Чтение онлайн

Мы миновали въезд, проехали по небольшому мосту через ручей и очутились в круглом дворике, обсаженном цветами. Цветы были повсюду: они свисали с деревянных решёток, приколоченных к стенам, выглядывали с многочисленных клумб, теснились в глиняных горшках, установленных на специальных подставках. Роберт аккуратно обогнул каменный фонтан в центре двора, притормозил у стеклянных дверей с белыми раскладками и вышел из машины. Сразу же показался швейцар. Он приветливо улыбнулся Стронгу, как старому знакомому, и взял у него ключи от «Бентли».

Не дожидаясь особого приглашения, я тоже вышла из автомобиля и с интересом оглянулась вокруг. То, что Стронг привёз меня в старинный отель, не подлежало сомнению. Только не пойму, чем ему не угодил «Ритц» в центре Лондона? Зачем так кардинально менять местоположение? Или он полагает, что здесь, в этой чудной английской глубинке, я стану более покладистой?

Будто прочитав мои мысли, Стронг подошёл ко мне и серьёзно сказал:

– Здесь потрясающий воздух. Крепкий многочасовой сон я тебе гарантирую.

– Да я вроде не очень хочу спать, – удивилась я и зачем-то зевнула.

– Ну вот, я же говорил! – усмехнулся Роберт и потянул меня за руку внутрь гостиницы.

За стойкой администрации нас встретил молодой парень с бейджиком «Джон» на груди. Мне стоило огромных усилий понять, что говорит этот Джон. Его английский совершенно отличался от того, на котором говорят в Лондоне и который я изучала в школе. В речи парнишки присутствовал диалект, полностью менявший звучание языка, и это приводило меня в полный ступор.

Роберт, казалось, не замечал моего затруднительного положения и деловито общался с сотрудником отеля. Последний, по всей видимости, узнал знаменитого актёра, но виду не подал. Возможно, в этом месте частенько останавливаются звёзды разной величины, и он уже привык не обращать на это никакого внимания.

Покончив с формальностями, Джон отдал Роберту два ключа и, широко улыбнувшись, пожелал нам отличного дня. Это я поняла.

– Этот отель год назад был признан лучшим в мире, – шепнул Роберт мне на ухо, увлекая в сторону небольшой лестницы, покрытой красным ковром.

– Ух ты! – невольно восхитилась я. – Только, Роб, я не совсем понимаю, зачем ты привёз меня сюда? Какие у тебя планы?

– Никаких, – Стронг бережно подхватил меня за руку, увидев, что я не заметила ступеньку.

– И всё-таки? – настаивала я.

– Мила, всё гораздо проще, чем ты думаешь, – спокойно проговорил Роберт, останавливаясь ровно посередине лестницы и разворачивая меня к себе. – Мне хочется, чтобы тебе было хорошо в день твоего рождения. Поэтому мы проведём его здесь, на природе, а не в шумном городе, кишащем любопытными зеваками. У нас будет возможность спокойно прогуляться вдоль моря, поболтать о жизни, нормально поужинать. Разве это плохо? Потом ты проспишь всю ночь напролёт. А проснёшься, думаю, не раньше обеда, потому что, как я уже говорил, воздух здесь чистейший, и у тебя сейчас случится кислородное отравление.

– Отличная перспектива! – буркнула я, ничуть не успокоенная словами Роберта относительно невинности его намерений. Становилось абсолютно очевидно: задумай он соблазнить меня, у него есть все шансы осуществить задуманное. Уж слишком велико притяжение между нами. А потому уединение в этом восхитительном отеле может иметь самые непредсказуемые последствия.

Мы поднялись на второй этаж и подошли к двери, на которой была прикреплена металлическая табличка с надписью: «Королева».

– В этой комнате будешь жить ты, – невозмутимо сообщил Стронг, отпирая замок, – мой номер – по соседству, так что не волнуйся. Если что-то случится, я быстро прибегу на помощь.

Он толкнул дверь, и мы оказались в двухкомнатном огромном пространстве, в отделке которого преобладали светлые оттенки. Я очарованно ахнула, не в силах скрыть своё восхищение. Из окон, занавешенных бледно-бежевыми портьерами, пробивался солнечный свет. Комната побольше служила гостиной и была обставлена с необычайным вкусом. Здесь был и белый мраморный камин, и мягкий удобный диван, и старинная деревянная мебель ручной работы, а самое главное, здесь была библиотека. Да не простая библиотека, а состоящая из антикварных книг известных английских писателей. Тут были оригинальные издания, датируемые семнадцатым и восемнадцатым веками, что привело меня в неописуемый восторг. Держать в руках такую книгу – это ни с чем несравнимое удовольствие. Даже дух захватило!

Комната поменьше была спальней. При входе стоял письменный стол из орехового дерева и удобное кресло, обтянутое цветастой тканью. Посередине находилась кровать с балдахином, огромная, словно корабль под парусом, бороздящий морские просторы.

– Отдохни немного, осмотрись и пойдём на прогулку. Ты должна увидеть море, – возвестил Стронг, направляясь к двери.

– Поскорее возвращайся, – неожиданно для себя попросила я и тут же торопливо поправилась:

– То есть я хотела сказать, что была бы не против немного перекусить.

– Не вопрос! Буду минут через десять, только приведу себя в порядок, – пообещал Стронг и вышел.

Я проводила его глазами и с удивлением подумала, зачем ему приводить себя в порядок. Он и так безупречен, этот актёр. Впрочем, наверное, ему надо заглянуть в свой номер, чтобы разложить свои вещи. Он, в отличие от меня, знал, куда направляется, и потому захватил с собой сумку с одеждой и необходимыми принадлежностями. Недаром, пока я спала в «Ритце», он куда-то исчез.

У меня же не было при себе даже зубной щётки.

Ну и ладно! Хорошо хоть взяла с собой паспорт и мобильный телефон. Могу позвонить маме и рассказать ей о своих делах.

Я набрала знакомый номер и долго ждала, пока родительница снимет трубку. Наконец на том конце провода раздался знакомый голос.

– Мама, привет! – сказала я. – Поздравляю тебя с моим днём рождения!

– Спасибо, доченька, и тебя с днём рождения! Как у тебя дела?

К моему удовольствию, мать не очень-то любила выдавать витиеватые поздравления и пожелания, которые надо выслушивать минут по десять.

Я вкратце рассказала ей о том, что со мной произошло за последние дни, умолчав конечно же о самом главном. Просто похвасталась своими успехами в профессиональной сфере (что, по сути, было чистейшей правдой) и стала с восторгом описывать погоду в Лондоне. О том, что я сейчас нахожусь на юге Англии, ей лучше не знать. Мать искренне радовалась за меня, жалуясь на промозглую московскую весну с бесконечными дождями. На вопрос о моём возвращении домой я уклончиво ответила, что постараюсь сделать это в самое ближайшее время.