Чтение онлайн

Глаза их встретились.

Ее лицо вспыхнуло, синие глаза расширились — она узнала его, и в них отразилось то же удивление, что и в его глазах.

Он некоторое время смотрел на нее, охваченный чувством, которое было слишком легкомысленным для человека с его хваленой искушенностью. То была странная смесь изумления, иронии, облегчения и… благодарности.

И чувство это было таким сильным, что он не мог его побороть.

И он не смог остановить расползавшуюся по его лицу улыбку воистину глупых размеров.

— Господи, да это вы! — Гвен смотрела на него, не веря собственным глазам. Так это лорд Пеннингтон? Надменный, язвительный и отчасти даже красивый человек, с которым она столкнулась на лестнице, и был лордом Пеннингтоном? Ее лордом Пеннингтоном?

Но конечно, от этого ее намерения ничуть не изменились.

Сейчас он казался скорее безумным, чем привлекательным.

— Почему вы так смотрите на меня? — осторожно спросила она, думая, не поздно ли будет отступить в коридор. — И почему так странно усмехаетесь?

— Потому что я утратил разум от облегчения. — Он подошел к ней, взял за руку и поднес к губам. При этом не сводил с нее глаз. Это крайне тревожило Гвен. — Я искренне рад наконец встретиться с вами, мисс Таунсенд.

— Вот как? — Она высвободила руку. — Почему?

— Почему? — Он поднял бровь. — Мне кажется, это само собой разумеется.

Она покачала головой:

— Очевидно, нет.

— Простите. — Граф наморщил лоб. — Я полагал, что мистер Уайтинг сообщил вам о том, что нас связывает.

— Он сказал мне о соглашении наших отцов, — медленно проговорила она.

— Превосходно.

Он кивнул, и на лице его снова появилась усмешка. Если бы его темные волосы были немного взъерошены, а не ровно приглажены, он больше походил бы на озорного мальчишку, чем на тридцатилетнего мужчину.

Гвен подумала, что при иных обстоятельствах это было бы очень мило. Но не теперь.

— Значит, мы можем немедленно приступить к выполнению договора.Я достану особое разрешение, и в конце недели мы сможем обвенчаться.

От потрясения она лишилась дара речи. Этот человек и на самом деле оказался таким надменным, каким показался ей при первой встрече, и гораздо более властным, чем она ожидала. Но у нее не было никакого желания выходить замуж. И даже если она была бы заинтересована в браке, она предпочла бы, чтобы ее просили об этом, а не приказывали.

— Мисс Таунсенд!

— Сожалею, милорд, но вы поставили меня в затруднительное положение. — Она устремила на него твердый взгляд — один из тех, которыми усмиряла расшалившихся детей, хотя он не очень-то действовал. — Я не поняла из ваших слов, делаете ли вы мне предложение?

— Предложение? — От смущения он покраснел, потом лицо его прояснилось — Ну ясное дело. Как же я забыл? Вы, конечно же, ожидали этого, как и всякая женщина в любых обстоятельствах. Я просто полагал… Это, вероятно, не имеет значения, но я прошу прощения. Разрешите мне начать заново.

Он взял ее за руки, вид у него был слегка смущенный.

— Полагаю, я не подумал об этом потому, что я, ну, скажем, не очень-то сведущ в таких вещах. Я никогда еще не попадал в такое положение. Я впервые делаю такое предложение.

— Приятно слышать, что вы не делаете предложения каждой незнакомой девушке, с которой сталкиваетесь на лестнице.

— Да, не делаю. — Глаза его весело блеснули. — Дорогая мисс Таунсенд. — Он откашлялся и встретился с ней взглядом. — Окажите мне честь и будьте моей женой.

Его глаза были самого темного оттенка зеленого цвета, прохладные и зовущие, точно глубина бездонного пруда в саду, и на миг Гвен ничего так не захотелось, как погрузиться в то, что обещают эти глаза. Ничего — только бы всегда смотреть в эти глаза. Какая-то странная дрожь появилась у нее в груди, такая же тревожная, как и прикосновение его горячих пальцев.

— Благодарю вас. — Она глубоко вздохнула и высвободила руку. — К сожалению, я должна отказаться.

— Отказаться? — Он непонимающе смотрел на нее, словно она говорила на иностранном языке. — Что вы хотите этим сказать?

— Я хочу сказать, — она чинно сложила руки, — если я не ошибаюсь относительно значения этого слова, я хочу сказать нет.

— Нет?

— Нет. — Она обезоруживающе улыбнулась. — Но я ценю ваше предложение.

— Вы, мисс Таунсенд, можете сколько угодно ценить его, но, вероятно, вы не совсем меня поняли.

Он прищурился, и по спине у нее пробежала дрожь от предчувствия чего-то дурного. Лицо у него стало серьезным, он возвышался над ней и казался теперь довольно опасным и — как ни странно — более привлекательным.

— Я не предлагаю вам незаконный договор, равно как и временную связь. Я предлагаю вам мое имя, титул, состояние и собственность. То есть я предлагаю вам будущее.

— Почему? — спросила она.

— Из-за договора, заключенного нашими отцами, вот почему. Они поставили свои условия, и условия эти нужно выполнить. Мой отец дал слово, и у меня нет другого выбора, кроме как отнестись к нему с уважением и покориться.

— Как это лестно.

— Очевидно, я неточно выразился. Кажется, я сегодня то и дело выражаюсь неточно. — Он вздохнул. — Я хочу покориться. Очень хочу.

— Неужели? Вы хотите жениться на девушке, которую не знаете? Как странно.

Он оставил эти слова без ответа.

— Тем не менее…

— Ваше чувство чести впечатляет, милорд. Но каковы бы ни были ваши чувства, я не считаю себя обязанной покоряться соглашению, сделанному без моего согласия. Однако приветствую ваше желание так поступить. — Она улыбнулась, словно отпуская его. — А теперь вы можете считать, что ваш долг перед нашими отцами выполнен, и можете спокойно возвращаться к вашей жизни. Всего хорошего.

Гвен кивнула и направилась к двери, чувствуя разом облегчение и некоторое разочарование. Нет, конечно, ей вовсе не хочется выходить за него. Она ведь никогда не встречала этого человека. Но все же, если не считать предложения Альберта, сделанного для очистки совести, она никогда еще не получала предложения вступить в брак и вряд ли получит. И потом, несмотря на надменность, манеры и внешность графа оказались куда более приятными, чем она ожидала. От человека, который сам не в состоянии найти себе жену, она ожидала совсем другого.