Ловец сновидений
Шрифт:
– Ну, какая есть, – девушка вздохнула, перевела снимок в черно-белое изображение, как требовало задание, и опубликовала.
Столько просмотров, лайков и комментариев не получала ни одна фотография Цветковой. Даже родник с изумительного бирюзового цвета водой не вызвал столько восхищения, хотя фото стало победителем одного из конкурсов и даже было показано по телевидению.
На волне энтузиазма, Татьяна оплатила полный курс и на два с половиной месяца окунулась в творчество. Скучные обязанности на работе уже не так тяготили, потому что мысли были заняты продумыванием очередного домашнего задания. По пути домой журналистка запросто могла, не обращая внимания на прохожих, усесться на асфальт и снимать в луже отражение здания или дерева. В карманах появились пакеты, чтобы подстилать их под колени, если повстречается особо интересная лужа, которых осенью хватало на каждом шагу, а желтеющие деревья так и напрашивались побыть моделям.
Таня заметила, что не только стала увереннее в себе и спокойнее. Благодаря шумным учебным чатам, ей стало легче общаться с незнакомыми людьми, хотя раньше старалась избегать этого. И это работая журналистом.
Определяясь со специальностью, работу с людьми Цветкова выбрала наперекор своим страхам и психологическим тестам, прямо указывающим, что с людьми ей работать не стоит. Страхи девушка хотела сломать и преодолеть, а тестам просто не верила. Как выяснилось, зря. Не дураки их придумывали.
Цветкова была очень благодарна тому стечению обстоятельств, которое привело её на фотомарафон. Но всё хорошее имеет неприятное свойство заканчиваться. Теперь журналистка снимала отличные кадры на свой телефон и не всегда брала на выезды фотоаппарат, при этом создавая материал заметно лучше, чем у коллег. Её чаще стали отправлять на крупные мероприятия, требующие оперативного и красочного освещения на сайте и на страничках газеты в социальных сетях.
Но всё это быстро снова превратилось в рутину. Яркая вспышка прошла, но Татьяна не стала прежней. Она уже почувствовала вкус радости от любимого дела, ощутила успех, пусть и локальный, но такой воодушевляющий. Но фотография не могла в полной мере заполнить пустоту в жизни девушки, образовавшуюся после окончания фотоприключения в большой компании единомышленников со всего мира.
«Ну что, я вернулся».
Таня уже успела забыть о чат-боте, который пытался разворошить её мечту о писательстве.
«И давай сразу и честно признаюсь, что цель и теста, который ты проходила два месяца назад, и всего, что будет дальше – это рассказать тебе про «Бук» и, возможно, привлечь тебя в ряды наших сторонников. Я тебе расскажу о нас, а ты, прошу тебя, просто прочитай то, что я тебе расскажу, а потом уже решай. Договорились? Отписаться всегда успеешь».
Под сообщением традиционно две кнопки, для выбора. Только в этот раз подписаны они были особо хитро: «Да» и «Да».
– Так и быть. Давай уже почитаю.
Дальше бот в нескольких сообщениях поведал о писательском клубе. Говорил о творчестве, дружеской поддержке и о том, что обитатели «Бука» чуть ли не семьёй себя считают. Рассказ перемежался с фотографиями с клубных мероприятий. Счастливые улыбки на лицах людей в майках с изображениями раскидистого дерева и стилизованных животных выглядели искренне, и убеждали больше, чем все слова бота, щедро сдобренные доброй иронией.
В конце своей речи невидимый собеседник прислал ссылку на закрытое сообщество и предложил поучаствовать в большой текстовой игре, участниками которой обычно становятся несколько тысяч человек со всех уголков страны и из-за её пределов. И далеко не все они профессиональные писатели. В большинстве своём просто любители общения и приключений.
«Я не буду жалеть, если ты откажешься идти дальше с нами – у каждого своя дорога, и, если нам по пути, двух недель игры будет достаточно, чтобы это понять. Если не по пути – тоже.
Жалеть можно только в том случае, если не попробуешь, правда?
Я обещал дать стоп-слово для отписки. И держу обещание. Для того, чтобы попасть в специальную базу тех, кого я не буду тревожить, напиши слово СТОП. Не будет рекламы, новых рассылок, рассказов «что еще классного появилось в «Буке». Пишешь кодовое слово и Врата для тебя закрываются. Что хотел, я уже рассказал и надоедать письмами не собираюсь».
И больше никаких кнопок для дальнейшего выбора.
Внезапно Цветковой стало грустно. Бот раздражал её, но девушка всё же не удаляла диалог, и желания использовать стоп-слово тоже не испытывала. Автор рассылки смог зацепить за спрятанную в самой глубине души Тани струнку и предложить то, что сама себе она разрешить боялась. Боялась, что не справится и только разочаруется, не хотела выслушивать нотации родителей и шуточки коллег по поводу её потуг стать писателем.
Но теперь даже бот сказал своё последнее слово и больше уговаривать её услышать себя не собирался.
– А когда ты собираешься писать? – вслух спросила у себя Цветкова. – Едва успеваешь поесть приготовить и квартиру содержать в состоянии, когда она всё ещё похожа на жилище, а не заброшенную мастерскую.
Девушка откинулась на спинку кресла, закинула ноги на стол и прошлась взглядом по комнате. Все свободные участки вдоль стен заняты полочками и этажерками, заполненными множеством чётко систематизированных и подписанных коробочек и контейнеров. Материалы и инструменты для рисования, скрапбукинга, плетения, вязания и ещё кучи всего. Оставшиеся участки стен над полками и между шкафчиками были завешены продуктами творческой жизнедеятельности хозяйки. Пробежавшись глазами по стендам с открытками, мандалам и рисункам, Татьяна задержала взгляд на ловце снов с кривой серединкой.
– И всё же он по-своему милый, хоть и неровный, – девушка подула на поделку, чтобы заставить перья раскачиваться. – А с другой стороны… Это ведь всего лишь игра. Я ж не в Союз писателей вступать собралась. Всё равно же кроме работы ничем особо не занята. На улице сырость и серость – особо не пофотографируешь…
Решающим оказался взгляд на заставку телефона. Там у Тани красовалось её любимое фото с марафона: высушенный бутон розы в кристально чистом стакане на бархатно чёрном фоне. Девушка резко сняла ноги со стола и решительно подвинулась поближе к клавиатуре.
– Ну не побьют же меня. Зайду, посмотрю. Если не моё, просто отпишусь. Правда же?
Разговоры с самой собой были способом развлечься, а сформулированные и высказанные вслух мысли помогали журналистке собраться. Из-за отсутствия собеседника Цветкова улыбнулась ловцу и нажала на ссылку.
Бот тут же откликнулся, но на сей раз был немногословен. Выдал ссылку сообщества, на которое следовало подписаться, и велел ждать дальнейших инструкций ближе к мероприятию.
– Ну что жжжж… – в глазах Тани начал разгораться азарт.
Она изучила несколько организационных публикаций в группе и думала, как бы ей подготовиться к писательской игре, но с какой стороны взяться за это дело, не знала. В оставшуюся до игры неделю Татьяна нашла кучу аргументов, чтобы убедить себя, что не зря решилась.
Однако к такому подготовиться было невозможно. В первые сутки на Таню обрушился такой шквал информации, сообщений, побуждающих к действиям, бурного общения в командном чате, как минимум половина обитателей которого была явно давно и близко знакома, что девушке захотелось сбежать. Она привыкла быть безмолвным наблюдателем, тем самым «серым кардиналом», скрывающимся за ширмой шаблонных газетных статей и публикаций, которого не видно и не слышно. А здесь приходилось быть участником кипящего водоворота.