Чтение онлайн

Вот, собственно говоря, и все. Будущее мое рисовалось в самых радужных тонах. Мне предстояло жениться на одной из богатейших женщин Америки. Из нищей банковской крысы я вдруг превращался в нувориша.

Словом, в тот миг все казалось прекрасным.

Беда лишь в том, что продлился тот миг недолго.

Я опущу подробности свадебной церемонии. Я чувствовал, что все гости пожирают меня глазами и задают себе вопрос, как я ухитрился заарканить Вестал с ее миллионами, и знал, что меня называют ловким пройдохой и авантюристом. И, хотя держались со мной подчеркнуто вежливо, печенкой я ощущал напряжение.

Из Клифсайда мы уехали за полночь, поскольку Вестал хотела полюбоваться фейерверком. Нас отвезли в аэропорт, где нас ждал чартерный рейс на Париж, а оттуда в Рим.

Перспектива провести шесть недель один на один с Вестал на борту яхты по-прежнему приводили меня в содрогание.

Кроме экипажа, моего личного слуги, горничной Вестал и Евы Долан, отвечавшей за программу осмотра достопримечательностей, отвлечь от меня Вестал было некому.

Ева Долан отбыла в Европу заранее и встречала нас в парижском аэропорту Орли.

Она все организовала, и нас быстро разместили в лучших апартаментах отеля «Риц».

Ужас первой брачной ночи я несколько отложил, уговорив Вестал осмотреть со мной красоты дневного и особенно — ночного Парижа. В отель мы вернулись в четыре утра, не чуя под собой ног, и я настоял на том, чтобы Вестал спала отдельно — должна же жена отдохнуть хоть несколько часов перед полетом в Рим.

Она настолько вымоталась, что даже не пыталась возражать, я же выиграл еще одну ночь перед неотвратимо надвигающимся кошмаром вступления в физическую близость с Вестал.

Париж мы покинули около полудня и перелетели в Рим. Оттуда нас отвезли в Неаполь. Оставив в Неаполе Еву надзирать за подготовкой яхты к круизу, мы с Вестал переехали в Сорренто, где нам предстояло в течение трех дней любоваться местными достопримечательностями.

Вестал хотела побывать на Везувии, в Помпеях, на Капри и, естественно, в знаменитых гротах.

Наш небольшой отель примостился на склоне горы. Окна номера выходили на Неаполитанский залив с потрясающим видом на гавань, Везувий и виднеющийся на горизонте живописнейший остров Капри.

Будь рядом со мной Глория, все было бы прекрасно, Вестал же, которая постоянно висела у меня на руке и безостановочно болтала, как сорока, отравляла все настроение. Она вела себя как типичный американский турист, вырвавшийся в Европу и снедаемый неутолимой жаждой глазеть на все подряд и, не дай Бог, что-нибудь упустить.

Днем мы спустились на частный пляж и почти целый час не вылезали из моря.

Потом мы нежились на знойном песке, потягивая ледяной кофе. Вестал трещала не переставая.

Не пытайтесь выяснить у меня, о чем она говорила. Я до поры до времени пропускал ее слова мимо ушей, но вдруг она выдала такое, что я невольно насторожился.

— Чед, дорогой, — сказала она, — давай уединимся сегодня вечером пораньше. Ведь мы уже три дня женаты и до сих пор ни разу… ни разу…

Я выдавил улыбку.

— Ты права, мы столько хотели посмотреть и сделать, что как-то совсем упустили из вида это обстоятельство. Хорошо, сегодня мы пойдем спать пораньше.

Рано или поздно это должно было случиться. Не мог же я до конца своих дней откладывать этот миг. Помнится, я брякнул Глории, что в темноте все женщины похожи друг на друга. Тогда я так и считал и лишь теперь понял, как жестоко ошибался.

Ночь казалась бесконечной. Ни Вестал, ни я почти не сомкнули глаз. Мы лежали в темноте бок о бок, два незнакомых человека, и я клял себя на все корки, что женился на ней.

Я дал себе зарок, что больше такая ночь не повторится. Сопровождать Вестал я буду, тут никуда не денешься, но спать мы будем отдельно.

На следующий день Ева доставила наш «роллс-ройс», и мы отправились в Помпеи. Вестал выглядела подавленной и угрюмой. Я тоже был не в настроении. За всю дорогу мы не перекинулись и парой слов.

Древние развалины в Помпеях мы осмотрели довольно быстро. Я вообще считаю туризм пустым времяпрепровождением, а Вестал была не в духе.

Когда мы возвращались в отель, я спросил:

— Ты и в самом деле так рвешься на Капри, Вестал? Туристы там кишмя кишат, а красота острова, по-моему, сильно преувеличена. Может, сядем на яхту и улизнем от этих толп?

Она кивнула, даже не глядя на меня.

— Хорошо. Я не против.

Я изумился, что она так легко согласилась, ведь она мне все уши прожужжала, как мечтает попасть на Капри. Должно быть, поняла, что я терпеть не могу праздно глазеть по сторонам, и была готова на все, что угодно, чтобы ублажить меня. Очень трогательно.

Ева сидела впереди, рядом с шофером. Я наклонился вперед и сообщил ей, что мы решили ехать сразу на яхту, и попросил заскочить в отель расплатиться по счету и упаковать наши вещи.

Она кивнула не оглядываясь. Хотел бы я знать, что она подумала по поводу внезапной перемены наших планов.

"Роллс-ройс» притормозил напротив отеля, и Ева вышла. Автомобиль тут же двинулся дальше, а я с любопытством осмотрел девушку, которую мы оставили на самом солнцепеке.

На Еве было серое шелковое платье простого кроя, широкополая белая шляпа и зеленые солнечные очки. Она выглядела подтянутой и аккуратной, и я вдруг заметил, что у нее длинные стройные ноги и изящные лодыжки. Я был немного потрясен. Я был настолько убежден, что, кроме Вестал, на яхте не будет ни одной женщины, стоящей внимания, а тут вдруг оказывается, что совсем рядом есть девушка, способная скрасить жуткие недели непрерывного общения с моей отталкивающей супругой. Возможно, Ева тоже из разряда кислых дев, но она, по меньшей мере, не была ни тощей, ни уродливой.

Яхта водоизмещением в пятьсот тонн сверкала ослепительной белизной и была отделана с поразительной роскошью. Наши апартаменты состояли из огромной спальни с двуспальной кроватью, двух ванных комнат, будуара, в котором размещалась еще одна кровать, и просторной кают-компании.

— Тебе нравится? — взволнованно спросила Вестал.

— Замечательно, — сказал я. Потом просунул голову в будуар.

— Я буду спать здесь, Вестал. Я сплю беспокойно и не хотел бы мешать тебе. Дверь между нашими комнатами мы можем оставлять открытой, чтобы разговаривать, лежа в постелях.

Повернувшись к ней спиной, я делал вид, что рассматриваю туалетные принадлежности на трюмо, а на самом деле зорко следил за Вестал в зеркале.

Она вся обмякла, когда услышала мои слова. Лицо ее вытянулось. Она сразу постарела и выглядела еще более отталкивающе, чем всегда.

— Я… я думала, что ты захочешь спать со мной. Я повернулся лицом к ней. С этим надо было покончить раз и навсегда.

— Для меня дружба в супружеской жизни несравненно важнее, чем физическая сторона. Как и для тебя. Не стоит обременять себя тем, что нам обоим не нравится. Хорошо, что мы понимаем друг друга. Это огромное счастье.