Чтение онлайн

— Джелла, у вас есть мешок или какая-нибудь коробка с плотной крышкой? — он мельком глянул на нее.

Девушка кивнула.

— Пусть будет наготове.

Ти'арг знал, что обитатели городских окраин всегда ложатся рано. По крайней мере, дети-то уж точно спят, а для лекарств детские сны лучше всего. И вот картинка ночных улиц словно изменилась. Маг, закрыв глаза, не мог видеть ни обшарпанных стен, ни чахлой травы, ни выстиранного белья, сушащегося в одном дворе. Зато он видел иное. (Он мог бы разглядеть и образы когда-то живших тут людей, и рассказываемые стенами и тротуаром истории об этой улочки — но это сейчас для него было бы лишнее). Маг видел лишь то, что ему было нужно.

Вокруг каждого окна клубились сны. Некоторые были легки и беспомощны и не могли улететь далеко от тех, кому снились — так и вились над ними прозрачным дымком, и в тот момент, когда спящий начинал видеть другой сон или попадал в черные провалы без сновидений — тогда только начинали медленно, как пар, подниматься сквозь потолок выше и выше. Другие были тягучие, они стелились по полу комнаты, выползали за стены дома. Некоторые сны было и не поймать — быстрые, живые, как ртуть. Мелькнут на десяток секунд и уже готовы умчаться прочь. Ти'арг представлял, как идет вдоль улицы (шел бы на самом деле — было б проще) и ловит блуждающие сны большим сачком.

Пойманные, они становятся похожи на шары, внутри которых что-то движется, клубится… Потом наемник представлял, как кладет их в мешок. Это было самым простым — мешок-то рядом, и его выдумывать не надо. Сны Ти'арг выбирал только радостные, яркие и простые. Они подходили как составляющие практически для любого лекарства. Также, если такие попадались, старался собрать сны тех, кого мучила совесть. Они тоже весьма полезны — для некоторых лекарств. Но сил у Ти'арга было немного, потому мешок в течение часа наполнился лишь на треть. Дальше вдоль улицы ему уже было трудно дотянуться.

Джелла изумленно смотрела на серый мешок из грубой шершавой ткани — он рос и заполнялся непонятно откуда берущимися предметами, в нем что-то шевелилось, стучалось… Наконец Ти'арг устало вздохнул и открыл глаза. Джелла тихонько потрогала мешок, и что-то дернулось у нее под рукой. Она ахнула и отодвинула мешок поближе к Ти'аргу.

— Пусть они пока полежат там, — сказал маг и завязал мешок. — Утром разбудите меня часов в восемь, я все это обработаю, а вы потом отнесете сны в одну аптеку и продадите.

Джелла кивнула. Она помогла Ти'аргу лечь в постель и ушла. Наемник устал до такой степени, что заснул сразу, не терзаясь ни воспоминаниями, ни размышлениями.

Утром Джелла разбудила его в восемь. Он выпил только что сваренный ею кофе и, попросив у Джеллы еще одну емкость (она принесла большую сумку, похожую на дорожную), начал работу.

Обрабатывать сны — дело непростое. Вытащить один, понять, что в нем лишнее, убрать… Можно делать лекарства и из необработанных, но качество будет существенно ниже и эффект слабее. Разумеется, такой товар и стоит существенно дешевле. Ти'арг трудился, заново вживаясь в каждый сон, чувствуя, как все усиливается слабость в руках и начинает кружиться голова. Штуки три-четыре бросил в сумку, ничего с ними не сделав — их и брать бы не стоило, бестолковые, бесцветные… Ну, хороший-то фармацевт, конечно, сможет как-то их приспособить — в настойку добавит для легкости (такие сны прыгают мелкими пузыриками, и лекарство гораздо быстрее усваивается организмом) или что-то еще придумает. А тяжелые и тягучие хорошо добавлять для крепости.

И вот на дне мешка осталось несколько последних, но Ти'арг понял, что сейчас уже не способен ничего с ними сделать. Маг проверил, хорошо ли закрыта сумка, куда он складывал готовые сны, и позвал Джеллу. Объяснил ей, как найти аптеку Ристоваля и сколько следует запросить за товар.

— Хорошо, я пойду, а вы пока отдыхайте.

Ти'арг кивнул и, упав на постель, закрыл глаза.

Он проснулся и посмотрел на свои часы — около двух часов дня. Потом, потянув носом, унюхал совершенно восхитительный запах.

— Джелла! — позвал он.

Она быстро вошла в комнату.

— Сейчас будем обедать, я накупила разной еды, приготовила жаркое. За товар мне аптекарь дал один золотой и два серебряка.

— Неплохо!

— Это просто замечательно, я столько зарабатываю за неделю. Теперь у нас есть все — и лекарства я тоже купила.

Они сели обедать. Пока ели, Джелла рассказала, как отдавала сны в аптеке, что сказал ей Ристоваль. Ти'арг сразу вспомнил о тех сновидениях, которые еще лежали необработанные в мешке. Надо бы разобрать их — вдруг там окажутся стоящие.

Из кухни тихонько засвистел чайник.

— Какой вам заварить чай? — спросила Джелла. — Я купила три сорта.

На столе стояли чистенькие чашки, блестящие белыми боками.

— Все равно… вообще-то, лучше кофе.

— Ох, кофе я забыла… А мой закончился.

— Ну, ничего страшного, — поспешно сказал Ти'арг, увидев, что девушка расстроенно нахмурилась. Чтобы поскорее отвлечь ее, он, взяв из ее рук чашку с дымящимся чаем (будь он неладен!), спросил:

— Кстати, мне давно хотелось узнать… Откуда вы знаете сестру Иларну?

Джелла улыбнулась:

— Вы удивляетесь, да? Она — монахиня в королевском монастыре, а я… — тут она посмотрела на выцветшие обои, старую, с потрескавшимся лаком, мебель… — Раньше наша семья жила в деревне, в поместье ее отца. Мои родители умерли, когда мне и года не было, а брату — только-только исполнилось три. Она велела нас взять в господский дом, там мы и росли…

Они немного помолчали. Чтобы сгладить неловкость паузы, Джелла стала убирать со стола, потом ушла на кухню, а Ти'арг решил посмотреть, что там осталось в мешке и можно ли из этого что-то сделать. Перебрал позвякивающие шарики, поразмышлял немного. Один — сон трехлетнего мальчика, почти без образов, яркий и солнечный. Ти'арг взял его в руки, прошептал несколько заклинаний. Трепещущий шарик в его руках уменьшился, стал плотнее и засветился, как будто внутри прямо сейчас родилось крохотное солнце. Вот и отлично — можно сэкономить газ, не включать по вечерам лампу. А потом, чтобы не мешал спать, накрывать темным платком. Ти'арг покрутил его так и этак и остался доволен. Положил на тумбочку и взял следующий.

Он был тоже яркий, но беспокойный, пронзительно-горький… Видно, совесть у кого-то нечиста, вот и снится такое. Раздумывая, наемник перекатывал сновидение из ладони в ладонь. Случайно посмотрел на свое кольцо, мельком подумав, что надо бы его снять. И тут Ти'арг заметил — кольцо изменилось: частично оно было еще тусклым, но сквозь поблекший слой просвечивало золото. Значит, кольцо оживает… Интересно. И надо бы это записать, тем более, обещал Орхиусу. Еще раз перекинул сон из руки в руку и вдруг понял, чем он может стать. Провел рукой, говоря заклинание, и еще одно… Сон уменьшался, становился плотнее… И вот в руке Ти'арга — синий прозрачный камень, внутри которого, если приглядеться, словно трепещет что-то живое. Ти'арг поднес камень к кольцу и произнес еще одну формулу — и вот сон закреплен на кольце. Надо полагать, будет в темноте светить не хуже светляка.

Последнее из оставшихся сновидений маг оценил как бесполезное, да и устал уже, не было желания что-то придумывать и творить. Ти'арг положил никчемушника на ладонь и дунул — сновидение, встрепенувшись, поднялось в воздух и медленно полетело прочь, становясь бесцветным, тая… "Вот так и бывает, что люди видят или угадывают чужие сновидения и очень этому удивляются. А никакого чуда — просто кому-то из магов некогда трудиться над пойманными снами, и тогда их берут и просто выкидывают за ненадобностью. А уж к кому они потом прилетят…"