Чтение онлайн

Я и представила Аршхана и Рхарге в юбке... Отсмеявшись, ответила:

– Я приемная дочь, но что там с обычаями лесных, ничего не знаю... кстати, Аршхан сначала и соглашаться не хотел.

– Неудивительно... Но продолжим. Аршхан вернулся в Совет Племен, начал строить дом, и все ожидали представления иллари... Неожиданностью стало появление Аршхана одного и сообщение, что Ранари представит позже.

Ой, что-то в сердце кольнуло. Это когда мне столь настойчиво хотели показать Орхаллон? А я отказалась? Все любопытнее и любопытнее.

– Цвет, – я задумчиво на него посмотрела, – а... Аршхан может знать, что у меня есть эта глупая магия?

– Нет, – и дальнейший ответ саламандра поверг меня в шок, – если бы он знал, ты была бы уже тут под замком и под защитой, а так... он сделал все, чтобы поставить деда перед свершившимся фактом.

А я поняла и другое – Аршхан меня любит! Просто любит вопреки всем и всему! Он действительно любит меня! Любит! А я?..

И ведь есть шанс пойти и рассказать, что какой-то дурацкий магический дар есть, и тогда все будут счастливы и я буду таять под нежным взглядом ракарда... А Оитлон? Кесарь не простит подобного! Динар тоже не адекватен, как выяснилось, кому я оставлю свое государство?! Я столько трудилась, чтобы привести Оитлон к процветанию! Столько сил и трудов – и что теперь? Отец импульсивен, последствия его импульсивности до сих пор испытываю, плюс Илери! Через месяц Гнев завершит задание, и можно будет начинать претворять в действие план по смене представителей в Альянсе Прайды, а там я получу доступ к золотоносной Аверии, и тогда командовать в Альянсе будет Оитлон... На это уйдет как минимум семь лет... я не могу позволить себе жить здесь, с Аршханом! Не могу...

– О чем задумалась, принцессочка? – полюбопытствовал саламандр.

– Попробую достать кристалл, – я задумчиво потирала шею, – брак с Аршханом не вписывается в мои планы... никак. Мне необходимо вернуться в Оитлон как можно скорее! И... когда ты сможешь?

– На закате, – столь же задумчиво ответил Цвет, – только, стервочка моя, не давай волю гневу... тут одна уже сдала свой дар с потрохами. Ты должна остаться одна на закате, с кристаллом или нет. И вне этого дома.

Входная дверь открылась, и я услышала нежный голос:

– Ранари, ты не замерзла в воде? Там полотенце на столике.

– Спасибо, уже выхожу, – ответила я.

Цвет поклонился и растворился в воздухе.

Обернувшись полотенцем, я вышла в комнату, где меня уже ждала Селения и очень старая орка, которая, присев у окошка, пристально меня разглядывала. Орка заговорила первая, на иллорийском:

– Какая же она лесная? Запугали совсем. Красивая девочка, худенькая только очень, но красивая, и Аршхану под стать. А уж как мальчик ее любит!

– Герина, – мягко осадила ее Селения и, обойдя меня, прикоснулась к волосам.

Теплый воздух словно закружил в вихре, и полотенца уже не требовалось.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, невольно прикасаясь к уже сухим и почему-то расчесанным прядям – мучить гребнем их уже не нужно.

– Не за что, девочка, – ласково ответила бывшая принцесса, – Аршхан принес одежду для тебя, выбери, что больше понравится.

Я посмотрела на платья из летящей яркой ткани, как на Селении, и взяла самое темное... темно-красное. При воспоминании об Аршхане на душе стало паршиво. Совсем.

Переоделась я в ванной, проигнорировав предложение принцессы помочь. Смотреть на нее мне было... стыдно. Да и единственный вопрос, который я хотела задать, был коротким:

– А где Аршхан?

Селения смутилась, зато орка ответила:

– Так внизу он, с дедом отношения выясняют. Сколько живу, всего второй скандал в этом доме... но оба из-за тебя, девочка.

Принцесса очень недовольно посмотрела на нее, но я все поняла. Развернувшись, быстро и уверенно покинула комнату, проигнорировав призыв «Ранари, подожди». Пройдя по длинному коридору, спустилась вниз.

И действительно, скандал. На оркском. Кстати, у них все же есть слуги – вон, жмутся по углам. У орков интересные постройки – весь первый этаж хозяйственный, здесь и кухня, и столовая совмещены, а в центре огромный дубовый стол, вот эти двое и сидели за столом, видимо. Сейчас стоят и кричат друг на друга. Разгневанная природа в двух лицах... красиво и страшно. И вот между этими двумя мне предстоит встать... Страшно...

Попробовала прислушаться к выяснению отношений. Вообще, когда вот так быстро все прокрикивают, понять сложно, но суть я уловила – действительно из-за меня ругаются. Та Шерр орет, что никогда не допустит слияния внука с той, что не обладает даром, потому что это его долг перед потомками и он обязан следить за тем, чтобы магия сохранилась в крови. Аршхан вопит, что ему осточертела и эта магия, и... как мне близки его чувства! Еще прокричал, что это его жизнь и решать ему. Та Шерр в ярости уничтожает стол. Стол мне нравился. Аршхан выпускает огонь, и тот сметает остатки стола... и стулья заодно. Стулья я рассмотреть не успела, так что мне все равно. Слуги ползком пробираются к двери... видимо, это те, что сразу сбежать не смогли. Какие-то орки уже толпятся за хрустальной стеной и следят за развитием событий.

Вмешаться сейчас или еще послушать? Вообще странно, Аршхан ведь очень сдержанный, а тут такие страсти... Так, глубокий вдох, выдох и... и еще вдох и вообще... я маленькая, а они большие, и их двое, и они маги. Может, потихоньку взять рыжего и сбежать отсюда? Вон уже закат почти, сейчас ползком – и я на свободе... Нет, я так не могу. И Аршхана жаль, и вообще... откуда во мне столько этого глупого благородства появилось? Ужас, просто ужас, Катриона! Благородные долго не живут, а в политике им вообще не место! Глупею на глазах!

И, сделав глубокий вдох, я крикнула:

– Тихо!

И действительно, стало тихо. Оба ракарда разом посмотрели на меня. И скорость в движениях у них запредельная. Так быстро головы поворачивают, даже жутко. Эх, прощай, разум, встретимся завтра. Я взглянула на своего ракарда и уверенно произнесла на оркском:

– Аршхан, Утыррка не может стать твоей женой.

Он выпрямился и стал еще выше, чем казался, а помещение начало стремительно темнеть. Так, кажется, я зря это сказала.

– Аршхан... – Я тяжело вздохнула и, опустив голову, подошла к нему. Взяла его большую руку в обе свои... и только после этого решилась продолжить: – Утыррка должна вернуться в Оитлон. Утыррка наследница, долг и ответственность лежат на ней.

Молчит. Может, внутренне согласен. Поднимаю голову, смотрю на сурово сжатые губы, на чуть суженные глаза и понимаю – не согласен.

– Аршхан, Утыррка не...

– Ранари! – глухим, но не вызывающим желания спорить голосом произнес ракард.

Как все сложно.

– Утыррка, – упрямо повторила я.

– Ранари! – А он тоже упрямый.

– Утыррка! – начинаю злиться.

– Ранари!!!

Так, а мы пойдем другим путем и переходим на оитлонский, ибо на нем мне выразить свою мысль проще:

– Аршхан, ну посмотри на меня. – И что я тут говорю, и так ведь смотрит не отрываясь. – Ты добрый, – точнее, я на это очень сейчас надеюсь, – благородный, ты... не понимаешь подлости, а я... я злая, Аршхан. И благородства во мне нет. Я стерва, Аршхан, меня не изменишь, а ты очень хороший... Для меня нет места в твоей жизни, в этом сказочном городе и вообще. Мы разные, Аршхан... верни меня домой.