Ловушка миллиардера
Шрифт:
— Что? Ты кого-то ждешь? — закатив глаза, я усмехнулась. — Только не говори, что сюрприз — знакомство с твоей очередной пассией.
— Вообще-то всё наоборот, — загадочная улыбка меня откровенно насторожила.
— В смысле?
— Помнишь Димона, что со мной на потоке был? Ну, он еще к тебе подкатывал.
— Помню, — я насупилась. Сложно забыть ту историю. Дима почти влюбил меня в себя, а потом без слов уехал за границу учиться. Правильно говорят: первые чувства ни к чему хорошему не приводят. — И что?
— Он в Москву только вчера вернулся и первым делом мне написал. Хотел с тобой встретиться и извиниться.
Окей. Теперь сюрпризы я больше не люблю.
— К чему это? — я сделала вид, что мне все равно, и уткнулась в меню, пытаясь унять бешеное сердцебиение. — Почему ты согласился, не спросив меня? Сам знаешь, в какой я сейчас ситуации.
— Эй, почему ты злишься? Только вчера говорила, что с Раевским у тебя ничего серьезного.
— Так и есть, но я не хочу еще сильнее усложнять себе жизнь.
В попытке сбежать от прошлого я резко вскочила и потянулась к сумке, намереваясь ретироваться, пока обещанный «сюрприз» не свалился на мою голову, но вдруг сзади послышалось сдавленное.
— Привет, Мира. Я скучал.
Тимур
Маленькая пигалица игралась с моими нервами как с чертовой гитарой, дергая за струны и не отдавая себе отчета в том, как сильно мне хочется ее встряхнуть и заткнуть, причем любой ценой.
Она была настолько громкой, что одного посещения казалось достаточно для того, чтобы дом стал пустым. Тишина ласкала уши и в то же время раззадоривала любопытство. Каково жить с ней под одной крышей?
Чертовски глупую мысль пришлось отбросить. Я выключил монитор и ответил на звонок.
— В чем дело?
— Вы просили предупредить, если с Мирославой возникнут проблемы, — тихий голос Серого взбодрил похлеще будильника.
Я, конечно, знал, что она не подчинится, но чтобы так скоро…
— Что она натворила? Пресса рядом?
— Нет, здесь тихо.
— Здесь это где?
— В ресторане. Ваша…эм, невеста ужинает с двумя мужчинами.
Он робко в этом признается, оно и понятно. Серому неизвестно, что Мира мне безразлична, поэтому он осторожничает.
— Хм, а она времени зря не теряет, — процедил и не заметил, как карандаш превратился в щепки.
— Так что мне делать? Вывести ее?
— Не нужно. Продолжай наблюдать.
Я сам разберусь.
5
Нам принесли еду и напитки. Всё выглядело аппетитно, но я чувствовала себя настолько некомфортно, что могла лишь вяло ковыряться вилкой. Судя по поведению Димы, он не знал о моей мнимой помолвке с Раевским, и слава богу. Я бы от стыда сгорела, если бы услышала нечто вроде: «На бабки повелась».
Он вряд ли бы такое сказал, но явно бы подумал. Осудил, не зная подробностей, как и все остальные люди.
Украдкой я наградила братца злобным взглядом, тот резко отвел глаза. Хорошо, что ему стыдно. Больше не будет мне палки в колеса вставлять.
Поскольку я молчала, говорил только Дима, но все его слова я пропускала мимо ушей. Намеренно или случайно — не так важно. Я просто хотела, чтобы это закончилось, и не питала желания снова с ним сближаться.
— Извините, я на минутку.
Медленно поднялась, контролируя каждую частичку своего тела, и скрылась в уборной. Осточертели рассказы о прекрасной Флориде, насквозь пропитанные сожалением. Зачем вернулся, если его так хорошо там приняли?
Брызнула в лицо ледяной водой, похлопала по щекам и встряхнула волосы, собираясь с силами. Сейчас же вернусь, что-нибудь совру и, воспользовавшись предлогом, уйду. Пусть Никите будет неудобно, а не мне, я не напрашивалась в их дико теплую компанию.
Я злилась. Чувствовала себя преданной. Видимо, мне лишь казалось, что брат хорошо меня понимает. Я бы никогда не вернулась к тому, кто однажды уже покинул меня. Это подобно кораблю без якоря. Неважно, как долго волны будут подталкивать вперед, ведь пристать к берегу всё равно не получится.
Сотовый снова взорвался от сообщений и звонков. Я прислонилась к стене и взяла трубку.
— Тимур, давай потом, — вздохнула, — мне не до твоих нравоучений.
— Если ты сейчас же не выйдешь ко мне на улицу, я зайду внутрь. И то, что я сделаю, тебе точно не понравится, — прорычал.
Ледяной тон на кончиках пальцев осел, холодком покрыл. Я еще никогда по-настоящему не сталкивалась с его яростью, и, будь я сейчас спокойной, наверняка бы затряслась, но мне и без него было фигово. Еще одну удавку на шее я просто не потяну, поэтому мне в голову пришло гениальное решение — сделать вид, словно я глухая и тупая.
Отключилась, постояла несколько минут у зеркала, убеждая себя в том, что он не осмелится зайти сюда. В ресторан может ворваться, но в женскую уборную — точно нет. Больше он не звонил, а я не решалась выйти.
— Приди в себя, тряпка! — шикнула под нос, передергивая плечами. — Он не осмелится ничего сделать.
Ах.
Демонстративное шарканье за спиной привело меня в чувство.
— Ты уверена? — процедил Раевский, сжав челюсти.
— У тебя нет права на меня орать, — повысила голос, запоздало поняв, что из нас двоих на крик решилась только я.
Огонек ярости в его глазах всё сильнее разгорался. Серые омуты потемнели и сузились, грозя расправой. Под ложечкой засосало.
Мне стоило сразу его послушаться, а не ждать, когда он сам придет. Брат наверняка его узнал. А что Дима?
— Говоришь, у меня нет права злиться? — схватил за запястье и переплел наши пальцы, притягивая ближе. В нос ударил запах ментола.
Я не сопротивлялась, потому что Тимур гораздо сильнее. Заметила его одежду: рубашка и черные брюки. Неужели он сюда с работы сорвался?
Мысленно одернула. Конечно же он приехал. На кону его репутация. Нельзя ничего выдумывать. У него нет других причин приезжать.
Я задохнулась от злости, зная, что в мои планы не входила посиделка с чужим мужчиной, но было поздно. Тимур вывел меня в коридор и, крепко держа за руку, двинулся к выходу. Круглый зал можно было пересечь разными путями, но он выбрал именно тот, что ближе всего к моему столику.
Никита сразу нас заметил и так пристально посмотрел, что Диме тоже пришлось обернуться. Никогда не забуду этот взгляд — столько разочарования, словно вчера я обещала ему идти под венец, а сегодня шла с другим.