Чтение онлайн

– Ты опять преувеличиваешь.

– Нисколько. Вы звонили на студию?
– продолжала допытываться Валерия.

В глазах Артема вспыхнул огонек. Он не звонил на студию. Он сделал человеку предложение, от которого тот не смог отказаться.

– Давай договоримся так, - вслух сказал он.
– Тебя не должна мучить благодарность. Будем считать, я это сделал для Юрия Петровича Яковлева. В "Жасмине" будет выступать не просто Валерия Стрелецкая, а известная популярная певица. Скоро публика начнет ходить сюда, чтобы послушать очаровательную и неповторимую Валерию. Такой расклад тебя устраивает?

Валерия кивнула, слова Беглова не обманули ее.

– Я очень рад за тебя, - еще раз повторил Артем, - а если праздник, - подмигнул он, - надо пить шампанское.

Валерия смешалась.

– Артем Семенович, я...
– Лера решительно тряхнула пышными волосами.
– Хочу познакомить вас со своей подругой. У меня сегодня действительно радостный день, вы столько сделали для меня, а ближе Ленки и вас никого нет. Она уже приехала, я попросила посадить ее за отдельный столик. Не сердитесь?

– Не сержусь. Знакомь. Может, она мне понравиться больше, чем ты.

– Тогда не буду знакомить, - нахмурилась Валерия, но глаза ее смеялись.

Она обернулась и, высмотрев подругу в глубине зала, призывно помахала рукой:

– Лена, иди к нам.

Лена Калинина, подхватив небольшую репортерскую сумку, с которой никогда не расставалась, подошла к столику.

В этот момент в дверях ресторана показался человек из свиты Беглова, Борис. Он увидел журналистку рядом с Артемом и застыл столбом. Он узнал ее! Это она была в машине с ментами возле арбатского особняка, а потом принимала участие в обыске. Точно, она! Он топтался в нерешительности, его глаза бегали по сторонам.

Артем сам заметил Бориса.

– Девочки, одну минуту.
– Он усадил женщин за столик.
– Лера, закажи все, что считаешь нужным, а мне необходимо отлучиться минут на десять.

– Жаль, - обиженно вырвалось у Валерии, - а я хотела сейчас спеть ваш любимый романс.

– Попозже, - терпеливо, как ребенку, повторил Беглов. Договорились?

Он встал и дружелюбное выражение исчезло с его лица.

Женщины остались одни.

– Какой серьезный мужчина.
– Лена Калинина покосилась ему вслед.
– Он не в ФСБ работает?

– С чего ты взяла?

– Взгляд как у настоящего оперативника.

Валерия фыркнула.

– Насмотрелась разного в своей ментовке, общаешься непонятно с кем. Думаю, ни один чиновник за меня не стал бы хлопотать так, как Артем. На телевидение я попала только благодаря ему.

– Молчу, молчу, - Лена дурашливо подняла руки.
– А все-таки кто он?

– Богатый человек, который вытащил меня из дерьмовой ситуации, не потребовав взамен ничего.

– Лерка, - ахнула Лена, - ты, никак, влюбилась! Впервые, с тех пор как развелась со своим паразитом Андреем слышу от тебя добрые слова о мужике. У тебя сегодня двойной праздник.

Валерия покраснела.

– Нет, действительно, - подруга не унималась.
– Богатый, говоришь, мужик? Значит, заказываем все, что шевелится, по полной программе, то есть. Это надо отметить достойно.

Артем вышел вслед за Борисом в холл.

– Ну?

– Гребень с Вадимом вернулись. Ждут в комнате за баром. Шеф... начал было Борис, но Беглов перебил его.

– Ну что мнешься, зачем на журналистку уставился, или ты ее знаешь?

– Шеф, она была с ментами, с руоповцами, когда они в арбатском особняке шуровали.

– Вот как?
– Артем удивился.
– Ты уверен, что не ошибся?

– Точно она!
– возбужденно зашептал Борис.
– И сумка ее, и прическа такая, я сразу узнал.

– Ладно, разберемся, - сощурил глаза Артем. Знакомство с Леной Калининой сулило немало интересного, но сейчас Беглова волновало другое.

Гребень и Вадим приехали в "Белый жасмин" прямо с вокзала. Артем уже знал о смерти Тихаря, ребята позвонили ему сразу, как только обнаружился след старого вора в небольшой ярославской деревне Урежи.

– Рассказывайте, - приказал Артем и тяжело опустился на стул. Мать Тихарь похоронил, поминки по ней справил, про это я уже слышал. Дальше что?

– Все так, без обмана, - первым начал говорить Гребень.
– После поминок сел в автобус и через двадцать минут отключился. Пассажиры подняли тревогу. Автобус остановили, Тихаря отвезли в поселковую больницу. Мы нашли медсестру, старую тетку. Он умер ночью, во время ее дежурства.

– И это все?

– Нет. Перед смертью Тихарь позвал врача. У них был разговор. Медсестра не слышала, о чем речь, ее попросили выйти из палаты.

– Кто попросил?

– Говорит, больной сказал доктору, ну, а тот...

– Он лежал один?

– Да.

Артем задумался ненадолго, а потом быстро спросил:

– С врачом разговаривали?

Гребень шумно вздохнул.

– Вот с этим хуже, - продолжил рассказ Вадим Сидельников.
– Врач на следующее утро написал заявление, в отпуск срочно собрался. Он армянин, Ашот Мирзоян. Сказал, дядя позвонил, попросил срочно приехать. Его отпустили в тот же день, там с этим просто, зарплату полгода не платили, про отпускные Мирзоян не заикался, а кроме него в поселке есть еще один врач.

– Только звонка ему никакого не было, - перебил Вадима Гребень. Писем тоже ниоткуда не получал. Ясно, как день, смотался лекарь после разговора с Тихарем. Обидно, мы у него на хвосте висели, на поезд на полчаса опоздали, а то бы еще в Шестихино прихватили голубя за пищик. Там одно прямое сообщение - вечерний поезд раз в сутки, и - ау, рано утром в Москве. Мы на перекладных с пересадками через Рыбинск и Ярославль добирались.

– Где проживает его дядя, известно?

– Нет, шеф, - одновременно вздохнули оба: и Гребень, и Вадим.

– Дядя есть точно, - сказал Вадим.
– Где-то в Московской области проживает, в ближнем Подмосковье. Сам у почтальонши спрашивал, она говорит, область запомнила, а дальше - нет. Имя еще нерусское в память врезалось, вроде Суран.

– Сурен, - поправил Артем, - Сурен - распространенное у армян имя. А какого черта армяне в Ярославской области забыли?

– Там сейчас и армяне, и азербайджанцы проживают, - встрял в разговор Гребень.
– Как у них в Карабахе рвануло, так и подались из своих теплых республик в северные края, воевать неохота.