Чтение онлайн

– Ну, милая, очнись же, – Тарантул явно нервничал. Новенькая преподавательница никак не приходила в себя.

– А ты ее поцелуй, она как принцесса из сказки очнется мигом. Рыжая бестия любит это дело, – предложила фейка, наконец-то снявшая свои дурацкие очки.

Тарантул взял подбородок девушки, приподнял и нежно поцеловал. Девушка чуть шевельнулась. Ему и самому понравился вкус ее губ. Свежий бутон розы с раскрывающимися лепестками. Ее губы тянулись к его влажным губам как лепестки цветка к лучам солнца. Парень завис, потеряв счет времени.

– Эй, это уже неприлично, – грубо предупредил кот, ревниво и нервно прохаживающийся туда-сюда вокруг Тарантула.

– Я тебе не дуб в Лукоморье, чтобы вокруг меня круги наматывать.– Парень оторвался от бестии усилием воли.

Рыжая открыла помутневшие глаза.

– Ну, слава Тотему! Я так и знал, что длительный переход тебя обескровит. – Тарантул задышал спокойнее, переживания за рыжую бестию остались позади. – Ты ж новичок, силенок душевных маловато для переходов из тела в тело. А вы, зверюги, куда смотрели?! – Тарантул грозно шикнул в сторону кота:

Черныш по-умному срулил в сторону спальной, куда вскоре черноволосый, черноокий принес на руках девушку, завернутую, как конфетка в обертку, в огромное махровое полотенце. Тарантул бережно уложил рыжую в постель. Накрыв двумя одеялами, участливо глянул на уставшее красивое лицо девушки. После безапелляционно приказал фее сторожить.

Лизка помнила, как могучий великан принес ее в спальню, уложил на кровать, нежно поцеловав в щеку. После она уснула. В окно светила яркая Луна. Как обычно, она выступала главной актрисой на театральной сцене неба. Созвездия Любви, Вранья, Сна водили дружный хоровод вокруг серебристой Луны. Золотые маски Синов, посеребренные лунным светом, повернулись в сторону замка, охраняя его, бессовестно заглядывали в окна как надзиратели. Блюли порядок, остановленный веками в академии. Неожиданно подул сильный ветер. Небо затянулось хмурыми тучами. Блеск масок Синов исчез. Ветер дул все яростнее, окно распахнулось. Рыжая хотела уже вылезти из кровати, когда вкрадчивый мужской голос нежно прошептал ей на ушко:

– Не нужно, милая. Я сам.

– Мишаня, – Лизка села на кровати, спросонья не сообразив где она, и с кем.

Темный силуэт приблизился к окну. Закрыв щеколду, повернулся лицом . Мужчина медленно играючи двинулся к девушке, дабы она успела насладиться его достоинством, могучим торсом, длинными ногами с мощными прокачанными бедрами, сильными руками. Высокий, стройный, черноволосый, черноглазый, он неумолимо приближался. С плеча свешивалась лапка тарантула. Рыжая вздрогнула всем телом, чувствуя скорое падение в пучину. Внутренний огонь уже захватил ее душу, ее тело и полз к животу.

Молодой самец мягко скользнул в постель. Бесцеремонным движением сняв халат с молодой женщины, не спрашивая разрешения, как будто все давно было решено, молодой мужчина отбросил халат в сторону. После аккуратно снял с нее трусики, скатывая их по бедрам, во все глаза разглядывал тайну, открывающуюся его жадному взору. Положил горячую руку на внутренне бедро, нежно касаясь разгоряченной кожи, его пальцы поползли к заветной цели. Девушка вздрогнула и впустила пальцы в себя. Он ласково коснулся ее ореолов губами, после облизал их языком. Лизка застонала. Черноволосый нежно толкнул ее в грудь, девушка упала на шелковую простынь.

– Рыжая, ты такая сладкая, – простонал черноглазый. Дальше девушка лишилась разума совсем. Лишь одна мысль пульсировала в мозгу: «Отдаться ему здесь и сейчас». Девушка позволила мужчине войти в нее. После первого же сильного толчка, осознала свою ошибку.

– Не надо, пожалуйста, я замужем, – закричала еле слышно Ксено, не то что с сопротивлением, а с удовольствием подмахивая Тарантулу. Кусая за шею, ласкала его бархатную кожу языком и просила еще и еще. Их языки сплелись в брачный змеиный союз. Так глубоко не проникал еще ни один язык. В жизни Лизки это было впервые.

– Я так рад, что тебя к нам прислали, – шептал Тарантул, целуя опухшие от бесчисленных поцелуев губы девушки. Его движения становились все более интенсивными. Он пронзал Ксено насквозь. Девушка стонала, царапая спину Тарантулу. После парень дернулся в последний раз и замер, лежа на Ксено. Рыжая, погладила его волосы. Нежно подняла лицо парня.

Теперь на нее смотрели глаза мужа. Злые зеленые глаза: – Ты мне изменила, стерва. Стоило только тебя отпустить, и ты уже подмахиваешь другим мужикам.

– Мишаня, прости, пожалуйста, – Ксено пыталась выбраться из-под тяжелого бетонного тела, лежащего на ней.

В этот момент Михаил сильно сжал ее бедра и начал быстро двигаться. Ксено рыпнулась пару раз и заткнулась, поймав волну кайфа, окатившего ее от мозга до низа живота. Она застонала и задвигалась в такт с мужем. Зеленые глаза смотрели с ненавистью, болью, ревностью и вожделением. Ксено закричала, сильнее прижимаясь к телу Михаила. Финишировали вместе. Девушка, обняла мужчину крепче, обвив руки вокруг спины. В тот же миг черные глаза Тарантула глянули на нее зло.

– Выбирай между нами. Я или он. – Боль. Девушку пронзила адская боль. Тарантул впрыснул яд. Ее горло стало снова опухать, она задыхалась, ловила воздух ртом, как выброшенная на берег рыбка, руками болтала в воздухе, ногами ерзала по простыне. Глаза закрылись.

Открыв глаза, обнаружила лежащего на ней сына самого Ада. Светловолосый огромный инкуб. С длинным хвостом с острым наконечником, которым он нагло поглаживал груди, бедра девушки. С острыми ушами, козлиными рогами, черными шерстяными копытами вместо ног. За спиной у Порождения Ада Ксено заметила черные крылья. Прищуренные желтые глаза горели похотью и гневом.

– Милая, ты была моим заданием на эту ночь. Но ты неплохо подмахиваешь, – его наконечник хвоста прошелся по губам девушки, раскрывая их и проникая. Он погладил ее язык. Ксено плохо понимая, что делает, поласкала алым языком его хвост. – Знаешь сладкая, меня просили запугать тебя, придушить малек, чтобы ты из академки срулила. Но я ж мужик, не враг себе. Ты мне такое наслаждение принесешь! Скажу секушкам с Черного факультета, что запугал, а сам к тебе наведываться буду. Уж дьявольски хороша ты рыжая бестия. Я о такой любовнице и не мечтал. – Суккуб положил огромную руку на горло Ксено, чуть придушил ее. – Ну как, выбираешь меня в любовники или в черный список врагов запишешь?

Ксено прохрипела: – Любовник, любовник.

– Окей. Вот и умничка, рыжая. – Суккуб легко спрыгнул с кровати, стукнув козлиными ножками-копытцами, наклонился к уху девушки: – Огонь, ну мы с тобой еще пошалим, девка. Рад, что Сины тебя в академку вызвали. В тебе столько нерасплесканной любви и страсти. Мы это поправим. Позволим твоему огню вырваться наружу.

Лизка осталась в комнате одна, хотела встать с кровати, попить. Она вся хлюпала от своих соков и спермы суккуба. На простыни растеклась предательская лужица греха. Ее лицо загорелось красками стыда перед мужем, перед собой. Она никогда не признавалась себе в том, что с мужем ей было скучно в постели. Он был у нее первым. До него Лиза была девственницей, никогда, ни с кем себе ничего лишнего не позволяла. Ну, только в подростковом возрасте обнимашки и зажимашки в подъездах с французскими полноценными поцелуями. Ну, парочку засосов на груди ей парень поставил в семнадцать. А так ни-ни. Глянула в окно, одна из золотых масок смотрела прямо и грозно в глаза девушке. Щеки не загорелись стыдливым румянцем, а всполыхнули прямо-таки огнем.