлению, превратившему его в каменную статую.

Гарри шокировано застыл с выпученными глазами и широко открытым ртом, из которого выскользнула на землю только на четверть выкуренная сигара. Его взгляд вонзился в порхающих под пологом цветочного леса небольших существ. В это было трудно поверить, но это были хорошенькие миниатюрные девушки. Странные создания то выныривали, то вновь растворялись в пёстром своде из разноцветных лепестков. С невероятной лёгкостью они порхали между гигантских цветов. Их прозрачные крылья такие же, как у бабочек, только в несколько раз больше.

– Неужели перед нами самые настоящие мифические существа из сказок и легенд?! – не веря своим глазам, восторженно воскликнула шоколадка

– Не может быть! Да это же самые настоящие эльфы, вернее прекрасные эльфийки! – присоединился к восторженным возгласам латиноамериканец, от чудесного зрелища забыв даже о том, что похож на разноцветную кляксу. Он довольно потирал руки, а на его лице застыла сладострастная улыбка.

– Несчастье ты наше, можешь даже и не думать, сам знаешь о чём! Я хорошо тебя знаю! Вечно воображаешь, что все жаждут тебя ублажать! – шикнула на вора Крассотка.

– А почему бы и нет, три тысячи триста тридцать три летающих в небе на разноцветных крыльях мамонтов!

– Да всё потому, что без сомнения здесь водятся упомянутые тобой крокодайлы, которые, скорее всего ещё и плюются огнём. И ты даже не успеешь вытащить из штанов своё достоинство, лилипутских размеров…

– Вообще-то оно очень даже и немаленькое! Можно даже сказать огромное, клянусь святым мамонтом! – перебил флоридку Ловкач, озабочено бросив встревоженный взгляд вниз на штаны, будто хотел лишний раз убедиться в том, что там у него всё в полном порядке.